Убийца с пилой - Надин Мэтисон

— Почему нет? — спросил Оливер, проводя руками по датчикам у себя на груди.

— Как я понимаю, Белмарш закрыта, — ответил врач и посмотрел на Эйда, чтобы тот это подтвердил.

— Если мы сегодня не сможем вернуться в Белмарш, то, похоже, отправимся или в Брикстон, или в Пентонвиль после того, как решится вопрос с транспортом, — сообщил Эйд.

— А я давно здесь?

— Со вчерашнего утра. Вы помните, что случилось? — посмотрел на него врач.

Оливер вдохнул воздух и прищурился.

— Все как-то в тумане, но мне кажется, что я пропустил завтрак. Можно организовать что-нибудь поесть? — спросил Оливер.

Врач что-то пометил в карточке.

— Конечно. Я попрошу медсестру к вам зайти. Когда вы в первый раз попробуете встать, у вас, вероятно, будет кружиться голова и вы почувствуете приступ тошноты. Не беспокойтесь: это совершенно нормальная реакция. Мы вам дадим противорвотное, если позывы станут очень сильными.

Эйд все еще сидел на том же стуле, но слегка запрокинув голову назад и похрапывая, — этот звук нельзя было спутать ни с каким другим. Оливер уже снял датчики с груди, но, когда попытался отсоединить капельницу, из вены потекла кровь и запачкала ему руку. Прошел почти час с тех пор, как медсестра принесла ему обед. Она явно боялась, когда ставила поднос на прикроватную тумбочку, а после этого сразу же выбежала из палаты. Оливер повернулся на кровати и поставил голые ноги на пол. Его начало сильно тошнить, когда он встал. Он снова сел, опустил голову между коленей и сделал несколько глубоких вдохов и выдохов, чтобы справиться с головокружением и учащенным сердцебиением. Жаркое из ягненка, которое он недавно съел, бултыхалось у него в животе и предпринимало попытки выйти наружу. Прошло несколько минут, и Оливер еще раз попытался встать. Его тюремную одежду и кроссовки сложили в пластиковый пакет, который бросили в углу палаты.

Эйд подпрыгнул на стуле, когда Оливер оттолкнул ногой металлическую стойку для капельницы и разбил тарелку, в которой ему приносили обед, о его голову. Эйд на секунду потерял ориентацию. Оливер подхватил острый кусок разбитой тарелки и всадил в бок надзирателю, потом несколько раз ударил Эйда головой об пол, пока не прибежал больничный охранник и не стащил Оливера с Эйда. Баджарами схватилась за рацию.

— Помогите! Нам нужна помощь!

Баджарами закричала, когда Оливер впечатал больничного охранника в стену. Эйд лежал на полу и издавал булькающие звуки, в коридоре завыла сирена. Оливер ослабил хватку, когда у него к горлу снова подступила тошнота. Охранник, шатаясь, направился к двери. Оливер потряс головой, чтобы она прояснилась, и тут заметил поднос, на котором ему приносили еду, и вилку. Она валялись на полу у его ног. Он подхватил поднос и дважды ударил им охранника по лицу.

— Оливер, прекрати! Ты должен остановиться! — закричала Баджарами, видя, как охранник ползет к коридору.

— Заткнись, черт тебя побери! — рявкнул Оливер.

Он опустился на колени из-за сильнейшего приступа тошноты. Уголком глаза он видел, что Баджарами стоит в дверном проеме. Он схватил вилку, заставил себя подняться и пошел к охраннику. Оливер поднял ногу и дважды врезал охраннику по голове. Послышался жуткий хруст. Баджарами бросилась на Оливера и попыталась оттолкнуть его от дергающегося в конвульсиях тела охранника. Оливер сбросил ее с себя и повернулся.

— Нет! Нет! Прекрати! — закричала Баджарами.

Оливер бросился на нее и глубоко вонзил вилку ей в глаз. Он видел, как ее лицо застыло от шока, перед тем как она издала гортанный крик. Оливер закрыл рот Баджарами рукой, потом швырнул ее в другой конец палаты.

Сирена в больнице завыла громче, когда Оливер выбежал в коридор и бросился к пожарному выходу.

Глава 45

«Говорит радио Би-би-си, Лондон. Вы слушаете новости. Полиция разыскивает известного заключенного Питера Оливера, который сбежал из больницы Королевы Елизаветы в Вулвиче на юго-востоке Лондона. Питер Оливер, также известный как «убийца с пилой», был приговорен к пожизненному заключению в 2017 году за убийство семи человек.

Оливеру тридцать восемь лет, он находился в больнице с подозрением на инфаркт. Он атаковал двух тюремных надзирателей, чтобы сбежать из больницы. Оливер — белый мужчина, ростом сто восемьдесят сантиметров, среднего телосложения. В момент побега на нем была бело-голубая больничная пижама. Полиция утверждает, что Оливер крайне опасен, и предупреждает, что приближаться к нему не следует, но просит позвонить по номеру…»

Кровь стучала в ушах у Хенли. Больница кишела сотрудниками полиции и охранниками. Хенли пришлось включить мигалку и сирену, чтобы протиснуться перед фургонами с оборудованием для телевещания «Би-би-си ньюс» и «Скай», которые уже работали на месте. Над головой кружил вертолет, полицейские на земле опрашивали свидетелей, записывали показания и подтверждали новую информацию по рации.

Хенли посмотрела на часы. Оливер сбежал два часа и девятнадцать минут назад. Они бы раньше прибыли на место, если бы не автомобильная авария на трассе А406 и машина, остановившаяся в туннеле Блэкуолл из-за какой-то поломки. Все сорок три подразделения полиции по всему Соединенному Королевству был оповещены о случившемся и находились в состоянии повышенной готовности. Последняя фотография Оливера, сделанная вскоре после его ареста в Льюишемском отделении полиции почти три года назад, уже появилась в «Твиттере», разлетелась по нему, и ее также показали в местных новостях. Перед больницей Королевы Елизаветы собралось множество журналистов, которые вели репортажи в прямом эфире. Они предупреждали зрителей, что Оливер очень опасен и к нему не следует приближаться.

Хенли и Рамоутер прошли вслед за охранником в помещение на первом этаже, сразу за пресс-службой. Хенли думала, не упустила ли она что-то во время последнего посещения Оливера. Она пыталась точно воспроизвести разговор в памяти. Не было ли там какого-то зашифрованного послания, чего-то, что удалось бы разгадать задним числом? Вроде ничего такого он не говорил, но у нее все равно было ощущение, что она допустила грубую ошибку.

В комнате охраны пахло антисептиком, подгоревшим кофе и застарелым сигаретным дымом. Адам Коул, начальник охраны больницы, и Лайл Денман, старший тюремный надзиратель, ответственный за доставку Оливера в больницу, стояли перед рядом мониторов.

— Если вы думаете, что мы возьмем на себя вину за это, то очень сильно ошибаетесь, — объявил Коул, стуча по клавишам.

— Смеетесь? Это не наша вина, — ответил Денман. — Мы четко дали понять, что нам нужна помощь, раз дело касается Оливера. Нужны опытные сотрудники. Может, если бы ваши охранники получали настоящие лицензии, а не вырезали их