Прошлое не продается - Алексей Макеев

– Одного он не учел, – в разговор вмешался Гуров. – Даже сама наша природа воспротивилась и не допустила этого грабежа.

Два месяца спустя Гуров стоял на станции метро «Маяковская», собираясь ехать на очередную встречу с Амбаром. Тот уверял, что раздобыл невероятно интересную информацию. Час пик давно уже миновал, и Гуров одиноко стоял на платформе, ожидая поезда. Неожиданно сзади его кто-то окликнул. Гуров оглянулся, но в первое мгновение не смог понять, кто бы это мог быть.

– Лев Иванович, здравствуйте, это я! – С другой стороны платформы смутно знакомая женщина, улыбаясь, шла в его сторону.

– Валентина? – Гуров тоже пошел ей навстречу. – Какими судьбами?

– А вот. – Сияя счастливой улыбкой, женщина указала на рослого мужчину, который добродушно посматривал в их сторону. Рядом с ним высились две огромные, туго набитые «челночные» сумки. За ручку одной из них держалась егоза лет десяти, которая то подпрыгивала, то начинала отбивать подошвами сандалий какую-то лихую чечетку.

– Что, получилось, как и задумала? – улыбнулся Гуров.

– Еще лучше. Когда я приехала, эта мымра сама уже успела охомутать какого-то крутого. Еще покруче моего бывшего. Так что обошлось без баталий. Правда, пришлось из-за Танюши повоевать. Эта хотела ее спровадить к мамаше, чтобы потом, дескать, забрать к своему миллионеру. А вот фигушки! Наша она, и ничья больше! Представляете, я даже курить бросила. Начисто. Занялась коммерцией – открыла в селе свой ларек. Володьке купила «Белоруса» – он его отделал, ходит как новенький. Что и говорить – мастак!

Где-то в туннеле гулко загромыхал поезд, в темноте блеснули огни фар.

– Мама, мама, нам пора! – Девочка повернулась к Валентине и поманила ее к себе рукой.

– Иду, иду, доченька! – Валентина заторопилась. – Ну вот видите, теперь у меня есть дочка.

Улыбнувшись на прощание, она торопливым шагом направилась вслед за мужчиной, который, легко подняв тяжеленные сумки, занес их в двери вагона. Валентина на ходу взяла девочку за руку и шагнула следом за ним. Створки дверей сомкнулись, и вагон, дрогнув, отправился в путь. Гуров успел увидеть через окно крупную фигуру Владимира, поправляющего сумки, чтобы освободить проход, и что-то советующую ему Валентину. В последнее мгновение девочка обернулась в сторону Гурова и улыбнулась, как могут улыбаться только дети – беззаботно и радостно. Мигнув огоньками, поезд исчез в туннеле. А Гуров стоял, глядя ему вслед, даже не замечая, что тоже улыбается. Сам не зная чему.