Дайвинг для крокодила - Дарья Калинина

– Уже нет! Чего тебе?

– Кира, а что мы завтра делать будем?

Последовало продолжительное молчание. Кире не хотелось признаваться подруге, что она сама толком еще ничего не решила. А потому она ответила:

– Завтра все узнаешь.

И снова отвернулась к стене. А Леся еще долгое время вертелась без сна, с тоской думая, какая умная Кира. Все уже спланировала для них двоих. И просто тревожить Лесю не хочет, рассказывая о своих планах. Но эти мысли Лесю ничуточки не успокаивали. А даже совсем напротив. Волновали и беспокоили. Так, беспокоясь, она и уснула.

Сны ей тоже снились беспокойные и сумбурные. Босая баба Клава бежала по росистой траве, держа в руках свои знаменитые кроссовки, и кричала:

– Возьми их, внученька! В них весь смысл! Я их еще в детстве носила! Лавр всегда это помнил. И сокровище свое в них запрятал!

Даже во сне Леся понимала, что это чушь несусветная. Не могло в старые кроссовки поместиться ничего ценного. Старушка просто спятила и может быть опасной. Потому Леся удирала от бабы Клавы изо всех сил. Но старушка не отставала. Сил у нее было немало. Так они и бегали. А вокруг них быстро сменялись декорации. Вот они бегут по лугу, который начинается за домом деда Лаврентия. Вот они уже играют в прятки в самом доме. А через мгновение они уже в городе. И бегают по лестнице какого-то старинного дома, где Леся никогда прежде не была.

– Уф! – выдохнула Леся, когда наконец проснулась от этого затянувшегося кошмара. – Приснится же такое!

Кира уже проснулась. Во всяком случае, в комнате ее не было. Леся выглянула в окно. Отметила, что погода сегодня будет отменная. На ярко-синем небе не было ни тучки. И ярко светило солнышко. Поэтому одеться Леся решила как можно легче и сексуальней. Какие-нибудь прозрачные брючки. И маечку пооткровенней.

Результат превзошел все Лесины ожидания. В коридоре она столкнулась с мужем Анастасии. И здоровенный мужик так и замер, прислонившись к стене и тяжело дыша. При этом он разглядывал протискивающуюся мимо него Лесю так, словно впервые видел женщину.

– Доброе утро!

С этим пожеланием Леся вошла в гостиную и поняла, что погорячилась. Добрым утром в гостиной и не пахло. Зоя Ивановна пробурчала что-то неприветливое. Анастасия метнула на Лесю хмурый взгляд. Сама она в этот момент разговаривала с Кирой. Впрочем, разговор тут же прервался. И Кира подошла к Лесе.

– Анастасия в самом деле с мужем ездили в Краснодар, – сказала она подруге шепотом. – Я билеты видела. Туда и обратно смотались.

– А чего вернулись так быстро?

– Не заладилось у них там что-то. Вроде бы к мужниной родне ездили. Да приняли их там плохо. Они обиделись и уехали.

– А тут такое, – фыркнула Леся. – Дача уже и не их вовсе. И еще мы, того и гляди, назад деньги потребуем.

– Ничего такого Анастасия пока не говорила, – покачала головой Кира.

– Еще скажет!

Наскоро позавтракав, так как оставаться дольше необходимого в доме подругам не хотелось, они отправились к бабе Клаве в больницу.

Дорога до города была хорошо им известна, и казалось, не таила в себе никаких неожиданностей. Но это только казалось, и то на первый взгляд.

– Заедем на бензоколонку, – сказала Кира, глянув на приборы.

– Заедем.

На бензоколонке оказалось совсем мало народу. Собственно говоря, только сами подруги. И еще какой-то парень, подъехавший за ними на темно-синем «Опеле». Рассматривать его у Киры особенно не было времени. А вот он, напротив, прямо-таки сверлил ее глазами.

– Полный бак, – сказала Кира, протягивая деньги. – На вторую колонку.

Краем глаза она заметила, что тот парень в темных очках тоже вошел на заправку. И подходит к ней с явным намерением заговорить. Лица его Кира не разглядела. Но общее впечатление было неплохим. Кира уже приготовилась к приятному знакомству, как вдруг в воздухе раздался крик:

– Всем стоять! Это ограбление!

Опешившая Кира так и замерла с тысячной бумажкой в руках, таращась на ворвавшихся в здание заправки грабителей. Их было двое. Оба в масках, которые изготовили из женских чулок. Чулки они явно брали в секс-шопе, потому что чулочки обильно украшали шелковые кружева и вышивка. Очень красивые, надо сказать, чулки. И любая женщина нашла бы им куда более подходящее применение.

– Руки вверх! – проорал грабитель, чулок которого был украшен красными шелковыми розочками.

Кира, продавщица и парень за ней послушно подняли руки. Кому охота страдать от недоумков, когда у тех в руках огнестрельное оружие. Руки подняли все. И тут же от грабителей последовала нелогичная команда:

– Лечь на пол.

Ложиться с поднятыми руками было очень неудобно. Но все справились. И растянулись на полу.

– Не двигаться!

После этого второй грабитель, с голубенькими незабудками на макушке, подскочил к кассе и выгреб оттуда всю наличность. Вдали послышался шум сирены. И грабители исчезли, словно их корова языком слизала. Загудела их машина. И они умчались прочь.

А в здание заправки уже входили менты. Это были всего лишь обычные гаишники. Но перепуганной заправщице было все равно.

– Миленькие! – кинулась она к ним. – Помогите! Ограбили!

Менты тут же схватили парня, стоящего за Кирой. И саму Киру.

– Да не они! – расстроилась продавщица. – Это свидетели. А грабители уже удрали!

– Догоним!

И они в самом деле помчались в погоню. Проследив за ними взглядом и убедившись, что они уехали, Кира рванула к двери. Только ее и видели.

– Девушка, – попыталась остановить ее заправщица. – Вы же хотели заправиться!

– В другой раз!

И Кира выскочила на улицу.

– В другой раз и в другом месте, – бормотала она, вставляя дрожащей рукой ключ в замок зажигания. – Леся, ты видела грабителей?

– Нет. Каких грабителей?

– Тех ребят, которые только что выскочили с заправки?

– А, этих! Этих, да! Видела.

– Они были без чулок?

– Что?

– На голове у них были чулки?

– Чулки? Нет. Что ты!

– Уматываем!

– А что случилось?

– Случилось, что нам некогда выступать свидетелями по всяким дурацким ограблениям.

– Ограблениям?

– Господи! Эти ребята грабители. И теперь менты захотят, чтобы мы их опознавали и всякое такое.

– А почему мы?

– А кто еще? Меня они ограбили, ты их видела. Конечно, мы и есть главные свидетели. Черт, почему не заводится?