Ты отдашь все! - Марина Серова

Вечером, выспавшись, восстановив силы и приняв душ, я начала собираться. Распустила волосы и надела подходившее к случаю черное платье с пайетками, наложила макияж. Осмотрев себя в зеркало, я осталась вполне довольна.

Без четверти девять я уже стояла у входа в элитарный клуб. Загорецкий появился минут через десять. Он неторопливо вылез из своей «Ауди», щелкнул пультом сигнализации и небрежной походкой, в расстегнутом длинном пальто, под которым виднелась белоснежная сорочка с галстуком-бабочкой, направился ко мне. Окинул меня оценивающим взглядом, улыбнулся удовлетворенной улыбкой… Взял меня под руку и повел к двери.

В помещении клуба было уже много народа. Чинная интеллигентная публика неторопливо прохаживалась по залам. Ухоженные женщины в элегантных вечерних платьях, мужчины в строгих костюмах и смокингах улыбались, переговариваясь между собой. Звучала негромкая приятная музыка, поблескивали лампы...

Я заметила многие знакомые мне лица. Программу «ЧТО? ГДЕ? КОГДА?» я раньше частенько смотрела по телевизору. Вскоре музыка стихла, люди выстроились вокруг игрового стола, наступила тишина.

– Уважаемые дамы и господа, мы рады приветствовать вас в элитарном Клубе Знатоков! – послышался мягкий голос ведущего.

Я стояла спокойно, обводя глазами зал и пытаясь отыскать взглядом господина Феклистова, ради встречи с которым я и затеяла это мероприятие. Загорецкий стоял рядом, не проявляя ко мне абсолютно никакого интереса.

Ведущий представил участников сегодняшней игры, а также гостей и спонсоров, среди которых были банкиры, предприниматели, работники систем сотовой связи... К своей радости, я услышала и фамилию Феклистова. Управляющий «Райффайзен-банком» стоял прямо напротив нас с Загорецким, я хорошо рассмотрела его круглое лицо, практически без морщин. Лощеный вид, вежливая улыбка. Я еще раз убедилась про себя, что не ошиблась.

К столу стали стремительно проходить участники игры и рассаживаться в креслах. Вальяжный Друзь, молодой горячий Ровшан Аскеров, добродушный Сиднев… Даже не верилось, что я стою буквально в паре метров от этих корифеев интеллектуального мира!

Прозвучал удар гонга, и ведущий стал зачитывать первый вопрос, что-то из области японской поэзии, что всегда было для меня чем-то загадочным и необъяснимым. Если что-то я еще угадывала, сидя перед экраном телевизора, то на восточных вопросах всегда срезалась.

– «Наша жизнь – росинка. Пусть хоть капелька росы наша жизнь, но все же…» Закончите это стихотворение, – проговорил ведущий, и тут же прозвучал сигнал – время пошло.

Игроки загудели, склонившись головами друг к другу, посыпались версии… Я скосила глаза на Загорецкого. Тот стоял молча и прямо, словно аршин проглотил.

«А я бы вообще не стала заканчивать это стихотворение, – подумалось мне. – Оно и так очень красивое, оно вполне закончено!»

Истекла минута, ведущий провозгласил, что он готов выслушать ответ. Отвечать взялся Ровшан Аскеров. Повел он себя, надо сказать, довольно оригинально: после повторенного ведущим вопроса он промолчал. Каменная тишина длилась несколько секунд, пока ведущий не поторопил Ровшана.

– Мы уже ответили, господин ведущий, – бодро протараторил Ровшан, но я видела, что у него мелко подрагивают пальцы.

– То есть? – ведущий сделал вид, что не понял его.

– Это наш ответ. Стихотворение закончено!

Наступила пауза, после чего ведущий признал ответ правильным, и счет на табло стал «1:0» в пользу знатоков.

«Браво, Иванова! – мысленно восхитилась я. – Если так пойдет дальше, ты можешь смело вступить в этот элитарный клуб и начать зарабатывать деньги своим интеллектом!»

Следующий вопрос пенсионера из Уфы был длинным и запутанным. Он касался особенностей устройства какого-то двигателя. Я, признаться, в этих областях никогда не была сильна, да и неинтересны они мне, поэтому часть этого вопроса я пропустила мимо ушей. Пролетела минута, прошедшая в монотонном гудении голосов игроков, и отвечать взялся Александр Друзь. Он долго и нудно излагал свою версию, ведущий задавал встречные вопросы. Друзь пытался ответить, ведущий не был удовлетворен полностью и в конце концов задал ему прямой вопрос. Друзь, окончательно запутавшись, выдал что-то не в тему, и ведущий засчитал знатокам поражение. Я видела, как недовольно дернулась щека Друзя, он нахмурился и откинулся на спинку кресла. Желая сгладить ситуацию, ведущий объявил музыкальную паузу.

На сцену изящной походкой быстро вышла известная певица с белокурыми кудряшками и запела тоненьким сопрано какую-то нежную песенку. Я вопросительно повернулась к Загорецкому. Тот едва заметно кивнул, и, оставив меня, двинулся в сторону Феклистова. Я краем глаза наблюдала, как он объясняет что-то управляющему банка, указывая на меня глазами. Тот внимательно слушал, лицо его не выражало никаких эмоций. Наконец Загорецкий вернулся на место.

– Все в порядке, во время чайной паузы можешь с ним переговорить, – одними губами сказал он мне, и я успокоилась.

Дальнейшие вопросы я уже слушала невнимательно, раздумывая над тем, как мне грамотно провести беседу с Феклистовым. Признаться, я волновалась. Я беспокоилась, что и моя поездка, и мой приход сюда окажутся напрасными. Я едва дождалась чайной паузы, не отгадав больше ответов ни на один вопрос.

Церемонию объявили на счете «4:3» в пользу знатоков. Едва лишь ведущий заявил о перерыве, как я, мило улыбаясь, подошла к Феклистову. Он стоял, держа в руках фарфоровую чашечку, и внимательно смотрел на меня.

– Добрый вечер, меня зовут Татьяна, – проговорила я. – У меня к вам важный разговор…

Феклистов кивнул.

– Слушаю вас, – слегка склонив голову, произнес он ровным баритоном.

– Скажите, некто Александр Феклистов из Тарасова не приходится вам родственником?

Свое удивление Феклистов выразил едва заметным поднятием бровей, но уточнять пока ничего не стал.

– Это мой племянник, – ответил он. – Двоюродный, – уточнил он.

– Скажите, пожалуйста, в каких вы с ним отношениях?

Загорецкий, я полагаю, должен был предупредить Феклистова о моей профессии. В глазах управляющего банком зажегся огонек любопытства.

– Если у моего племянника появились какие-то проблемы, то, смею вас заверить, я не имею к этому никакого отношения, – тихо, но твердо проговорил он.

– Ну что вы, Леонид Владимирович, у меня к вам нет абсолютно никаких претензий! Просто мне нужно разобраться в ситуации с Александром. Я полагаю, что у него действительно возникли проблемы, причем, финансового характера. Скажите, он не обращался к вам за помощью по этому поводу? Вы ведь как раз работаете с финансами, и я подумала, что это было бы вполне логично с его стороны.

Лицо Феклистова медленно начало багроветь. Он огляделся по сторонам и указал глазами в сторону садовой площадки.

– Пройдемте туда, – предложил он. – Я понимаю, что разговор у нас с вами будет неприятный.