Внутри мафии - Алексей Наст

— Что так много?

— Ты шутишь, и я шучу.

— Да не шучу я, вот глупый. Правда угнали!

— Все, я ничего не знаю.

— Ладно, спи дальше, если сможешь.

Сергей повесил трубку, вернулся за столик и жадно поел. Главное, дело с пластитом сделано. Все-таки кому же понадобилась Петькина «восьмерка»? Пацаны какие-нибудь обкуренные взяли покататься — надо было запереть дверцу, маху дал…

Домой пришлось возвращаться на такси. Приняв душ, Сергей нервно уснул. Всю ночь мозг терзали кошмары. Какой-то покрытый коростой вурдалак тянул к нему когтистые жилистые лапы, Сергей кричал, отбивался, бежал по лестнице на улицу — зеленая «восьмерка» была на месте, но за рулем… за рулем кто-то сидел. Он обернулся. Это был маньяк. Маньяк ощерился в гнилозубой улыбке.

Сергей вздрогнул и проснулся.

Физиономия маньяка была серьезная, он смотрел на Сергея в упор:

— Ну как, хорошая работа?

Филиппов, самодовольно ухмыляясь, убрал от лица Сергея отличного качества фотографию маньяка.

— А-а… — Баринов, кряхтя, поднялся, спустил ноги, сдавил рукой лоб — было ощущение неимоверной усталости, словно ночь он не спал, а предавался алкогольным и иным забавам. — Чай есть?

— Все готово, босс, чай, яичница, сыр, ветчина. Надеюсь, мой подхалимаж при расчете будет щедро вознагражден.

— Надейся, — разрешил Сергей, направляясь в ванную.

Холодная вода из душа смыла сонную усталость.

Плотно поев, Сергей сказал Сашке:

— Надо наведаться к Хавьеру. Плохо, что Демона нет. Не верю я дяде Апостолову, что он самолично дороет дело с детским порно. Сбежала Крючкова — это повод снова оказаться на съемочной квартире, может, что новое вынюхаем…

— Ты кидаешься из одного в другое.

— Я профессионал!

— Ты?! — не поверил Филиппов.

— Маус велел найти Крючкову? Я приступаю к ее поиску. Начало — логово Хавьера.

— Босс, где оно, это логово? Они же всегда в движении.

— Свяжемся с Маусом. У нас есть телефон, куда можно звонить.

Прежде чем звонить на условленный номер, Сергей позвонил в клинику профессора Касогова. Раздраженная регистраторша вежливо объяснила, что прием начнется после обеда. Сергей сказал, что он близкий знакомый профессора и хочет сказать Касогову несколько слов по телефону.

— Нет, профессора нет в клинике. У него лекции в университете до полудня. Звоните туда.

— Спасибо.

Итак, Касогова до полудня в клинике не будет — как раз то, что требуется. Надо будет сим-карту с этим номером выбросить — в регистратуре мог стоять стационарный телефон с определителем. Но сначала с этого же номера Сергей позвонил на связной номер Мауса. В трубке пискнул сигнал — включилась запись разговора на автоответчике. Сергей отчетливо произнес:

— Маус, нужно поговорить.

Оставалось надеяться, что Маус подкатит до полудня, иначе план, который Сергей придумал в одну из бессонных задумчивых ночей за чашкой крепкого чая, не сработает. А ради его осуществления Сергей, рискуя, лазил ночью в клинику Касогова, прятал там пластит, потерял чужую машину. Очень многое он делал ради осуществления разработанного плана, и все равно приходилось импровизировать, а она тем и опасна (импровизация), что может не удаться.

Сергей с напряжением стоял у окна. Выйдет, не выйдет? Если не выйдет, то одним рассчитанным ударом этой партии ему не завершить.

Сотовый телефон зашелся вибрационным гудением.

Сергей вздрогнул. Похоже, сработало.

— Алло.

— Сыскарь, это ты?

— Маус? Можешь заехать ко мне?

— Есть результат?

— Бензин жалеешь? Все тебе по телефону расскажи.

Маус хрипло рассмеялся, и в трубке пошли короткие гудки. Сергей обернулся к Филиппову:

— Коньяк у нас есть?

— Бутылка.

— Чай вскипяти. Сейчас приедут черти.

— Хочешь чертей чаем с коньяком задобрить?

— Чертей ничем не задобришь.

Десять минут в томительном ожидании тянулись, словно час. Дверной звонок рывками забрякал, потом нетерпеливо стали долбить кулаком.

Сашка пошел открывать. Его оттеснили. Маус хозяином прошел в зал — его грязные сапоги отпечатали на паласе черные следы. Маус рухнул в кресло, раскинув руки в стороны, глядя исподлобья, спросил:

— Зачем звал?

— Чай? Коньяк?

— Дерьмо! Говори дело. Не люблю кривляний!

Боевики Мауса расселись кто где — на диване, на стульях — шесть человек. Сашка притулился у дверного косяка.

— Я нашел убийцу Игрока.

Маус фыркнул, словно услышал дурашливую шутку.

— Не щерься, — повел наступление Сергей, повышая голос. Его сильно смутило, что Маус не поверил ему.

— Ты нашел того чувака, который зарезал Костика?

— Да, нашел.

— А Крючкову? Ты нашел Крючкову?

— Далась вам эта Крючкова. — Сергей не понимал, почему Маус не ухватился за весть о найденном убийце. — Я начал ее искать. Я хочу поговорить с Хавьером.

— Зачем?

— Как зачем? Она же от него сбежала.

— И что не поговорил? — Маус смотрел на Сергея с полным презрением.

Сергей старался выглядеть спокойным, в душе бурля гневом. На самом последнем этапе вдруг пошли нестыковки — он пытался обвести вокруг пальца бандита, но тот ему не верил. Неужели профессиональная хватка Сергея ослабла?

— Я не знаю, где он теперь.

— A-а. Ты позвал меня, чтобы я тебе подкинул адресок порностудии?

— Да. Вазелин мне доверил вести расследование и сказал, чтобы я плотно работал и с Хавьером.

— Я передам ему, что ты хочешь с ним «плотно» поработать.

— Ха-ха-ха-ха-ха!!! — разразились гнусным хохотом бандиты Мауса, поняв намек на свой манер.

— Слушай, Маус, или как там тебя…

Боевики Мауса напряглись, лица, глаза, губы — все выдавало закипевший в них праведный гнев: ментовской фраерок посмел рыкнуть на их супербригадира! Но Маус просто усмехнулся на выпад Сергея:

— Говори дальше.

— Я тебе сообщаю, что нашел убийцу Игрока, ты игнорируешь мои слова. Прошу встречи с Хавьером — опять игнорируешь. Странно.

— Зачем тебе Хавьер, если ты уже нашел убийцу?

— В вашей фирме до хрена другого дерьма!

— Тебе какое дело?

— Тебя Вазелин оставил порулить? И что, Вазелин ищет убийцу Игрока и лишь поэтому впускает меня в организацию? Все тайны наружу запросто так? Да?!