Агент 013 - Дарья Донцова

Димон уставился в ноутбук.

– Сама посмотри. Жизнь Тамары Владимировны прозрачна, как слеза ребенка. Никаких родственников, кроме умерших родителей, замуж не выходила, старая дева.

– Можно не иметь в паспорте штамп и менять мужиков с калейдоскопической скоростью, – протянула я. – Вот это что за пометка?

– В восемьдесят третьем году Куклина теряла паспорт, – пояснил Димон, – ей выдали новый документ, но это рядовая ситуация. Может, у нее сумку сперли.

– И в то же время она сменила работу, – отметила я, – смотри, Тамара Владимировна работала ветеринарным врачом в клинике на улице Вяткина, осенью восемьдесят третьего она резко поменяла специальность, устроилась в театр-зверинец «Три поросенка»[6]служительницей при животных. Явное карьерное падение. Ветдоктор определенно получает больше, чем чистильщик клеток. Отчего Куклина решилась на подобный шаг?

Димон не усмотрел в ситуации никаких странностей.

– Этому найдется сто причин: далеко ездить в клинику, поругалась с начальством, не поладила с коллегами.

– Непохоже, – уперлась я, – она долго работала на одном месте, а в восемьдесят третьем сорвалась, да еще и поменяла паспорт. Вдруг это звенья одной цепи?

– Ладно, – сдался Димон, – копну глубже, а ты не опоздай завтра на встречу с продавцом эксклюзива.

Ровно в полдень я вошла в небольшую палатку на Дорогомиловском рынке и увидела кудрявого небритого смуглого мужчину, который моментально стал соблазнять потенциальную покупательницу.

– Бери манго.

– Спасибо, не надо, – отвергла я его предложение.

– Сладкий, как мед, – продолжал торговец, – не иностранный, наш, подмосковный!

– Манго не растет в средней полосе России, – улыбнулась я, – это не картошка.

– Зачем говоришь! – всплеснул руками продавец. – До Мичурина груш не было, а он их скрестил, и получилась бэра. Вот и манго теперь вывели. Ты попробуй!

Ловким движением мужчина схватил нож, вытер его о грязную тряпку и хотел разрезать плод.

– Не портите фрукт, – остановила я его рекламный порыв, – меня тут ждут, пароль число двенадцать.

Продавец поскучнел и ткнул пальцем в дверь за своей спиной.

– Ходи туда.

Я пролезла между штабелями ящиков и втиснулась в крохотный чуланчик. Между коробками с бананами стояли пластиковый стол и пара стульев, на одном сидел парень самой простецкой внешности: круглое лицо, голубые глаза, нос картошкой, светлые волосы и россыпь веснушек, на вид ему было лет семнадцать.

– Ну, показывай, – с порога велела я, – принес?

– Деньги есть? – спросил «бизнесмен».

– Товар подойдет – получишь, – твердо ответила я.

– Сначала бабло, – ухмыльнулся паренек.

– Начнем по новой, – вздохнула я, – меня зовут Таня, а тебя?

– Я Ваня, – с усмешкой откликнулся юноша. – Таня – Ваня, шикарно звучит.

– Мне нужна рубашка Сергея Федулова! – заявила я. – Если все тип-топ, еще заказы будут.

– Вот тут она, – кивнул Ваня.

– Вынимай! – обрадовалась я.

– Бабки!

– Сначала товар!

– Деньги вперед, – уперся парень.

– Ладно, – сдалась я и вынула из сумки тугую пачку банкнот.

Юноша потянулся к купюрам.

– Дай позырить.

Но я была начеку.

– Нашел дуру! Доставай рубашку.

Ваня взял кейс, вынул оттуда пакет, извлек помятую светло-желтую тряпку, украшенную бурыми пятнами, и положил на стол.

– Во!

– Сорочка точно Федулова? – спросила я.

– Без обмана, – кивнул Ваня, – могу доказать.

Мне стало интересно.

– Как?

Парень вытащил из кейса фотографию.

– Гляди. Арест преступника, его ведут к машине. Кто-то на мобильник щелкнул, видишь, в какой он рубашке?

– Ну, похоже, – кивнула я, открывая сумочку и вытаскивая скальпель, – осталась мелкая деталь.

– Этта чего? – забеспокоился Ваня.

– Очень осторожно острым ножичком отскребу частичку присохшей крови. Не бойся, ткань не испортится. Потом помещу соскоб в пробирку, капну немного раствора и узнаю правду, – прощебетала я.

– Какую? – разинул рот Ваня.

– Кровь человеческая или принадлежит животному, – охотно объяснила я.

– Эй, мы так не договаривались, – забеспокоился Иван.

– Думаешь, я просто так отдам тебе кругленькую сумму? – фыркнула я. – Не для себя беру, хозяин послал. Он у нас фанат Федулова. Разозлится, если я фуфло притащу. Так как, сделаем тест?

Ваня замотал головой.

– Не моя вещь! Вдруг испортится!

– Значит, сделка не состоится, – резюмировала я, – босс меня за предусмотрительность похвалит, а твой шеф тебе по башке настучит.

– Не за что, – без особой уверенности ответил парень.

– Много у Федулова фанатов? – усмехнулась я.

– На его сайте человек десять топчется, – объяснил Ваня.

– И каждый готов гору валюты отвалить? Сорочка очень дорогая, – напомнила я, – вот записки Сергея не очень в цене, он их постоянно строчит, забросал всех письмами, а вещи редкость. Твоему начальнику покупателя лучше моего босса не найти. Позвони ему, посоветуйся, спроси разрешения.

Ваня насупился.

– Он того, выключил телефон.

– Обычно твой босс всегда на связи? Может, проспал? – заулыбалась я. – Он старый?

– Да нет, – пожал плечами Ваня, – ну, ему больше лет, чем мне, но еще не пень.

– Небось в клубе плясал, – засмеялась я, – девочки, коктейли, вот и дрыхнет.

– Не, – замотал головой Иван, – он не из таких, работает, и все. Его девки не волнуют.

– Гей? – предположила я.

– Тьфу! – отмахнулся Иван. – Нормальный мужик, бизнес у него большой, антикварный. Рубашка ему случайно попалась, ее один мент сдал, ну и лежала себе до случая.

– Соединяйся с начальством, или я немедленно ухожу, – решительно заявила я, – ищите тогда другого фана. Впрочем, я и сама могу на твоего босса выйти. Дело нехитрое, раз-два, и готово.

– Наверное, ему совсем с животом плохо стало, – промямлил Ваня, – приболел и звонок убрал, не надо его тревожить.

– Кого? – напряглась я.

– Шефа, – бесхитростно сообщил Ваня, – у него вчера живот скрутило, к врачу поехал. Я за старшего пока. Могу цену скостить.