Как хочет госпожа - Ольга Баскова

Он снова развил такую скорость, что у Зориной заложило уши. Она подивилась спокойствию Кости и Павла. Ее супруг и его приятель всецело доверяли водителю.

– Когда будем на месте? – поинтересовался Киселев.

– Минут через двадцать, – успокоил его водитель. – Если, конечно, не произойдет какой-нибудь форс-мажор.

Им повезло, форс-мажора не случилось. Оперативники и журналистка прибыли на вокзал вместе с поездом. На перроне их встретили «транспортники». Они пожали мужчинам руки, и один, с погонами капитана, виновато признался:

– Наш коллега грубо сработал. Почему-то он утратил бдительность, и ему в голову не пришло, что Николенко может ждать гостей. Парень подумал: она расслабилась и дремлет сейчас на своей полке. А с чего бы ей дремать, если она от нас убегает? Вот Наталья и заприметила молодца в полицейской форме, пробиравшегося к ее купе, схватила пятилетнюю девочку, дочь соседки по купе, прижала к ее горлу нож и пообещала убить, если мы не выполним ее требования. А они, надо сказать, нехилые. Да и девчонку она не отпустит до самой Турции, если уж мы позволим ей туда улететь. Не поверит она, что мы в самолет своего человека не впустили.

Павел дернул плечом:

– Зачем баба сама себе срок накручивает? – удивился он. – Ведь женщина, которую она пыталась убить, осталась жива. С ее деньгами нанимай хорошего адвоката и отделывайся по минимальному. Нет же, лезет в самое пекло.

– Она отчаялась, – произнесла Катя. – Ей уже не мила ее жизнь, раз в ней нет Игоря, который был ее последней надеждой.

– Пойдемте, – поторопила Зорина молодого полицейского. – Я уговорю ее отпустить ребенка.

Они ринулись к нужному вагону. Возле него толпились встревоженные люди.

– И куда только полиция смотрит? – поинтересовался ехидный старичок. – Уже бабы детей захватывают. Руки бы ей пообрывать, так ведь нет, наверняка станут по-культурному просить.

– Говорят, такая женщина приличная, – вторила ему старушка. – И чего ей спокойно не живется?

Журналистка и оперативники зашли в душный вагон. Там тоже дежурили полицейские.

– Если через пять минут она не увидит машину, которая отвезет ее в аэропорт, то убьет девочку, – проинформировал один из них. Киселев дернулся:

– Подождите. Мы попробуем ее уговорить.

Катя осторожно постучала в дверь купе, и оттуда сразу раздался истошный крик:

– Я убью ее, если вы не выполните мои требования.

Зорина осторожно отодвинула дверь:

– Подождите, Наталья, давайте поговорим.

Она увидела сидевшую на нижней полке блондинку с худым некрасивым, но ухоженным лицом. Женщина прижимала к себе испуганную девочку, которая уже не плакала, а лишь открывала и закрывала рот.

– Кто вы такая? – спросила Николенко, крепче стиснув ребенка.

– Я хочу вам помочь, – ответила журналистка. – Мы уже связались с нужными организациями, и машина на пути сюда. Но прежде чем она помчит вас в аэропорт, подумайте, Наталья, нужно ли вам все это.

Ее серые глаза сузились:

– Убирайтесь к черту.

Катя невозмутимо продолжала:

– Отпустите девочку. Я все про вас знаю. Вас бросил молодой любовник – ну и что с того? Вы богаты и самодостаточны, вы найдете другого. С вашими достоинствами вы можете выбирать – погрузиться ли в пучину любви с молодым, но любящим ваши деньги, или встретить мужчину, с которым можно провести остаток жизни. А если вы сейчас убьете ребенка, то лишите себя возможности изменить судьбу. Кто знает, может быть, на следующий год в это же время вы будете счастливы и с ужасом станете вспоминать об этом происшествии.

Наталья качнулась.

– Я не убью ребенка, если вы дадите мне уехать из страны, – сказала она.

– Но что вы будете делать в Турции? – продолжала журналистка. – Вечно скрываться от полиции? Здесь у вас наверняка есть подруги, родственники, а там нет никого. Конечно, это ваше дело, как поступать. Но посмотрите на девочку, она вся трясется. Разве она виновата в том, что произошло с вами? Отпустите ребенка, Наталья, и начните жить заново.

Николенко задрожала:

– Я одинока, – прошептала она, – и никому не нужна.

– Кажется, она сдается, – прошептал Костя. – Катюха молодец.

– Дожми ее, – проговорил Павел. – Она почти готова.

Зорина сделала шаг вперед:

– Это неправда. Вы просто не знаете себе цены.

– Меня бросил муж, – призналась ей женщина, – а детей не дал бог.

– Сейчас есть множество способов родить ребенка даже женщинам в возрасте, – возразила журналистка. – Кто знает, возможно, у вас родится такая же хорошенькая девочка, как эта. Почему вы выбрали именно этого ребенка? Она вам сразу приглянулась? Вы хотели иметь такую дочь? Так у вас будет такая дочь. Поэтому не берите грех на душу. Там стоит ее мать. Она такая же женщина, как и вы. Отдайте ей ребенка. Мужчины не стоят ни одной слезинки детей.

Николенко судорожно всхлипнула и ослабила хватку. Катя воспользовалась ее замешательством, схватила девочку за руку и вытолкнула ее из купе. Она ожидала, что женщина набросится на нее, но Наталья вдруг выпустила нож, который со стуком упал на пол, и зарыдала. Зорина подошла к ней и обняла.

– Не надо, – успокаивала она ее. – Все кончилось. Все еще будет хорошо. Я вам обещаю.

К ним спешили оперативники. Они вывели плачущую женщину на перрон и усадили в машину. Журналистка с тоской смотрела ей вслед. К ней приблизился молодой полицейский с невзрачной, но хорошо одетой брюнеткой, размазывавшей косметику со слезами по красному лицу.

– Это мать ребенка, – пояснил мужчина. – Она хочет поблагодарить вас.

Дама без слов бросилась Кате на шею.

– Забудьте все, как страшный сон, – сказала ей Зорина. – Теперь у вас снова будет все хорошо.

Павел, поговоривший с коллегами, направился к журналистке и ее супругу.

– Они доставят Николенко к нам в отдел, – пояснил он. – Там уже ждет Артем, который допросит ее и откроет уголовное дело. А мы, я думаю, можем быть свободны. Виктор, – обратился он к водителю, – гони что есть силы в Приреченск и развези нас по домам. – Майор зевнул. – Ужас, как спать хочется. И что за день сегодня сумасшедший? Некогда даже было чаю попить.

– Сейчас напьешься вдоволь. – Скворцов помог Кате сесть на заднее сиденье. – Ловко моя жена эту дамочку раскрутила. Признаться, я даже дыхание затаил. У дамочки не все дома, это видно невооруженным глазом. Она в любой момент могла полоснуть девочку по горлу.

Виктор сел на водительское сиденье, Павел примостился рядом с Зориной. Водитель включил зажигание, и машина заурчала.

– А она тебя слушается не хуже, чем своих хозяев, – усмехнулся Скворцов. – Идет так плавно… Ты вообще мастер.