Когда красота убивает - Елена Гордина

Я опешила:

– Сына?

– Да. Мы уже много лет не общаемся, у меня даже нет его адреса. – Теперь Тамара говорила еще тише, и мне приходилось буквально ловить каждое ее слово.

– Но как же я тогда его найду? – Я удивленно пожала плечами.

– Я дам вам его фото и назову имя. – Тамара опустила голову. – Мне он очень нужен, девочка.

Я промолчала.

– Вы согласны? – Тамара подняла на меня глаза, и я увидела в них слезы.

– Конечно, – несколько горячее, чем хотелось бы, выпалила я. – Давайте фото сына.

Тамара порылась в сумке, лежащей у нее на коленях, и вытащила фотографию. Было видно, что женщина не раз держала ее в руках.

– Вот мой Андрюша. – Тамара нежно погладила фотографию. – На обратной стороне фамилия и год рождения.

Я взяла фотографию. Обычный ушастый, ничем не примечательный мужчина.

– А это все мои деньги! – Женщина протянула мне целлофановый пакетик, в котором лежали расправленные купюры.

Я вздрогнула.

– Возьму только это. – Я вытащила сто рублей и вернула деньги. – Это на электричку до города. Я постараюсь найти его за один день, чтобы не тратить деньги на гостиницу.

– Спасибо! – Тамара поджала губы и дрожащими руками спрятала пакет обратно в сумку.

– А что сказать Андрею, когда я его найду? – тихо спросила я, пряча глаза от женщины. Мне было ее безумно жаль.

– Скажите ему, что я скоро умру, а квартира записана на него… – Тамара взяла себя в руки. – Что я люблю его и прошу прощения. А это мой домашний адрес и телефон – передайте ему.

Я молча кивнула.

– Когда вы поедете к моему сыну? – Тамара смотрела на меня с надеждой и страхом.

– Прямо сейчас. – Я тяжело вздохнула. – И сразу же позвоню вам, как только его найду.

Мы попрощались, к Тамаре вернулась здоровенная бабища и укатила инвалидную коляску к выходу из городского сада, а я отправилась домой.

Едва я открыла дверь квартиры, как в нос мне ударил безумно вкусный запах жареного мяса.

– Артем? – удивилась я и прошла в кухню.

– Вы уже вернулись? – Артем в моем фартуке хозяйничал около плиты. – А я завтрак приготовил.

Я растерянно хмыкнула, оглядывая его складную фигуру. Оказывается, мужчина в женском фартуке может выглядеть очень даже эротичным. Особенно когда фартук надет на голый торс.

– Да, жарко у вас, – объяснил Артем, перехватывая мой взгляд. – Сейчас накину рубашку.

– Ничего-ничего. – Я сбросила пуховик и села на табурет. На столе уже красовался салат из красного перца и помидоров, дымилась вареная картошка, посыпанная укропом.

– А где вы взяли продукты? – снова удивилась я, вспомнив, что лежало у меня в холодильнике еще утром.

– Попросил купить продукты вашу соседку. Нина ее зовут, по-моему?

– Нина? – Я была просто поражена. – И она пошла?!

– Конечно. – Артем рассмеялся. – Я щедро оплатил свою просьбу. Правда, соседка успела мне сообщить, что вы работаете проституткой.

– Ну и дела, – только и смогла произнести я. – С чего это она взяла?

– Поздно вечером домой возвращаетесь. – Артем расхохотался во весь голос. – Очень поздно.

– Но проститутки скорее возвращаются домой рано-рано утром. – Мне тоже стало смешно.

– Прошу. Отбивная. – Артем положил на тарелки аппетитные куски мяса. – Как работа?

Я набросилась на пищу, ужасно проголодалась!

– Нормально, – кивнула я с полным ртом. – Сейчас провожу вас и поеду в Шумиху. Или вы не об этой работе спрашиваете? – Я рассмеялась.

– Нет, я про настоящую работу интересуюсь. Где это, Шумиха? – Артем подкладывал мне салат.

– А, соседний городок. Двести километров отсюда.

– Хотите я вас подвезу? – неожиданно предложил Артем.

– На чем? – Я удивленно уставилась на него.

– Так я же на машине. Неужели вы не заметили «тойоту» около подъезда?

– Так это ваша машина? – Я поперхнулась. – Вы ехали на ней из Сочи?

– Ага. – Артем быстро поглощал пищу. – Люда, вы хотели поговорить о Саше, – напомнил он мне.

– Да. – Я отложила вилку. – Артем, я могу попросить вас иногда, ну хотя бы раз в год, присылать мне ее фото?

– Конечно, – кивнул Артем, облегченно выдохнув. Видимо, он ожидал другой просьбы.

Мы молча закончили завтрак, и Артем вызвался сам помыть посуду.

– Да вы просто сокровище! – с удовольствием наблюдала я за мужчиной.

– Ну, в путь? – Артем подошел ко мне вплотную. – Я обязуюсь отвезти вас в один конец.

– Спасибо, – пробормотала я, внезапно смутившись. Артем мне нравился все больше и больше. Просто удивительно, как у Тоси мог оказаться такой брат?

Конечно, Мишку почти сразу же отпустили, ведь доказательств его вины не было. А он сумел отмотаться. Типа ничего не делал, жену люблю до безумия и вообще рад, что она жива-здорова. Но, видимо, там тоже не дураки сидят, взяли с него расписку о невыезде. Теперь Мишка злой как черт, а я уже второй день дома. И только Маша, по-моему, искренне рада моему возвращению. Напекла пирожков, салатиков наделала, вот только на мое лицо старается не смотреть. И я ее понимаю. Я снова одна в четырех стенах. А голова просто разрывается от мыслей. Кто? Зачем? Неужели Мишка?

Дома я теперь хожу как по минному полю, все боюсь, что муж меня или отравит, или прибьет. Хотя глупо, конечно. Не станет же он так откровенно меня убивать? Да и вообще еще неизвестно – он ли? Но что теперь делать мне?

– Матильда. – Домработница заглянула ко мне в комнату. – Я пойду на рынок за зеленью, вам чего-нибудь купить?

– Нет. – Я продолжала вяло смотреть в потолок, лежа на диване. – Спасибо, ничего не надо.

– Может, фруктов каких? – Маша от души хотела меня чем-нибудь порадовать.

– Нет, спасибо. – Я даже не шевельнулась.

Дверь неслышно закрылась, женщина ушла. И тогда я вскочила на ноги и начала одеваться. Быстрее, быстрее. Пока не вернулся с работы муж. Первые попавшиеся джинсы, куртка и кепка на почти лысую голову. Темные очки – и я готова. Надо добежать до Людмилы как можно скорее и все-все ей рассказать. В любом случае у меня нет другого выхода. Да и друзей у меня больше нет, а она была ко мне добра.

Я захлопнула входную дверь и, прыгая через две ступеньки, понеслась на улицу. А может, это и не Миша вовсе? Почему я сразу же подумала на него? Ведь муж прекрасно знал, что я лысая, а убитая медсестра была с длинными волосами. Нет, он не мог так перепутать! Или мог? В темноте-то ведь не разберешь – настоящие волосы или парик на голове, а он мне парик в тот вечер принес!