Первый день вечности - Александр Уралов

Оксана-вторая обняла его, и он уткнулся лицом в её плечо.

— Всё-таки это Филон динамит грохнул… первым, — упрямо сказал Кирилл, морщась от боли. Лицо его, заляпанное йодом, с распухшими губами, кривилось. — А Мустафа уже от испуга стрелять начал… а Малый даже выстрелить не успел ни разу.

— Кирилл, какая разница… — тихо сказала Инна.

Антон шумно вздохнул и обнял за плечи молчавшую все эти дни Ольгу.

— Яночка, ты там ближе всех… налей нам понемножку…

Когда всё было налито, Антон повертел в руках пластмассовый стаканчик и негромко сказал:

— Когда мы с Яной… в общем… когда мы Андрея повернули, он сказал… он…

— Он сказал: "Я тебя встречу", - вдруг прошептала Ольга…

Андрей был где-то… он был где-то там -

… ВЛЕВО И ВВЕРХ… ВВЕРХ… В САМУЮ СИНЕВУ…

…которая была не видна за вечерними тучами — но она же, всё-таки, там! -

Он улыбался… и Ольге впервые в жизни было совсем-совсем не страшно… одной… не страшно, лишь только немного грустно. И почему-то постоянно грезился лёгкий, высвеченный солнцем, весёлый и счастливый дождь…

— Да, Оля, — помолчав, просто ответил Антон.

— С пулей-то в голове… — хмуро прохрипела Вика и закашлялась.

Яна покачала головой… но не стала ничего говорить. Вика — умная, гордая, красивая Вика, за эту ночь ставшая для Яны почти сестрой, — ошибалась. Она просто не видела Андрея в эти несколько секунд. И сейчас она не поняла. Это непонимание было не страшным и не обидным для памяти погибшего Андрея. Но так хочется, чтобы Вика увидела…

Роальд Вячеславович смотрел в окно. За окном в темноте неутомимо выплясывали снежинки. Кто-то, смутно видный в метели, согнувшись, брёл по двору, борясь с ледяным ветром.

Рядом на подоконнике сидела мрачная, страшно красивая Светка и крутила в руках незажженную сигарету. Роальд Вячеславович думал обо всех этих взрослых детях: о том, что голос Светочки в его наушниках всегда был сильным и уверенным… и что Андрюшенька был прекрасным телеведущим… и что очень-очень жаль Оленьку… что, наверное, Вика будет всё-таки счастлива… и что все ребята теперь долго будут вместе, пока Великая Утешительница Жизнь не разведёт их в разные стороны, навсегда оставив в каждом из них живую частицу бесконечного прямого эфира.

Горела настенная лампа над кроватью Кирилла. В телевизоре мелькали какие-то интервьюируемые высокопоставленные персоны, растерянно разводившие руками… толпы, флаги… снова чиновники и снова толпы…

На несколько томительных секунд опять всплыло улыбающееся лицо Андрея и все замерли…

…но звук был отключен.

Надо было выпить в память обо всех…

Надо было помянуть.

Надо было жить дальше.

Здесь и сейчас.