Как убить свою свекровь - Дороти Кэннелл

– Вы настоящая леди, миссис Хаскелл, я всегда это говорила. – С этими словами она стала черепашьим шагом продвигаться в кухню. – Но я пришла не столько рассказывать, сколько просить – если вы понимаете, о чем я.

В средневековом Тауэре не было пытки хуже, чем медленная смерть под прессом. От страшного предчувствия я не завопила только потому, что Эбби с веселым агуканьем залепила мне рот ручонкой под бурное одобрение своего братца. Наверное, мои выпученные глаза заставили миссис Корнишон все-таки ускорить повествование.

– Я пришла попросить вас… нельзя ли мне убираться у вас раза два в неделю?

– Только-то?

Миссис Корнишон уставилась на меня с обычным для нее недоумением. Я спустила Эбби на пол.

– Простите, я очень волновалась за миссис Мэллой.

– Ну да, конечно, – медленно кивнула миссис Корнишон. – Судя по слухам, у вас и с Биллом Уткинсом нелады. Я с ним никогда дружбы не водила, но он живет через два дома от меня. Сегодня он прщиел попросить у меня молока взаймы и рассказал, как торчал у вас на балконе чуть не до второго пришествия.

– Надеюсь, ему лучше?

– Ну это как посмотреть, – траурным голосом заметила миссис Корнишон. – Одни скажут, что он выглядит получше, чем вчера, но другие возразят, что хуже, чем позавчера, если вы меня понимаете, миссис Хаскелл.

– Прекрасно понимаю. Когда вы его увидите, миссис Корнишон, передайте ему мои наилучшие пожелания и мои надежды на его возвращение к работе.

– Не стану вас обманывать, это будет не скоро. – Миссис Корнишон чинно спрятала под стул ноги в трогательных войлочных башмаках. – С другой стороны, опять же, Билли оставил свою лестницу под вашими окнами, значит, вернется к вам еще в этом году, а не в будущем. Рокси решила, что он очень даже ничего выглядит… когда я одалживала ему молоко и стакан сахару.

– Действительно, – вспомнила я, – миссис Мэллой собиралась переночевать у вас. Как ее дела?

– Трудно сказать. – Миссис Корнишон одарила неспешной улыбкой дерущихся из-за погремушки близнецов. – Рокси малость не в себе из-за перепалки с вашей свекровью. Любой на ее месте расстроился бы. Она вам всегда симпатизировала, да-а-а… Но Рокси приободрилась и даже поболтала немножко с Билли Уткинсом. А потом решила, что смена обстановки для человека все равно что отдых, и попросила меня присмотреть тут за вами, пока ваша свекровь не уберется восвояси.

– А что, очень неплохая идея. Выковыряв погремушку из совместных тисков двойняшек, я положила ее на полку, где Пуся не достанет. С нее станется принять погремушку за кость, как несчастного святого Франциска. Да, в великодушии миссис Мэллой была своя система. Через неделю-другую, пытаясь приспособиться к черепашьему темпу миссис Корнишон, я буду со слезами на глазах вспоминать свою бывшую домработницу и считать не то что минуты – секунды до ее возвращения.

По моей настойчивой просьбе миссис Корнишон сняла пальто, расстегивая по пуговице в минуту. Потом еще час снимала шляпку. Под шляпкой скрывались вечные бигуди, на сей раз, видимо, парадные, если судить по блеску. Пока я вешала ее пальто, миссис Корнишон начала открывать сумку, чтобы вытащить свои «ракомендации».

– Ну что вы, зачем! – Я сгребла носки со стола, кинула их в сушилку и пододвинула стул миссис Корнишон. – Вы присядьте, а я пока приготовлю чай и потом покажу вам дом.

– Вы лучше прочтите рекомендации, миссис Хаскелл, а я поставлю чайник. И пяти минут не пройдет, как я найду плиту.

– Это впечатляет! – Я углубилась в список нынешних клиентов миссис Корнишон. В нем фигурировали леди Китти Помрой, миссис Эвдора Шип и еще пара-тройка знакомых имен. – Вы уверены, что сможете уделить время и мне?

– Ничего, выкрою для вас минутку-другую. – Миссис Корнишон старательно наполнила чайник, при этом забрызгав все четыре стены, словно качала воду насосом. – Рокси сказала, что вам достаточно двух-трех часов утром два раза в неделю. Оно и к лучшему, раз леди Кигти Помрой приказала мне помогать по дому молодой Фриззи Таффер следующие полмесяца. Ежели дела пойдут так и дальше, то навряд я до нее скоро доберусь.

– Как мило с вашей стороны согласиться помочь Фриззи, – заметила я, гадая про себя, что подумает моя новая подруга про навязанную ей домработницу.

Миссис Корнишон поставила передо мной чай, пролив на блюдечко всего полчашки.

– Скажу вам по чести, миссис Хаскелл, что я не Рокси. Для нее помощь по хозяйству – это карьера. Я же просто помогать прихожу. У меня, можно сказать, другое призвание. Виноделие – вот смысл моей жизни. Каждый заработанный пенни я вкладываю в совершенствование оборудования. Кое-кто называет меня фанатичкой, но я мечтаю увидеть свое имя на винных этикетках по всей стране. – Миссис Корнишон с невероятной для нее скоростью подала мне сахарницу. – А кое-кто пустил слух, что я хочу реабилитировать свою прапратетку, которую поджарили на костре за то, что она брала с собой за компанию кошку, когда прогуливалась вокруг деревни без одежды.

– Люди бывают так нетерпимы…

– Ох, ваша правда! – Миссис Корнишон уже мчалась к столу с молочником, задыхаясь от непривычной спешки. – Есть такие, что на дух не выносят моего вина из ревеня, но я вам скажу, миссис Хаскелл, к нему надо привыкнуть. Рокси сказала, что лучше уж нахлебаться уксуса, чтоб долго не мучиться, но вы сами знаете, какой у нее язычок. А ведь в ревене столько железа, что вино прямо лечебное, особенно если у вас нервный кризис или депрессия.

– То, что ваши вина всегда получают первые призы на ярмарке святого Ансельма, говорит само за себя.

Я пригубила успевший заледенеть чай, и тут в кухню ввалился Джонас. Он встретился взглядом с миссис Корнишон, и та изменилась в лице. О боги мои! Неужели у нас намечается классический любовный треугольник: Джонас, Мамуля и миссис Корнишон? Нет покоя грешникам, в особенности Элли Хаскелл!

Правильно ли я поступила, что не наложила вето на экскурсию по дому, которую Джонас затеял для миссис Корнишон? Пока близнецы весело ползали по полу, беседуя с ржавым железным рыцарем, которого мы прозвали Руфус, я моталась по холлу, делая вид, что стряхиваю пыль метелкой. На самом деле я готова была ринуться наверх при первом крике о помощи со стороны Джонаса. К счастью, на плетеном столике зазвонил телефон и все прочие мысли вылетели у меня из головы.

– Алло, Элли! – Голос принадлежал Фриззи Таффер, и я счастлива была слышать ее веселый смех. – Я только хотела сказать, что на голове у меня отросла этакая симпатичная щетинка, и Том говорит, что ему страшно нравится моя новая прическа и что это войдет в моду. Правда, в Читтертон-Феллс мода приходит через три года, и у меня к тому времени как раз вырастет прежняя грива.

– Ваш Том – золото, и вы тоже! – искренне ответила я. – Как вы добрались вчера до дома?

– Эвдора Шип подвезла нас с Памелой. К счастью, все уже спали, когда я приехала. Мне было бы как-то совестно разговаривать с Резвушкой после того, как я собиралась отправить ее на шесть футов под землю.