Концерт для Колобка с оркестром - Дарья Донцова

– Ой, врешь.

– Вовсе нет.

– Зачем тогда сегодня к ней явилась? Не знала о ее смерти?

Глаза Федора вспыхнули нехорошим огнем. Я испугалась. Напервый взгляд рекламщик кажется идиотом, на второй – грубияном, на третий –шутом, человеком, для которого нет ничего святого. Но, пообщавшись с нимнекоторое время, я очень хорошо поняла:

Федор великолепный актер, старательно играющий рольхамоватого дурака. На самом деле он хитер, умен и расчетлив. И еще, ради«Марко» Федор готов на все, хозяева издательства ценят своего сотрудника,прислушиваются к его мнению. Если сейчас Федор подумает, что Арина Виолова заспиной «Марко» ведет тайные переговоры с издательством «Нодоб», мне мало непокажется. Надо быстро выкручиваться.

– Понимаешь, влипла в неприятную ситуацию… – начала сочинятья.

– Ну, это не новость, – оскалился Федор, – насколько я знаю,госпожа Арина Виолова генератор неприятностей: у нее если не понос, такзолотуха, каждый день новое приключение!

– Ты говоришь, как мой муж! – возмутилась я.

– Мужики-то по большей части одинаковые, – заржал Федор, –сволочи, думают только об одном, как бы обидеть милых дам.

Любому другому человеку могло показаться, что рекламщиквеселится от души, но глаза его оставались холодно-мрачными, и я, испугавшисьеще больше, принялась оправдываться.

– Понимаешь, мне срочно понадобилась большая сумма.

– Сколько?

– Десять тысяч. Долларов.

– Так.

– Просто очень срочно!

– Усек.

– А где их взять?

– Дома, в коробочке.

– У нас нет столько, а потом, как извлечь их из домашнейкассы? Незаметно от Олега? – продолжала я врать.

– Та-ак! – протянул Федор.

– Вот я и попросила у Людмилы, на пару дней всего, –фантазировала я, – сейчас хотела вернуть долг.

Федор хмыкнул:

– Очень интересно. Сделай одолжение, покажи тугрики.

Я обрадовалась, раскрыла сумочку и вытащила оттуда толстуюпачку зеленых купюр, перехваченную белой бандеролькой.

– Вот.

Федор удивленно вскинул брови:

– Ну-ну… Деньги есть. Но остался невыясненным один вопрос.Зачем тебе такая огромная сумма понадобилась, да еще тайно от мужа?

Я растерянно смотрела на рекламщика.

– Уж не авансик ли за рукопись получила? – хмыкнул парень. –А дал тебе его Алеша, наш милый дружок, всегда готовый перехватитьперспективного автора. Писатели люди жадные… Ой какие жадные…

Хуже их только журналюги…

Я ухватила Федора за рукав.

– Включи мозги. Я иду в квартиру к Алексею, а не выхожу отнего. И потом, насколько я поняла, Людмила скончалась внезапно. По-твоему, муж,потерявший любимую жену, станет заниматься у ее гроба делами?

Я просто торопилась отдать долг, Алексея вообще никогда не видела,о кончине Людмилы не знала.

– Ну, мы столкнулись в подъезде, – продолжал улыбатьсяФедор, – и на тебе не написано, куда ты идешь: туда или обратно. А теперьскажи, голуба, зачем тебе понадобились десять кусков?

– В казино проигралась! – от полного отчаяния ляпнула я.

Федор вытаращил глаза.

– В казино? В каком?

– В… в… не помню названия, в большом! Там еще столы скартами.

Сбоку послышался тихий щелчок. Федор молнией метнулся влево.Я так и осталась стоять с пачкой долларов в руке.

– Не поймал! – воскликнул рекламщик. – Убежал.

– Кто?

– Фоторепортер, их тут сейчас в связи со смертью Людмилыполным-полно. Быстро спрячь деньги, дубина!

Я сунула баксы в сумочку. Федор пинком впихнул меня в лифт.Суровые охранники пропустили нас, не задав ни одного вопроса.

– Был такой писатель, Малаев, – вещал рекламщик, пока кабинаползла вверх, – так вот, умер он.

Честно говоря, ваял Малаев дикое барахло, но народ от егокниг тащился, мы знали, что он в столе держит две новые рукописи, ну и подкатилиськ безутешной супруге во время траурной церемонии. Мадам вуаль черную на шляпкеприподняла и давай торговаться, такую цену заломила! Горе горем, а денегхочется.

– Ты это к чему? – тихо спросила я.

Но лифт уже прибыл на нужный этаж, и я снова очутилась вроскошной квартире, только на этот раз здесь было несметное количество мужчин иженщин, одетых в черное.

Алексей, слишком юный, на мой взгляд, для владельца большогобизнеса, принял нас в гостиной. Огромное зеркало над камином было задрапированочерным материалом.

Федор обнял хозяина, похлопал его по плечу, сказалприличествующие случаю слова. Вдовец выслушал соболезнования спокойно. У менясоздалось впечатление, что он не слишком огорчен кончиной супруги или умеетдержать себя в руках. Чувствуя себя полнейшей идиоткой, я, потупившись, стоялав стороне.

Наконец Федор спохватился:

– Алексей, это Арина Виолова. Впрочем, вы, наверное,знакомы.

Издатель вежливо кивнул:

– Весьма наслышан о писательнице Виоловой и завидую «Марко»,имеющему такого хорошего автора, но лично нам до сих пор не приходилосьсталкиваться. Спасибо, что нашли время прийти и выразить соболезнования.

– У Арины есть одно незначительное дельце, – провозгласилФедор и глянул на меня взором голодной гиены.

Пришлось вытащить из сумочки пачку долларов и положить ее нажурнальный столик.

– Вот.

– Это что? – с откровенным удивлением воскликнул Алексей.

– Я взяла в долг у Людмилы, извините, но не знала, что онаскоропостижно скончалась, наверное, сейчас не слишком подходящий момент…

– Вы знали Люду? – еще больше изумился Алексей.

Следовало как-то выкручиваться. Оказавшись меж двух огней, ячувствовала себя очень некомфортно: справа стоит злой Федор, слева – ничего непонимающий Алексей.