Белый конь на принце - Дарья Донцова

– Тяжелая сердечная недостаточность, – обрадовалсяЯрик, – цианоз.

– Организм кажется здоровым, – задумчиво протянулБурдюк, – нет проблем с дыханием. Вероятно, это пищевое. Пили синьку? Ау,Дарья!

С огромным трудом я отодрала тяжелый язык от зубов.

– Ногти у меня покрыты декоративным лаком.

– Синим? – поразился Ярик. – Некрасиво же!Сразу на ум морг приходит и утопленники.

– Зато модно, – воскликнула я. – Голову яслучайно облила синькой, а что с языком – не имею понятия. Можете смело отместидва симптома: про ногти и волосы – и заняться третьим.

– Моя бабушка, когда, как вы, поседела отстарости, – понес ахинею Ярик, – решила голову в чернилах полоскать,получался прикольный, едва заметный фиолетовый оттенок.

– У меня нет седины, я налила воду в ковшик, в которомлежал порошок синьки, а потом опрокинула его содержимое на себя, –прошипела я.

Но Ярик не собирался умолкать.

– Вы не видели, что берете?

– Нет, в ванной не было света, – сообщила я чистуюправду. – Я уронила свечку, огонь погас, пришлось орудовать в кромешнойтемноте.

– Вы живете в столь ужасных условиях? – удивилсяЯрик. – Без электричества?

– В нашем особняке полный порядок, но люди, в чьюквартиру я зашла помыться, из экономии вывернули почти все лампочки, – вздохнулая.

– Вы посещаете частную сауну? – подмигнул мнеЯрик. – Паритесь в темноте? Супер. Иногда надо давать выход первобытныминстинктам.

– Вот глупость! – закричала я.

– Тише, тише, – предостерег меня Бурдюк, – мывыясняем важный момент, врачам надо предоставить полную информацию.

Я откашлялась:

– Я пришла в квартиру, споткнулась о крысоловку вкоридоре, там же сшибла варенье в ведре, которое висело на стене, вернее,сначала я ударилась лицом о таз, потом испугалась совы, она задела менякрыльями, и уронила сироп с ягодами, или наоборот! Сначала обрушила тару сосладким, а потом разнервничалась из-за совы. Ясно?

Ярик осторожно попятился к выходу.

– Конечно, мой ангел, – запел Бурдюк, – прощенекуда. Вас испугал то ли филин, то ли неясыть, которые парили в коридоре,поэтому, разлив свисавший с потолка джем, вы живо пошли в ванную и вылили насебя синьку!

– Я хотела смыть варенье! – повысила я тон. –Не смогла влезть под кран в раковине, вот и уцепила ковш с синькой! Я же незнала, что на дне его порошок!

– Чего под душ не встали? – спросил Ярик.

– Тогда пришлось бы всей мыться, а я не могла.

– Водобоязнь! – немедленно отреагировалЯрик. – Отсюда посинение языка.

– Она же сказала, что хотела влезть под кран враковине, – укоризненно напомнил ему Бурдюк. – Нужно внимательнослушать пациента, иначе упустишь нечто важное!

– Глупо мыться под рукомойником, если рядом естьдуш! – отстаивал свою позицию Ярик.

– Она же сюда не за лекцией по логике пришла, –улыбнулся Бурдюк, – продолжайте, Дашенька. Вылили синьку, а дальше? Допилииз кастрюльки капельки? Не стесняйтесь, мы, врачи, всякого навидались.

– Ничего внутрь я не принимала. Обмыла голову синькой,потом самогонкой…

– Стоп! – опять проявил нетерпение молодойпоследователь Цельса.[5]– Вы алкоголичка? Это меняет дело.

Я затряслась от злости.

– Я не употребляю спиртное! Мне от него плохо.

– Яр! – укорил парня Бурдюк. – Дашенькасказала совсем иное: она вымыла голову самогонкой. Не желудок полоскала!Волосы!

– Зачем? – выступил в своем духе Ярик. – Длятаких целей придумали шампунь.

– Запомни, – строго приказал Бурдюк, – нас неинтересует причина, по которой больной прищемил себе нос дверцей буфета. Важно,что он его поранил.

– Есть идиоты, которые травмируют лицо створкамимебели? – хихикнула я.

– Всяких полно, – пригорюнился Ярик. – Синькуна волосы льют! Водкой моются!

– Я случайно. И посинели мои родные волосы, а фальшивыестали оранжевыми. Понимаю, рассказ про сову, варенье, самогон и синьку звучитдико, но я не вру, – устало сказала я.

– Придумать такое сложно, – согласился со мнойЯрик.

– Еще хорошо, что я не вспомнила про подштанники,которыми вытерла волосы, – вздохнула я.

– Бедняжечка, – пожалел меня Бурдюк, – этоунизительно – использовать столь специфический предмет в качестве полотенца.

– А зачем брать подштанники? – вновь озадачилсяЯрик.

– Подведем итог! – объявил Бурдюк. –Посинение языка непонятной этиологии.

– Диагноз «Ф. З.», – заржал Ярик.

– Это что такое? – испугалась я. – Онолечится?

– Не знаете анекдот? – обрадовался Ярик. –Больной обращается к врачу: «Доктор, доктор, что означают буквы Ф. З.в моей истории болезни?» Ну, чего не смеетесь?

– Так непонятно, – пожала я плечами.

– «Ф. З.» – это «фиг знает», – расшифровал Ярик.

– Вы не пробовали на пару с Емельяновым в КВНвыступать? – прищурилась я. – Успех вам обеспечен.

– Ступай к Лазаревой, проверь шов, – приказалБурдюк помощнику, – а вы, Дашенька, получите два рецепта. По таблетке изкаждого пузырька принимайте перед едой, крем не отменяем, наращенные волосыснимите, синьку и самогон более ни в каких целях не применяйте, перейдите наздоровое питание и экологически чистые средства ухода за кожей. Что скуксились?

– Сколько с меня? – мрачно спросила я.

Бурдюк протянул счет.

– Позвоните сегодня перед тем, как ляжете спать, изавтра утром.

Очутившись на улице, я моментально набрала номер ЭлиМосквитиной и предъявила ей кучу справедливых претензий.