Маршрут случайных пассажиров - Галина Владимировна Романова

из соседнего фермерского хозяйства возят, и творог, и крольчатину, – принялась перечислять она преимущества содержания Игнатова за городом, а не в Москве.

Его собственная мамаша была не против. И даже согласилась погостить вместе с сыном у Натальи Игоревны.

Маша не знала, как реагировать. Ей во всем этом виделся какой-то преступный сговор. Их матери о чем-то тайно условились и теперь активно воплощают все это в жизнь. А Денис, вполне возможно, выступает в роли их соучастника.

– Маша, у тебя профессиональная деформация, – рассмеялся вчера в телефонном разговоре Игнатов, когда она озвучила ему свои опасения. – Нашим мамам нет необходимости плести заговоры, чтобы нас с тобой сделать парой. Я уже давно люблю тебя, давно готов стать твоим верным спутником жизни…

Как он красиво обыграл банальное слово «муж»!

– Теперь дело за тобой, майор, – нежно рассмеялся он ей в ухо. – Тебе принимать решение: быть или не быть счастливой?

– С тобой?

– Со мной.

– Я подумаю, – нехотя проговорила она.

И снова почувствовала, что ее будто насильно куда-то загоняют. Принуждают к чему-то, к чему она совсем-совсем не готова…

– Маша, – окликнул ее Галкин, когда она уже подошла к двери его кабинета. – Ты очень хороший сотрудник. Лучший в моей команде.

– Спасибо.

У нее даже в горле перехватило от такой неожиданной похвалы. Это было не в стиле Галкина.

– И ты это… Не бойся, Маша, ничего не бойся. Все у тебя будет хорошо. А теперь ступай, и отставить слезы!

Она заплакала? Господи, стыд какой! Это уж совершенно ни к чему.

Невнятно пробормотав «так точно», Маша вышла из кабинета. Потом коридором, лестницей вышла из отдела на улицу. Глянула в низкое хмурое небо, прогнозирующее снег с дождем, села в машину. И прежде чем выехать, позвонила Игнатову.

– Чем там у вас сегодня кормят? – спросила она, стараясь, чтобы голос звучал недовольно и не раскрыл того, что она улыбается, как дура.

– Пироги подходят, котлетки в пароварке, картошечка пыхтит в кастрюльке. И еще… – Денис что-то громко глотнул. – Здесь варят потрясающий осенний кисель из облепихи и малины. А за окнами все оранжевое. И листья под ногами шуршат, как море. Приезжай, Маша, без тебя плохо.

– Еду.

Она быстро отключила телефон, чтобы голос не выдал ее улыбки и чтобы Игнатов не понял, что ей тоже стало его не хватать. Пусть поймет это, но не сейчас, когда-нибудь потом. А сейчас…

– А сейчас обойдешься, капитан! – счастливо рассмеялась майор Борина и надавила на газ.