И будет вам счастье - Люся Лютикова

Но Лада уперлась:

– Ерунда, я справлюсь. Я все выдержу, потому что оченьхочу работать рядом с тобой! Ты только представь: мы могли бы видеться каждыйдень. Утром мы бы вместе ехали на работу, а вечером возвращались в Москву. Нуразве это не чудесно?

Сергей не видел в этом ничего чудесного. Она же замучает егосвоей ревностью! К тому же мужчина не собирался отказываться от других подружек.А как, скажите на милость, он будет встречаться с Ниной, если рядом постоянномаячит Лада?!

Кисляк решил зайти с другой стороны:

– Ты пойми, Сильвия давно служит в доме, она на хорошемсчету, хозяин ни за что ее не уволит.

– А чего это ты за нее заступаешься? –подозрительно прищурилась Лада. – Может, ты с этой Сильвией шашни крутишь,а?

– Не говори глупостей, ты бы ее видела: толстая истрашная, ей и лет-то, наверное, под пятьдесят, – соврал Сергей.

– Ну, значит, хозяин не будет за нее держаться! –захихикала девушка. – Короче, даю тебе две недели. Сделай так, чтобыЛисовик ее уволил, а потом порекомендуешь меня на освободившееся место.

– Но как я это сделаю?! – возопил Кисляк.

– Придумай что-нибудь. Иначе я очень обижусь!

«Очень обижусь» – в переводе на русский язык означало, чтоЛада его бросит. Сергей активизировал мыслительный процесс. К Сильвии он неиспытывал теплых чувств. Пару раз домработница, возможно, от усталости илизамотанности, резко с ним говорила и держалась высокомерно. «Ишь, какая цаца, –мстительно думал теперь Кисляк, – посмотрим, как ты запоешь, когда хозяинвыставит тебя за дверь!»

Как скомпрометировать надежного работника? Лучший способ –показать, что он интересуется содержимым хозяйского кошелька. Если Сильвиябудет крутиться около сейфа Лисовика и попытается узнать шифр, то в два счетавылетит с работы.

Но с чего бы прислуге интересоваться сейфом? Надо сделатьтак, чтобы для нее это стало делом жизни и смерти. Если назовет шифр, будетжить… Да, точно, ввести Сильвии в организм какую-нибудь отраву, которая быдействовала как бомба с часовым механизмом! Если будет хорошей девочкой, тоуспеет получить противоядие до того, как раздастся взрыв.

Идея была замечательная, но имела один существенныйнедостаток. Кисляк абсолютно не разбирался в ядах и не знал, к кому обратитьсяза советом. К тому же он подозревал, что, существуй такой яд в природе, достатьего будет проблематично. Сергей совсем уже было приуныл, но тут его вновьнастигло озарение. Не обязательно, чтобы яд был настоящим! Достаточно, чтобыСильвия поверила, будто ее отравили…

– Матерь Божья, так это был розыгрыш! – вскричалая.

– Ага, – расплылся в улыбке Сергей, – здоровосработано, правда?

– А я поверила, поверила! – ошеломленно твердилая. – Я ведь и правда думала, что мои дни сочтены!

Кисляк пристально на меня уставился:

– Я только сейчас заметил, как вы с Сильвией похожи.Неудивительно, что мои ребята вас перепутали в потемках. Ну да, что-то общеедействительно есть.

Мне захотелось бросить в его нахальную улыбающуюся физиономиючем-нибудь тяжелым.

– Ваши ребята? Кто эти люди?

Улыбка сразу исчезла:

– Этого я вам не сказу. Зачем их вмешивать? Просто моизнакомые, неудавшиеся актеры.

– Еще какие удавшиеся!

– Да не волнуйтесь вы так, вам вкололи обычныевитамины. Шприц был стерильный, инъекция сделана по всем правилам. Извините,конечно, что так вышло, но и вы тоже хороши. Надо же быть такой наивной!

– Я не наивная, просто у меня хорошеевоображение, – буркнула я. – Значит, поэтому вы и скрылись, потомучто один укол могли связать с другим?

– Точно! Когда я увидел шприц рядом с трупом, то сразувспомнил невинную шутку с уколами. Милиция начнет копаться в этом деле, Сильвиярасскажет про яд, и меня обязательно найдут. Свяжут одно с другим, и я сяду заубийство.

– Что-то тут не сходится… – протянула я. –Если вы собирались увольняться, то почему не остановили своих знакомых? Зачемкололи Сильвию, если ее место вам уже было не нужно?

– Смотрите, мои друзья сделали ей укол рано утром. А я дообеда и не думал об увольнении, наоборот, предвкушал увеличение зарплаты!

– Почему же потом вы не признались Сильвии? Неуспокоили ее, что никакого яда нет? Неужели вам не было жалко бедняжку? А еслибы она умерла от переживаний?

– Времени не было, – хмуро отозвалсяСергей, – я свою шкуру спасал.

Очень хотелось сказать Кисляку что-нибудь язвительное, но уменя не было морального права. По сути, в этой истории я тоже действовала какэгоистка.

– Подождите, я только сейчас сообразила… Когда мы нашлитруп Лисовика, рядом с ним не было шприца!

– Потому что я его забрал. На всякий пожарный случай.Вот меня сейчас обвиняют в убийстве хозяина, так? А я предъявлю следователюулику! Ведь на шприце должны остаться отпечатки пальцев?

– Вообще-то милиции нет до вас никакого дела.

– Но вы же сами сказали, что меня считают убийцей!

– Я солгала. Ваша кандидатура даже не рассматриваласьследствием.

Наверное, такое выражение лица могло быть у Штирлица,которому коллеги по СС рассказали утром, что вчера на новогодней вечеринке уГитлера он тяпнул два литра шнапса и затянул гимн Советского Союза.

– Уп-с, кажется, я лоханулся… – пробормоталСергей.

Впрочем, к чести Кисляка, горевал он не долго.

– Хорошо, что эта неприятная история наконец-тозакончилась, – бодро подытожил водитель.

– Пока еще не закончилась. Убийца-то на свободе! И вашаулика могла бы помочь его поймать. Отдадите шприц следствию?

Водитель кивнул.

– Где вы его храните?

Сергей указал на свою борсетку:

– Завернул в пакет, положил в пачку из-под сигарет иношу с собой.

Я позвонила капитану Супроткину:

– Шприц, с помощью которого убили Лисовика, находится уменя!

– Не знал, что в раю разрешают пользоваться сотовымтелефоном.

– Ты о чем?

– Судя по часам, ты должна была отдать богу душусемнадцать минут назад.

– Я только что узнала, что мне вкололи витамины.

– А я что говорил? – не упустил случаяпозанудствовать Супроткин. – Я ведь твердил это с самого начала!

Я решила замять неприятную тему:

– Так как быть со шприцом?

– Откуда он у тебя?

Я коротко рассказала.