Дом с синей комнатой - Рику Онда

Влияние того дела?

Не знаю. На меня Брат точно повлиял — я же стал инженером.

Я не верю, что он — преступник. Думаю, кто-то его заставил. Воспользовался его сломленностью, а сам избежал наказания. Прекрасно все провернул. Брат взял на себя вину, а тот вышел сухим из воды.

Книга? Не слышал. Книга о тех убийствах? Не знал о ней. Что, прямо бестселлер? Да уж, автор, должно быть, любопытная особа… И кого она назвала преступником? Не раскрыла? Ну, в любом случае, это хотя бы не был Брат.

От этих разговоров я проголодался. Не против, если я закажу спагетти с тресковой икрой?

Не готовлю сам, ненавижу чистить треску.

Моя бывшая жена вообще не ела ничего с рыбьей икрой. Всегда говорила, что боится подагры. Если подумать, подагрой обычно страдают мужчины. Да, у нее было полно странных опасений. Она еще и канализационных люков боялась, никогда не наступала на них. Говорила, что в детстве видела, как в дыру от люка, поднятого наводнением, провалился ребенок и утонул.

Она даже однажды заявила мне:

— Вот ты никогда не упадешь в люк, хоть и постоянно наступаешь на них. Ты-то всегда спокоен, а я трясусь от ужаса, смотря и гадая, когда же это произойдет. Он точно упадет в люк — не сегодня, так завтра! Я в постоянном страхе от одной только мысли, а ты даже не замечаешь.

Понимаете, о чем я?

Ха-ха, возможно, потому все рядом со мной и умирают. Взваливают на себя мой стресс и переживания.

Люди вроде Старшего Брата, в одиночку справляющиеся с чужой ношей, в конце концов умирают.

Брат был жертвой.

Его останки передали в храм, куда он часто ходил посмотреть на статуи Будды. Настоятель там был очень интересным человеком. Конечно, настоящей церемонии не было. Я тоже хотел бы как следует попрощаться с ним, но не смог. Ходили слухи, что два детектива, которые расследовали дело, втайне посетили его похороны. Думаю, они тоже не верили, что преступником был он.

Будучи в старшей школе, я как-то вспомнил Старшего Брата.

В самый разгар жаркого лета я возвращался с бейсбольного матча. Решил пойти непривычным путем, выбрав улицу, по которой обычно не ходил.

Ветра не было, весь город был сыт по горло этой жарой.

Было очень жарко. Мы проиграли матч, я устал — помню, настроение было ужасное.

В те дни тренеры делали ставку на боевой настрой; никого не заботило, например, обезвоживание. А я так устал, что даже желания пить не осталось.

Думаю, в какой-то момент я перегрелся. Шел и думал, что, наверное, умираю. Мне казалось, я вот-вот упаду.

Тогда я вдруг услышал голос:

— Что ж, тогда умри.

Он был поразительно четким.

Я остановился и осмотрелся.

От асфальта поднимались волны жаркого воздуха, все вокруг выглядело размытым, но рядом точно никого не было.

Я решил, что свихнулся. Голос звучал слишком ясно и четко, я не мог просто ослышаться.

Но вокруг никого не было.

Вдруг в памяти всплыло выражение, которое употребляют, когда хотят сказать про такой голос: «звенящий, подобно колокольчику». Это был ясный, чистый и успокаивающий голос. Голос молодой девушки.

Подняв голову, я увидел красивые белые цветы.

Цветы индийской сирени.

Поразительно белые. Заметив их, я подумал, что все дерево целиком было чистейшего белого цвета.

Почему-то я испугался. На мгновение кровь перестала бежать по сосудам, я застыл. Кажется, даже температура понизилась. Я до сих пор помню этот холод на коже.

Я подумал: «Вот он — Голос, который слышал Брат».

Так странно… Я напрочь забыл обо всем, что касалось его. Жил, не вспоминая об убийствах, о его смерти, но в ту секунду я почему-то тотчас вспомнил о нем.

Я стоял там в сомнениях, мучаясь от страха и любопытства, не зная, что делать дальше.

Стоя там, я наконец осознал, что не ослышался, — это был настоящий человеческий голос.

Прямо за деревом индийской сирени было открыто окно, откуда доносилось несколько женских голосов — они разговаривали и смеялись.

Я смог немного успокоиться. Действительно, выглядело так, что голоса, доносившиеся из окна позади дерева, принадлежали цветам. Если подумать, ничего странного.

Это был старый роскошный дом, теперь выглядевший немного обветшалым. Дом в западном стиле, с тремя круглыми окнами на фасаде. Похоже, когда-то в нем находилось клиника — виднелась закрашенная табличка.

Немного придя в себя, я пошел дальше. Я убедил себя в том, что это было простое совпадение — устав от жары, я, должно быть, решил, что часть чужого разговора со словами «что ж, тогда умри» предназначалась мне. Решив так, я наконец окончательно пришел в норму.

Но что-то заставило меня подумать, что Брат наверняка слышал точно такой же голос.

Иди и умри.

Вот что голос сказал ему тем утром.

Так же звонко и четко.

Любой, услышав его, решил бы, что должен выполнить указания.

Поэтому Брат, ответив: «Да», вернулся домой и надел петлю на шею.

— Надо же, мир словно исчез…

— Да, странно. Как будто шум моря вдруг затих.

— И правда, так тихо… Кажется, что мир вокруг меня и вправду исчез. Ну вот, снова…

— Да.

— Словно остались только мы вдвоем.

— Действительно.

— Надо же, снова… Обычно это не длится долго.

— В Испании говорят: «Ангел пролетел».

— Как красиво сказано! Это о таких вот моментах тишины?

— Да. Так говорят, когда все собеседники одновременно замолкают, и во время оживленной беседы вдруг возникает пауза. Испанцы вообще более разговорчивы, чем японцы, потому такие моменты там, должно быть, редкость.

— Вот оно что…

— Вполне ожидаемое выражение для христиан.

— Но у меня дома всегда так шумно…

— Конечно, ты же из большой семьи.

— Кто-то постоянно рядом, радио и телевизор включены с утра до вечера. Нет места для ангелов.

— Это же здорово? Всегда быть среди близких.

— Нет. В наш дом не заглядывают ангелы. Вот почему там…

— Что?

— Нет, ничего. В нашем доме не бывает моментов, когда пролетают ангелы.