Досье на Крошку Че - Дарья Донцова

Ну надо же! Ирка, словно известный древнегреческий философ,уверена: если проблему не разглядывать, та исчезнет. В принципе, правильноеповедение: чем меньше зацикливаться на ерунде, тем быстрей она рассосется.Только к тараканам данный постулат не относится.

— Бери совок и сметай живность, — велела я.

— Ща Ваньку позову, — быстро нашла выход изположения домработница. Она распахнула было входную дверь, но тут же живозахлопнула ее и прошептала:

— Дарь Иванна! Заболтались мы, а там АркадийКонстантинович с бабкой Милицией приехали, по дорожке идут. Че делать-то?

— Хватай газету, вон ту, что на тумбочке лежит, и живогони тараканов с муравьями вон.

— Это «Вести стадионов», ее Александр Михайлович еще нечитал, — напомнила Ирка.

Я постаралась не захихикать. Наш полковник не способенпробежать и двух метров, по лестнице он поднимается, отдуваясь, словно уставшаялошадь, но каждый вечер, придя с работы, Дегтярев откупоривает бутылочку пива иложится на диван в компании с листком «Вести стадионов». В этот моментАлександр Михайлович ощущает себя членом огромной армии физкультурников, оннавеки со спортом.

— Не спорь, — подтолкнула я Ирку в спину, — Уолигархов в доме никакой иной живности, кроме элитных собак, кошек и экзотов,не должно быть. Тараканы с муравьями — это не комильфо. Что подумает Милиция,узрев рыжую демонстрацию? Давай, давай, живо гони насекомых под мебель, а япобегу в гостиную — мне велено сидеть со спицами в руках у телика.

Ирка схватила любимое издание Дегтярева и принялась яростноскрести им по плитке.

— Дарь Иванна! — проорала она мне в спину. —Аркадий Константинович велел вам то платье надеть, которое в общей гардеробнойна втором этаже висит.

— Времени нет, — отозвалась я, — надочто-нибудь одно выбирать: либо мама с вязаньем, либо мама в приличной, навзгляд Кеши, одежде.

Плюхнувшись на мягкую подушку, я схватила пульт и понялавесь ужас своего положения. Понимаете, я не очень люблю телевизор. Не следуетсчитать меня гадкой снобкой, которая презрительно морщит нос при виде экрана ицедит сквозь зубы: «Оглупляют народ».

Я считаю, что народ сам, без меня, разберется, что емусмотреть. Никакой беды ни в многосерийных телефильмах, ни в веселых программах,ни в ток-шоу, ни в эстрадных концертах я не вижу. Каждый отдыхает, как хочет.Разве в Конституции написано, что граждане поголовно обязаны прочитать Пушкина?Нет? Вот и отвяжитесь от народа, перестаньте его учить и тащить в светлое завтра,пусть люди живут счастливо сегодня. Во всяком случае те, кому уже исполнилосьвосемнадцать. Если кое-кому не нравятся какие-то телепрограммы, то он может ихне включать. Телевизор не собака, он не бросается на вас из-за угла, не рычит,не кусает того, кто не жаждет смотреть «мыло». Я, например, обожаю сериалы проЭркюля Пуаро и мисс Марпл, еще мне понравился фильм про Ниро Вулфа, только нетот, что сняли в России. Впрочем, иногда могу посмотреть и некое шоу с мрачнонапыщенным ведущим, программу, претендующую на серьезность и глубину анализаразных ситуаций. Мне она отчего-то кажется веселей всех юмористических шоу: ипафосный журналист, и его гости с умным видом несут такую чушь! Ей-богу, очень,как говорит Манюня, прикольно.

Впрочем, сейчас речь пойдет об ином. Телик я смотрю редко иделаю это лишь в своей спальне. В гостиной никогда не сижу по несколькимпричинам. Во-первых, там стоит не слишком удобная для моей спины мебель,во-вторых, в большой комнате постоянно много народа, и все безостановочно галдят,в-третьих, тут огромный, очень яркий экран, от взгляда на который у менямоментально начинается мигрень.

Но сейчас хозяйке дома предписано пялиться в телевизор,изображая вязальщицу. Именно так, по мнению детей, проводит досуг мать милыхдетей, супруга владельца шахт, заводов, алмазных приисков, урановых рудников инефтяных скважин. Упав в неприятно мягкое для моего позвоночника кресло, японяла.., что не умею включать плазменную панель.

— Сейчас выпьем кофе, — послышался из прихожейбодрый голос Кеши.

— Лучше чаю, — покашливая, ответила Милиция.

Я занервничала и принялась быстро нажимать на все кнопки, ногадкий телик даже не моргнул.

— Ирина, — крикнул наш адвокат, — подайтечайник.

— Слушаюсь, Аркадий Константинович, —подобострастно откликнулась домработница, — лечу, словно гиена.

В иной ситуации, услыхав заявление Ирки, я бы захихикала:старательно исполняя роль, Ирка перепутала животных, она явно имела в видугепарда. Но сейчас мне было не до смеха — мерзкая панель не желала работать!Представляю, что мне потом скажет Кеша: «Неужели не могла постараться радиДеньки!»; «Милиция из-за тебя отказалась выдавать за Дениску свою Бетти» и такдалее в том же духе. Если сватовство сорвется, виноватой буду только я. Доконца дней домашние станут говорить: «Это произошло через неделю после тогодня, когда Дарья не сумела включить телик и лишила Дениску семейного счастья».Или: «Холодильник мы купили за месяц до момента, как Дарья не сумела включитьтелик и лишила Деньку семейного счастья». На меня уже накатывало отчаяние.

— Ваши родственники еще не приехали? — спросилаМилиция, явно подобравшись к самому входу в гостиную.

— Горячо любимая мамочка сейчас смотрит свой обожаемыйсериал, — не свойственным ему сюсюкающим тоном ответил Кеша, — носкоро соберутся и остальные. Наша семья свято соблюдает традицию совместногоужина. Ее завел еще пра-пра-прапрадедушка.., э… Иван Васильев, знатный.., э..,постельничий царя.

— Очень приятно, когда люди из века в век берегутсемейные ценности, — церемонно подхватила нить беседы Милиция.

Уже в полном отчаянии я стукнула пультом по колену, и — орадость! — экран сначала вспыхнул ярко-голубым светом, а потом на немзашевелились фигуры. Какой канал заработал, я понять не успела, потому чточерез порог переступили Милиция и Кеша. Я нащупала в кресле, сбоку от себя,клубок шерсти и спицы, не глядя схватила «реквизит», положила пряжу на колени,а железяки зажала в пальцах.

— Добрый вечер, — почти ласково произнесла Милиция.

Я навесила на лицо сладкую улыбку.

— Как хорошо, что вы вернулись! Желаете поужинать?

Кеша сердито кашлянул. Я тут же сообразила, что наша семьяна протяжении трехсот лет всегда усаживается за стол после захода солнца вполном составе, и ловко исправила свою ошибку:

— Мы любим поболтать при свечах, все вместе, но радигостьи готовы пойти на исключение.