Незнакомка с тысячью лиц - Галина Владимировна Романова

– А Валерий Иванович?

– Не могу знать, – вяло отреагировал Семен Матвеевич, но тут же злость снова взяла верх: – Но догадываюсь! Взять хотя бы этих переселенцев. Думаете, без мзды кого-то заселяли в новое жилье?! Как же! Кого-то в рухлядь, а кого-то в коттеджи! Руку дам на отсечение, без взятки не обошлось.

Он помолчал, гневно шевеля губами, потом вдруг встрепенулся и радостно зашептал:

– Ой, тут у него одна накладка вышла с этим заселением.

– Ага, ага, в чем дело? – тоже оживился Макаров, не зная, как перейти к теме Проклятого дома.

– Он, значит, пообещал одному товарищу своему, вечно трущемуся у него в кабинете, двухмесячный коридор… Ну, то есть дал ему разрешение на изучение исторической пригодности старого дома, его еще Проклятым называют. Помните, да?

Еще бы не помнить! Макаров сдержанно кивнул.

– Товарищ очень влиятельный. Известный коллекционер. Какие-то фонды возглавляет. Имеет отношение к Охране памятников старины. То ли почетный член этого общества, то ли еще что, точно не знаю. В общем, этот дядя собирался провести изучение и сделать заключение, является этот старый дом памятником или нет. И что получается? – Глаза заместителя сверкали от удовлетворения. – Валерий Иванович то ли по забывчивости, то ли еще по какой причине дает указание этот дом заселить погорельцами!

– И что же коллекционер?

– Ох, как он гневался! Как кричал на нашего бедного Валерия Ивановича! Лялька – это секретарша – даже из приемной удрала, так там было шумно. – Семен Матвеевич неприятно захихикал. – Валерий Иванович неделю ходил туча тучей. Думаю, денежки пришлось вернуть. Он ведь хмурится, только когда дело денег касается. Вернее, потери прибыли. Потом ничего, повеселел.

«Итак, – мысленно подвел итог Макаров, – Валерий Иванович имел непосредственное отношение к заселению Проклятого дома. Но перед этим он пообещал неким любителям старины дать разрешение на изучение подлинной ценности этого строения. Потом свое обещание нарушил. Почему?

Либо коллекционер не заплатил, либо кто-то дал больше денег. А кто мог? Агапов? Запросто. Тот еще мутный старикашка».

– Скажите, а почему ему вообще пришла в голову идея заселить этот дом? – спросил Виталий заместителя.

– Ой, а куда еще расселять-то?! Тут столько народу осталось бездомными, хоть домой к себе сели, в самом деле! Рассовывали по всем щелям! Говорю, кто сумел, тот пролез в жилье получше. Кто не сумел – попал в хибары, подобные Проклятому дому. Хотя от него многие отказались. Даже скандалили с Верочкой.

– Это кто?

– Верочка конкретно, пофамильно занималась расселением. И временной регистрацией во временном жилье. Она у нас громоотвод! – не без гордости заявил Семен Матвеевич. И, сжав кулаки, потряс ими в воздухе: – У-у-ухх!!!

Громоотвод Верочка оказалась, вопреки ожиданиям Макарова, маленькой худой дамой средних лет с глазами замороженной рыбы и полным отсутствием реакции на внешние раздражители.

– Кому должен был позволить изучение Валерий Иванович? – вяло переспросила Верочка, глядя мимо Макарова на дверной проем, будто он там оставил невидимого двойника, которого она видела прекрасно и предпочитала общение именно с ним. – Так Савельеву Геннадию Ивановичу. Препротивный тип, скажу я вам. Так орал тут!

– А что вдруг передумал?

– Так усомнился Валерий Иванович в истинной ценности этой рухляди.

– И кто же посеял в нем эти сомнения?

Макаров спросил просто так, как-то сам собой выскочил у него этот вопрос. Он даже на ответ не надеялся. А Верочка неожиданно перевела взгляд на него, перестав общаться с кем-то невидимым за его спиной, и даже улыбнулась.

– Вопрос в точку, господин полицейский. А сомнения в нем породил Георгий Георгиевич. – Верочка с благоговением назвала фамилию, бывшую на слуху в их городе. – Он как раз пришел к Валерию Ивановичу хлопотать за свою какую-то дальнюю родственницу. Или родственницу своих дальних родственников, точно не могу сказать. Она тоже оказалась в погорельцах. Так вот они и хохотали вместе над чудаком Савельевым, решившим найти клад в бывшей коммуналке. Вы же знаете, в этом доме кто только не жил!

– Слышал, – сдержанно кивнул Макаров.

Сердце в груди тяжело ухало, подмышки вспотели, невзирая на холод в Верочкином кабинете. Кажется, кажется, кажется, он нащупал породу!

– Так вот Георгий Георгиевич тоже известный коллекционер и истинный ценитель старины. Говорят, его загородный дом – настоящий музей! Чего там только нет! Валерий Иванович однажды даже сказал мне, что, будучи у Георгия в гостях, видел настоящий пиратский стол, да! И сундук с пиратского корабля. Это так… романтично! – Верочка сложила сухонькие ладошки на впалой груди. Сморщенные веки полуприкрыли ее рыбьи глаза. – И вот они смеялись, смеялись, а потом вдруг Георгий и попросил поселить эту самую родственницу в этом доме. Кто, говорит, как не она, сумеет отличить фальшивку от подлинника. И если в старых перекрытиях есть хоть что-то намекающее на истинную ценность, есть хоть что-то, кроме короеда, она увидит. Валерий Иванович согласился без вопросов. Он очень уважает Георгия Георгиевича. Да его весь город уважает. Известный меценат!

– Что же он свою родственницу поселил в такие трущобы? – скрипнул зубами Макаров. – Меценат-то ваш.

– Говорю вам, все дело в негласном пари. У Георгия Георгиевича с Савельевым десятилетнее соперничество. У них просто дело чести – умыкнуть из-под носа друг друга какую-нибудь редкую вещицу. Я не выдумываю, не подумайте. Это Валерий Иванович так говорит.

– Понятно… – Макаров поблагодарил ее и попятился к двери, а потом, будто вспомнив, спросил: – Как, говорите, фамилия этой родственницы?

– Сейчас гляну, – кивнула охотно Верочка и защелкала мышкой компьютера. – Так, так… Ага, вот она. Николаева… Родственница нашего коллекционера и мецената – Ольга Николаева. И там еще поселился ее то ли брат, то ли сват. Будто присматривать за ней. Без регистрации Валерий Иванович попросил его поселить. Так что данных на него у меня нет…

– Это что же получается?! – вытаращился на Макарова полковник, успев перед этим запустить в сторону окна авторучкой. – Наш бедный мышонок состоит в банде?!

– Почему сразу в банде, товарищ полковник? – неуверенно проговорил Виталий, у него вообще все в голове перемешалось.

– А как еще расценить благодеяние господина нашего мецената?! – Последнее слово из уст полковника прозвучало как ругательство. – Он селит свою соучастницу в старый дом, который, по их мнению, хранит множество тайн. И там же размещает еще одного своего помощника. Для подстраховки, так сказать! Николаева сближается с Агаповым. И как только тот выкладывает им все свои секреты, они его убирают. Николаева арестована. Но она нужна им на свободе. И они убивают соседку Николаевой, чтобы снять с той подозрение. Николаеву выпускают, ее встречает один из злоумышленников, и она исчезает. Бесследно исчезает, Макаров. А заодно и лысый этот. Как там его?