Сквозь тусклое стекло - Михаил Март

— Полная хрень! Они ничего обо мне не знали. Их дело — следить за тем, кто положил гарнитур в сейф, а не за кем попало.

— Я конечно фантазер, но мои фантазии никогда не рождаются на пустом месте. Я же не писатель, а банкир. Когда мы обнаружили ожерелье в сейфе, нас смутило и даже насторожило то, что на замках ожерелья и браслета стояли радиочипы. Вы их не заметили, а мы очень внимательно изучили гарнитур — вдруг это муляж! От этого факта я и плясал. Мы в курсе хода следствия. Нам известно, что воры сняли с шеи Анны ожерелье и тут же сняли с него чипы. А почему не предположить, что они их заменили своими. С другими сигналами, работающими на других волнах, а потом передали ворованное заказчику. Так они могли прослеживать за передвижением коробки с бриллиантами. Немного замешкались — коробочка пропала в лабиринте хранилища. И не имеет значения, кто ее вынесет. Достаточно поставить машину со своим человеком и приемником возле дверей банка и устроить дежурство. Когда ваша подружка вышла из банка, у наблюдателя сработал сигнал. И где бы ни находился ваш тайник, его легко найти по сигналу. Как в игре «холодно — горячо». Чем ближе подносишь прибор к предмету, тем громче он пищит.

Скуратов сел на стол и задумался, изредка делая глотки из бутылки.

— Значит, вы заинтересованы, чтобы ожерелье вернулось в мои руки? — спросил он, глядя в пол.

— Слава богу, что вы это поняли, наконец.

— Чем можете мне помочь?

— Просмотреть все пленки видеонаблюдений улицы. Если возле банка дежурила машина, то мы ее определим. После вашего отъезда этой машине у банка делать нечего. И еще. Каждый клиент, оформляющий сейф в пользование, всегда фотографируется. В окошке менеджера на календаре встроена камера. У нас есть снимок женщины, арендовавшей ячейку 824, но установить ее личность нам не удалось.

— Покажите.

Фельдман достал из одного из сотен ящиков картонную карточку, где была фотография владельца и перечислены хранящиеся в сейфе предметы. Он подал карточку Скуратову. На ней стоял номер 824. С фотографии смотрела миловидная девушка лет двадцати пяти с короткой стрижкой, рыженькая, голубоглазая, без особых примет. Ее лицо показалось Вениамину знакомым, но вспомнить, где он видел девчонку, он не смог, хотя был уверен, что это было совсем недавно.

— Я забираю этот снимок. И еще. Завтра я приду в банк, и вы мне позволите открыть еще несколько ячеек. Все для дела, надо проверить кое-какую версию. На сегодня с вас хватит.

Скуратов забрал свой пистолет и сунул его за пояс.

— Что вы сделали с моими охранниками? — спросил банкир.

— Поди уже очухались. Иди, распутай, я обмотал их скотчем.

По дороге домой Скуратова осенило. Он прижался к обочине и затормозил. Достав фотокарточку, он извлек из сумки черный фломастер и перекрасил рыжие волосы девушки, удлинив их до плеч. Вот теперь он узнал ее окончательно. Это Оксана Мартынчук, пропавшая горничная Гурьевых, уехавшая в отпуск.

— Хрен-то ты уехала, подруга! Бриллианты не бросают на произвол судьбы. Если только за ними не должен прийти кто-то другой. А кто?

Веня откинулся на спинку сиденья и задумался.

Идти напролом Панкратов не решился. Надо бы сначала прощупать почву, тем более что такая возможность имелась. На скамеечке у дома сидели женщины, лузгая семечки и перемывая косточки всем подряд. Деревня, тут уж ничего не поделаешь. Одна-единственная улица в километр длиной, домишки по обеим сторонам. С одного конца деревни — магазин, с другого — развалины церкви. Когда-то здесь стояло хорошее село и люди жили по-человечески. Сейчас остались одни развалюхи, пожилые женщины и старики, не способные топор в руках держать.

— Доброго здоровьичка, сударыни, — поприветствовал женщин майор.

— Здорово, милочек. Ты чего здесь выглядываешь?

Три немолодые женщины с хитрецой в глазах и ухмылкой разглядывали интересного парня в наглаженных брюках и чистой белой рубашке.

— А где тут Даша Сотникова живет?

— Дом за твоей спиной, ты уже раза три мимо него прошел, — заговорила бойкая толстуха. — Только она больше здесь не живет, три недели назад как померла. Молодая девка, а вот видишь, что бывает.

— Вот те раз…

— С сердцем плохо стало. Квартирант вызвал «скорую», но до больницы не довезли, умерла по дороге. Тридцать два недавно стукнуло, отродясь ничем не болела.

— А квартирант-то здесь? Может, он чего знает?

— Нет. Тут же съехал. У нас на лето дачи сдают. Москва под боком, а на пенсию не проживешь.

— Молодой квартирант-то?

— Молодой. Около сорока. Обходительный, здоровкался со всеми, машина своя, харчи привозил. Да ты зайди в дом-то, там Галька углы вычищает. Сестра Дашки-на. Хочет дом продавать.

— Ну спасибочки.

Панкратов направился к дому. Что его принесло сюда и кто такая Даша Сотникова? Все началось с телефона убитой женщины, той самой, у которой в последние дни перед ограблением жили Дербенев и его подручные, погибшие в сгоревшем фургоне. Женщину застрелили. В доме под кроватью нашли ее сотовый телефон, проверили все входящие и исходящие звонки. За час до убийства ей звонил абонент, не значившийся в ее записной книжке. Обратились к связистам, определили имя владельца сим-карты. Им оказалась Дарья Сотникова, но это еще не повод ее разыскивать. Провайдер предоставил список всех номеров, кому звонила Дарья, среди них оказался домашний телефон банкира Гурьева и многие другие номера, еще требующие проверки. Тут была определенная связь. У Гурьева украли бриллианты, а у застреленной вдовушки жили грабители. В чем же заключалась роль Сотниковой, поддерживающей отношения с волками и овцами? Чтобы разобраться в этом, майор Панкратов и появился в деревне Проскурино в двадцати километрах от Москвы. С убитой Дашу еще можно как-то связать. Деревня Проскурино находится в пяти километрах от поселка Спирово, где жила погибшая. Они могли быть подругами. Но связь деревенской женщины с председателем совета директоров банка в сознании не укладывалась.

Галине на вид было лет сорок. Улыбка тут же сползла с ее лица, как только она поняла, что пришел не покупатель, а любопытствующий. Пришлось показать удостоверение, только после этого она впустила незваного гостя в дом.

— Меня интересует мобильный телефон вашей сестры, — строго сказал Панкратов.

— Я забрала его себе.

— Значит, вы знаете Гурьева? С ее телефона звонили ему несколько дней назад.

— Не слышала о таком.

— У нас есть распечатка всех звонков.

Майор достал лист бумаги и протянул хозяйке. Она внимательно просмотрела распечатку и вернула документ.

— У Даши был другой номер, а этот телефон, наверное, тот, что она подарила Сергею.

— Кто это?

— Дачник. Снимал на лето комнату. Она в него тут же втрескалась по уши. Еще бы. Не пьющий. Своего-то алкаша она вышибла из дома. Колошматил ее почем зря. Гнида! А этот интеллигент. Обхаживала его, как могла, подарки дарила. Вот и телефон тоже.