Порочное место - Владимир Колычев

– Не надо!

– Почему?

– Потому.

Ее смущал Яша, но Славе на это, похоже, было наплевать. Ну да, раньше случалось, что он уводил ее в соседнюю комнату и утолял свою страсть, даже забывая закрыть за собой дверь, а Яша все слышал, возможно, даже подсматривал. И неудивительно, что в один прекрасный момент он зажал Эллу в темном углу.

– Нет, правда, ты такая классная, что у меня настроение поднялось. Ты такая же молодая, как раньше. Только еще красивей.

– Не подлизывайся, – польщенно улыбнулась она.

– Знала бы ты, в кого Валька превратилась!

– Мне все равно!

– И правильно! Валька и мизинца твоего не стоит! А ты супер. Ты действительно супер! Ты же знаешь, я в бабах разбираюсь!

– Кто бы сомневался.

– Сколько их у меня было… Но ты лучшая из всех, отвечаю!

Вскоре за спиной внезапно раздался протяжный храп. Элла оглянулась и увидела, как у Яши при каждом вздохе расширяются ноздри. Он крепко спал, причем без всякого притворства.

– Пусть дрыхнет, он это умеет, – хмыкнул Слава.

– Я только «за».

– Приблуда, блин. Тупой как пробка. А куда его денешь?

– Квартиру сними.

– Дорого. А с деньгами у нас туго.

– Почему-то я не удивляюсь.

– Нет, я серьезно. Мы, конечно, можем, эту машину продать, что-нибудь попроще купить, но не хотелось бы. Все-таки Валькин подарок.

– Хорошие она тебе подарки делает.

– Ну, себе она «Лексус» новенький взяла, а мне старье это отдала. Бизнес у нее в гору пошел, половина магазинов у нас – ее собственность, деньги лопатой гребла.

– Гребла?

– Ну, гребет. В смысле, до кризиса она больше зарабатывала, но и сейчас не жалуется. Только надоела она мне. Я с тобой хочу. Жуть как соскучился.

И Элла соскучилась по своему Славе. Только она ему об этом на словах не скажет, а вот поговорить с ним на языке тела… Сейчас он снова положит руку ей на коленку, и она не станет упрямиться. Он проведет рукой вверх по бедру и почувствует, как сильно соскучилась по нему его бывшая жена.

Но Слава больше не пытался приставать к ней.

– Как там Олежка поживает?

– Хорошо поживает.

– Где он сейчас?

– У соседки. Я ей плачу, она с ним сидит.

– Хотелось бы посмотреть на него.

– Не надо тревожить ребенка. Он уже взрослый, он все поймет.

– Что поймет? Что я его отец?

– Он Леню отцом считает.

– Да мне плевать на твоего Леню.

– А мне – нет!

Ей показалось, что Слава сейчас раззадорится и попытается доказать, кому она принадлежит – ему или законному мужу. Что ж, Элла готова соврать ему… Но нет, вопреки ее ожиданиям, Слава не стал распускать руки.

– Твой Леня сел всерьез и надолго, – сказал он.

– Это не имеет значения.

– Имеет… Теперь я буду с тобой жить.

– Ну, если ты настаиваешь…

– Я буду жить с тобой в твоей квартире. И я буду воспитывать своего сына.

– А Яша твой где будет жить? С нами? Нет, так не пойдет. Он будет жить с тобой. На съемной квартире.

– Я же тебе сказал, у нас проблемы с деньгами.

– Ничего, у меня есть. Я все оплачу.

Элла прекрасно понимала, что рано или поздно Слава бросит ее и тогда она останется у разбитого корыта. Адвокат обещал условный срок, и что, если Леонид скоро вернется домой? Он узнает, что Элла жила со своим бывшим в его квартире, и, ничего не говоря, развернется и уедет в Австралию. А она даже не знает, где у него там дом. Да и не пустит он ее к себе, если вдруг узнает…

– Меня такой вариант не устраивает.

– Устраивает, – колко усмехнулась Элла.

Она слишком хорошо знала похотливую сущность своего бывшего мужа. Не для того он так прихорашивался, чтобы жить с одной женщиной. Он ведь и когда с ней жил, по бабам бегал за милую душу, и от Валентины гулял. И в Питере собирается заняться тем же самым.

– Еще как устраивает, – твердо проворила Элла. – Ты же не станешь своих баб водить ко мне? А так у тебя своя квартира будет, кого хочешь, того и водишь.

– Какие бабы, Элла? – фальшиво возмутился Слава.

– Ну, можешь вдвоем с Яшей зажигать. Вы же не можете друг без друга жить?

– Не смешно. Скажи, что не хочешь селить меня в своей квартире.

– Не хочу.

– Ну ладно, если ты платишь за квартиру, тогда ладно…

Элла обиженно вздохнула. Ничуть не изменился Слава, как был альфонсом и бабником, так им и остался. Но прогнать его она уже не может. Уже не в силах…

Слава знал, как покорить сердце женщины. И обаяния в нем хоть отбавляй, и голос у него хороший, а на гитаре как играет…

Элла слушала его и млела от удовольствия. Со своей гитарой он был похож на сказочного крысолова с волшебной флейтой, который с помощью своего нехитрого инструмента увел за собой всех городских детей и утопил их в реке. Впрочем, она уже утонула в его чарах…

– Есть у меня такая женщина, – сказал он, откладывая в сторону гитару.

Элла так надеялась, что он наконец-то обнимет ее, но нет, он потянулся к сигарете, закурил. Привал на обочине закончился, они снова расселись в машине по своим местам. Он так и не прикоснулся к ней больше по дороге в Питер. Почти двенадцать часов они ехали, и ничего, а ведь она так надеялась…

Добрались они рано утром, и Элла не смогла отказать ему в гостеприимстве. И Яшу пришлось приютить. Соседке она позвонила, сказала, что задерживается, а сама со Славой закрылась в своей квартире.

Элла приняла ванну, легла спать, думала, что Слава залезет к ней в постель, даже сочинила маленькую сцену, как будет при этом возмущаться, но тот даже не заглянул к ней в комнату.

Она сама пришла к нему. Слава отправил Яшу в город искать квартиру, а тем временем накрыл в зале стол. Любил он такой антураж – стол, закуска, выпивка, плотные клубы табачного и конопляного дыма, гитара, песни. Это его стиль, и он не собирался ему изменять. Единственное, что бутылки на столе не было, зато комната в тумане табачного и конопляного дыма.

– И она у меня самая лучшая, – сказал он, выпуская в потолок струю дыма.

Элла сидела рядом, но не в обнимку с ним, как делала это раньше. Да, хотелось подластиться к нему – положить голову на грудь, дождаться, когда он запустит руку ей в волосы, проведет ладонью по спине до самых ее закруглений… Но не могла она позволить себе такой вольности, ведь между ними целая пропасть. Слава сам бросил ее, ушел к другой, да и до этого гулял как последний кобель. Он бросил ее не одну, а с сыном, а вспомнил о них только сейчас, когда Валентина отказалась его содержать. Он знает, что у Эллы должны быть деньги, и без всякого зазрения совести собирается ими воспользоваться.