Порочное место - Владимир Колычев

Девушка стала успокаиваться, но Круча так и не смог вспомнить, где он мог ее видеть.

– Тебя как зовут? – Он поднял с полу простыню, накидкой набросил ее на проститутку.

– Стелла.

– А настоящее имя?

– Ира.

– Откуда ты родом, Ира?

– Из Астрахани…

Нет, не мог он вспомнить, где видел эту девушку. Но ведь видел же.

– Ты в Битове работала?

– А где это?

– Ты меня знаешь?

– Нет.

В это время из коридора послышался женский голос, который также показался ему знакомым.

– Оставьте меня в покое! Я здесь ни при чем! Я здесь случайно!

Круча вышел из комнаты и увидел ярко накрашенную девушку в белоснежном парике. Спецназовцы с проститутками не церемонились, вытаскивали их из номеров вместе с клиентами, ставили к стенке. Но путаны были одеты вульгарно, а на этой блондинке деловой костюм с юбкой чуть повыше колен, и туфли отнюдь не на прозрачной подошве, как у стриптизерш и им подобных.

– Наталья Борисовна? – удивленно спросил Круча.

Это действительно была Наташа Муравлева, но под париком и в несвойственной ей раскраске. И если бы не ее голос, он мог бы запросто пройти мимо.

Она удивленно посмотрела на него, и ее лицо болезненно скривилось. Больше всего на свете она хотела сохранить инкогнито, но увы…

– Вы меня с кем-то путаете.

– Да неужели?

– Я вам сейчас объясню! – понизила она голос.

– Вот с этого и надо было начинать!

– Где вы ее нашли? – спросил он у спецназовца, который держал ее за руку.

– Да вот, в комнате… С этой была…

Рядом с Муравлевой стояла проститутка в прозрачном наряде из секс-шопа. Красивая девушка, длинноногая, с роскошной грудью.

– И что они там делали?

– Да ничего. Просто прятались…

– Мы не успели… Товарищ подполковник, я вам сейчас все объясню.

Муравлева вырвалась из захвата, взяла Кручу под руку и увлекла к выходу. И он позволил вывести себя во двор, где в ряд стояло несколько дорогих иномарок.

Колей Могилевским занялись опера из Федеральной службы исполнения наказания, проститутки Кручу не волновали – ведь это чужая земля. Зато Муравлева проходила по делу, которым занимался он. Проходила в качестве свидетеля, но тем не менее…

– Что вы мне хотели объяснить, Наталья Борисовна?

– Ну зачем так официально? Можно просто Наташа, – заигрывающе улыбнулась она.

– И все-таки…

– Я надеюсь, вы ничего не расскажете моему мужу, – с тяжким вздохом закатила она глазки.

– А что я могу ему рассказать?

– Ну, вы же знаете, что это за место!

– Бордель.

– Если муж об этом узнает, он меня убьет. Вы же не хотите стать соучастником убийства?

– Соучастником? – засмеялся он. – А может, организатором?

– Ну, вам видней.

– Что вы здесь делали, Наташа?

– Я приезжала к Снежане.

– Кто такая Снежана?

– Она здесь работает… Вы ее видели… Нас из одной комнаты вывели…

– Вы сами на Снежану похожи. Волосы у вас снежные.

– Это конспирация. Мало ли, вдруг знакомого встречу… Или даже мужа. – Она с наигранной пугливостью глянула на ворота, со стороны которых мог появиться Михаил Муравлев.

– А он что, здесь бывает?

– Нет, конечно. Но вдруг… Он у меня по женщинам ходок. Мне это даже нравится. Хотите знать почему?

– Почему?

– Потому что мне самой нравятся женщины.

– Поэтому вы здесь?

– Да, поэтому я здесь… А тут облава!

– Почему облава? Обычные оперативно-розыскные мероприятия.

– Я тоже так подумала, что это обычные оперативно-розыскные мероприятия, присмотрелась повнимательнее, а это облава, – весело и даже шаловливо улыбнулась Муравлева.

И тут же снова загрустила.

– Если вы скажете моему мужу, что видели меня здесь, он меня убьет.

– А он знает о ваших… э-э, так сказать, наклонностях?

– В том-то и дело, что нет… Это может стать для него ударом. Он очень меня любит, и я не хочу, чтобы он во мне разочаровался.

– Очень вас любит и при этом изменяет. Я правильно понял?

– Вы же в милиции служите, а не в Священном синоде. Уж кому, как не вам, знать о современных нравах… Я вон с Элеонорой закрутить хотела, а она к Вадиму сбежала.

– К Остроглазову? Сбежала?

– Сбежала.

– Я слышал, Вадим изнасиловать ее пытался.

– Это она вам сказала? – саркастически усмехнулась Наташа.

– Она.

– И вы ей поверили?

– Да, вы правы, Наташа, нравственность деградирует.

– Ну, не то чтобы деградирует, просто свободы стало больше. А гетеросексуальные связи еще в Древней Греции процветали. Пока мужья на военных сборах друг с другом бились, их жены голышом наперегонки бегали – кто кого догонит, та на той и поженится… Вот и мне за Снежаной бегать приходится.

– Возьмите ее к себе в горничные. Будете все время вместе.

– Я ей столько платить не смогу, сколько она здесь зарабатывает.

– Это ваши личные проблемы, Наташа. Я в них вникать не собираюсь…

– А мужу расскажете?

– А я что, к нему собираюсь?

– Ну, мало ли. Вы же занимаетесь убийством Вадима.

– Я, Наташа, завтра в отпуск ухожу. И до вашего мужа мне нет никакого дела.

– Да, и мы с Мишей собирались на Сейшелы. Мне, конечно, будет скучно без Снежаны.

– Ничего, вы обязательно что-нибудь придумаете.

– Я тоже на это надеюсь, – шаловливо улыбнулась она. – И на то, что Миша ничего не узнает, я тоже надеюсь.

– Не узнает.

– Вы меня отпускаете?

– Ну, а зачем я буду вас держать… Кстати, кто заправляет этим борделем?

– А можно, я не буду об этом говорить? – Наташа умоляюще посмотрела на Кручу.

– Почему?

– Если она узнает, что я ее сдала, она может мне отомстить.

– Кто она?

– Я не могу назвать ее имени.

– И как она может вам отомстить?

– Очень просто. Расскажет о моих похождениях мужу.

– Она знает вашего мужа?