Казнь в прямом эфире - Сергей Бакшеев

— Не спится? — бросила с порога Петелина и продолжила, не дожидаясь ответа: — Мне тоже. Я по долгу службы не сплю, а ты?

Вероника опустила взгляд на планшет с трансляцией Суда Народа и промолчала. Петелина все поняла:

— Хочешь насладиться мучениями Панина и увидеть его смерть? А ты подумала, что если это случится, то погибнет девочка. Ей всего девять, меньше, чем тебе, когда Панин начал проводить с тобой особые тренировки.

— О ком вы? — в недоумении подняла глаза Вероника.

— О Софье Дороховой. Неужели, не знаешь?

Петелина увидела возросшее удивление в глазах Вероники. В словах следователя проскользнуло презрение:

— Я вижу, ты только о своем горе думаешь. Даже на форум собственного сайта не заглядываешь.

— Там много чего пишут. Отвлекает.

— Значит, не отрицаешь, что сайт разработала ты?

— Я ничего такого не говорила! — спохватилась девушка.

— Зато я разговаривала с твоим отцом. Он многому тебя научил, ты классный программист. Создать такой сайт для тебя труда не составляет. Разве что с системой защиты пришлось повозиться, но отец и тут подсказал.

— Он помогает мне. Я изучаю все, что может пригодиться в дальнейшей работе, — оправдывалась Вероника.

— У тебя хорошо получилось. Поздравляю! Объяви свое имя и получишь тысячи лайков. — Петелина наклонилась и заглянула в глаза девушки. — Вот только родители Софьи Дороховой тебя проклянут.

— Меня? За что?!

— За смерть невинной девочки. Посмотри на нее. — Елена выложила перед Вероникой снимок Софьи. — Наверняка похожа на одну из прежних жертв Панина. На кого?

— У меня тоже были два хвостика, — пробормотала девушка.

— Вероника, пойми, педофила Панина надо срочно допросить. Он похитил эту девочку. Если он не скажет, где ее прячет, Софья может погибнуть.

— Похитил? — заинтересовалась Вероника и отчеканила: — Значит Панин и сейчас опасен, а вы твердили, что он свое отсидел и мы наказываем его ни за что.

— Мы?! — ухватилась за оговорку следователь. — Ты создала сайт, а кто-то другой сделал устройства для казни. Где это место?

— Я сижу дома и ничего не знаю.

— Я допускаю, что ты не знаешь где сейчас Панин. Но ты знаешь, кто его туда засадил!

— Нет.

— Врешь! — сорвалась Елена. — Смотри мне в глаза. В глаза, Вероника! Из-за тебя, из-за вас может погибнуть маленькая девочка. Как ты будешь после этого жить?

— А кто защитил нас, когда Панин изо дня в день распускал руки? Где была полиция, взрослые? Где были вы лично? — с надрывом в голосе спросила Вероника и стукнула ладонями по инвалидному креслу.

Следователь умерила пыл:

— Вероника, мне надо поговорить с человеком, который похитил и спрятал Панина. Нам надо как можно скорее допросить Панина и узнать, где находится девочка. Дай мне с ним поговорить.

— А что будет с Паниным? Он останется жить?

— Сейчас не до этого. В любую минуту Софья может погибнуть.

— Вы не ответили.

— Вероника, как ты связываешься со своим помощником?

Следователь чуть не сказала: с подельником. Нет, нельзя спугнуть девушку. Разговор и так перешел в перепалку, но по-другому к ней не достучаться.

Петелина заметила, что Вероника опустила голову и скосила взгляд. На столе лежал смартфон, девушка смотрела на черный экран.

— Позвони ему, — попросила Петелина и подвинула смартфон Веронике.

От прикосновения дисплей ожил, и Елена увидела, что телефон включен в режиме вызова и работает так уже четырнадцать минут — ровно столько, сколько она находится здесь. Имя абонента — Секретарь.

— Так он все время слышал нас? — догадалась следователь и крикнула в телефон: — Кто ты, Секретарь? Почему молчишь? Софья Дорохова будет на твоей совести!

Вероника схватила телефон и грохнула его о стену. Треснувший аппарат упал на пол, разбитый дисплей погас. Этого Веронике показалось мало, и девушка наехала на телефон колесом инвалидной коляски. Хруст стекла окончательно похоронил надежду оживить связь.

— Уходите. Я ничего не скажу, — тихо, но твердо произнесла Вероника.

5 июня. 06:30. 3 часа до казни

Елена потратила еще несколько минут, чтобы разговорить Веронику, но ничего не добилась. Девушка гордилась своим поступком и играла в молчанку. Не осталось сомнений, что она не предаст своего единомышленника по имени Секретарь, а сама не знает, где оборудовано место казни.

Задерживать девушку-инвалида было бы актом бессилия. Следователь покинула квартиру Некрасовой. На лестничной клетке она столкнулась с соседом Вероники стариком Данченко.

Он только что проснулся, был наспех одет и сильно обеспокоен:

— Ах, это вы, — Данченко узнал Петелину. — В чем дело? Что за шум у Вероники?

— Хотела застать Константина Антонова. Разминулись, — бросила пробный шар Петелина. — Ведь Антонов здесь часто бывает в последнее время.

— Не ночью же, — упрекнул Данченко.

Наивный ответ подтвердил предположения следователя, что у Вероники Некрасовой с Константином Антоновым есть общие интересы. Петелина решила подчеркнуть, что ее визит был дружеским:

— Уже утро, да и Вероника не спала. Мы поболтали, она телефон уронила и сильно расстроилась. Николай Степанович, вы хорошо знакомы с Константином Антоновым?

— Да так. Как и все потерпевшие по делу Панина. Перекидываемся при встрече парой слов.

— Как вы думаете, зачем Антонов приезжал к Веронике?

Данченко пожал плечами и отвел взгляд:

— Он мастер по кондиционерам и холодильникам. Наверное, у Вероники что-то сломалось. А что она говорит?

— Вероника девушка молчаливая, ее стихия компьютеры, — пробормотала Петелина.

Слова старика натолкнули ее на мысль, что Антонову подошел бы позывной Инженер или Мастер, но Вероника звонила Секретарю. Кто скрывается под этим именем?

— Николай Степанович, кем вы работали до пенсии? — неожиданно спросила она.

— Я всю жизнь с металлами колдовал. Сварщик шестого разряда, — не без гордости ответил старик.

— Сварщик, — заинтересовалась следователь. — Вы видели стул, к которому прикован Панин? Что скажете, хорошая работа?

— Мне Вероника показывала на телефоне. Там мелко, а у меня дальнозоркость.

— А у секретарей обычно близорукость. Кстати, у Вероники есть знакомый, работающей секретарем?

— Секретарем? — задумался старик. — Не знаю. Обычно секретаршами женщины работают.