Властелин брачных колец - Дарья Калинина

«Капля молока» шла только в саму рисовую крупу. Дальше ингредиентов существенно прибавилось. Да и приготовление пышного и нежного пудинга занимало не один час. Сначала тетя Наташа запаривала зерна в огромном термосе на целую ночь. Затем основательно размякшую массу взбивала в блендере, добавляя сметану, яйца, варенье, сливки или сахар со сливочным маслом по собственному усмотрению. Затем масса запекалась в духовом шкафу. И лишь после этого подавалась на стол.

– Но ты сливочек и яичек можешь вполовину убавить. Или вовсе обойтись без них.

В любом случае, что бы ни добавлял повар в рис, получившаяся масса была пышной и восхитительно вкусной.

Наевшись и напившись, так что мышцы и суставы у них вновь сделались крепкими, а дрожь совершенно пропала, подруги почувствовали, что силы полностью возвращаются к ним. Они уютно устроились в теплой кухне на мягких стульях, тетя Наташа придвинула им свой ноутбук, посредством которого девушки узнали все, что им следовало узнать.

Убийство Петра Антоновича произошло минувшим вечером. В каком точно часу, следствию еще предстояло выяснить. С убитым депутатом не было шофера, не было телохранителя. Хотя шофер частенько совмещал первую и вторую должности и неотступно следовал за Петром Антоновичем всюду. Но в злополучный вечер его, как назло, не было рядом с хозяином.

– Делом занимается следователь Кондрашкин, – сказала подругам тетя Наташа. – Мой-то с утра уже к этому следователю умчался. Езжайте и вы, авось чего-нибудь дельное узнаете.

Подруги послушались мудрого совета. До города они добрались за полчаса. Дорога, словно по заказу, была пустой. Но до следователя они не дошли. Уже на подходе к его кабинету подруг перехватил Олег – охранник их старого Таракана.

– А ты чего тут? – удивилась Кира, увидев перед собой знакомую курносую физиономию Олега.

– Вас дожидаюсь.

– Нас?

– Пойдемте, пойдемте скорей, – внезапно заторопил подруг Олег.

– Куда?

– Хозяин велел вас к нему доставить, как только появитесь.

– А сам-то он где?

– В ресторане сидит. Встреча у него там.

– С кем?

– Увидите.

Вместе с Тараканом в ресторане сидел Вадим Саныч. Вид у директора бассейна был совершенно удрученный. Перед ним стояла огромная, до краев заполненная тарелка. Румяный шницель в обрамлении сложного гарнира. Сочный шмат мяса был таким большим, что буквально свешивался с расписных краев тарелки. Но Вадим Саныч не обращал никакого внимания на еду. Подруги есть тоже не хотели, но не потому, что были слишком взволнованы. Просто пудинг тети Наташи еще стоял у них в горле. Все-таки дико сытная штука. Съешь такой, и потом целый день ни о какой еде думать даже не хочется.

– Припоздали, – попенял подругам Таракан. – Мы вот с Санычем уже часа два возле следователя груши околачиваем.

– Что-нибудь узнали?

– Что-нибудь узнали…

По словам шофера Тимофея, который работал на Петра Антоновича ни много ни мало, а уже целых восемь лет, он оставил вчера вечером своего босса одного по личному приказу самого Петра Антоновича. Сначала хозяин отпустил телохранителей, а затем обратился к шоферу.

– Высадишь меня у Адмиралтейства и уедешь. У меня тут кой с кем встреча назначена.

Как ни претил Тимофею такой приказ, а с хозяином шутки плохи. Ослушаний Петр Антонович не терпел. И поэтому Тимофей даже не пикнул, когда хозяин заявил ему:

– Не желаю тебя видеть вплоть до завтрашнего утра. Отдыхай, занимайся своими делами. Завтра в десять увидимся.

Но на следующий день, когда шофер прибыл за своим боссом к его дому, Петр Антонович в условленное время из квартиры во двор не вышел. Не ответил он и на звонки встревожившегося шофера. Всем работникам было хорошо известно о пунктуальности их начальства. Если Петр Антонович говорил, что будет в театре за полчаса до премьеры, то он там и появлялся именно в это время. Минута в минуту. Если говорил, что будет на совещании в час дня, значит, именно в это время он и входил в кабинет.

Поэтому шофер сильно встревожился, а потом, поднявшись к квартире Петра Антоновича и не получив отклика на свой звонок, и вовсе перепугался. Дверь была прикрыта, но не захлопнута. Потоптавшись у дверей, шофер вошел внутрь. И обнаружил своего хозяина с простреленной головой.

– Вокруг все было залито кровью. Но убийство произошло либо вечером, либо ночью. Кровь уже полностью засохла. Да и состояние тканей покойного говорило о том, что преступление совершено десять-двенадцать часов назад.

И Таракан бодро взялся за баранью лопатку, которую заказал для себя. Чудовищное преступление ничуть не сказалось на его аппетите. Все прочие смотрели на него молча, ожидая продолжения.

– Но не это самое главное, – продолжил Таракан, закончив терзать лопатку. – Главное то, что шофер хоть и не осмелился прямо возразить своему боссу, но далеко от Адмиралтейства не уехал. Припарковал машину на ближайшей удобной парковке и вернулся к тому месту, где оставил хозяина.

– Как вернулся?

– Пешком.

– А… а зачем?

– Не о том спрашиваете! Любопытство замучило! Любопытно мужику стало, с кем его хозяин тайком увидеться хочет. Или, может, рвение свое служебное решил выказать. Мало ли, хозяин и передумать может. Поговорит, с кем ему надо, а потом шоферу позвонит. А он – Тимофей уже тут как тут, под рукой и при машине.

– Но ведь Петр Антонович сам его отпустил!

– Так-то оно так, только у Петра Антоновича характер вспыльчивый. И люди долго не держатся. Один Тимофей целых восемь лет проработал. Натура у Петра Антоновича импульсивная. Чуть что не по нем, увольняет. К нему особый подход нужен.

Научившийся предугадывать пожелания хозяина, в том числе и невысказанные, Тимофей благоразумно решил погодить. Вот переговорит Петр Антонович со своим знакомым, а дальше что? Хорошо, если тот человек при «колесах». А коли нет? Не топать же Петру Антоновичу ножками до дома или на метро, упаси бог! Не такого он полета птица, чтобы с другими смертными в вагоне подземки толкаться.

Но к удивлению Тимофея, на встречу к его боссу явилась молодая женщина. И уж совсем удивление шофера зашкалило, когда он узнал в этой цветущей женщине – жену, а теперь уже вдову сына самого Петра Антоновича. Поняв, с кем у хозяина назначена встреча, шофер насторожился. Он твердо помнил, что между Мариной и его хозяином теплых отношений не было вот уже года три. С тех самых пор, как она забеременела от Петра Антоновича, а потом наотрез отказалась делать аборт.

Как известно, от слуг ничего не скроешь. Вот и Тимофей как преданный слуга знал о своем хозяине куда больше, чем тот предполагал. Именно Тимофей возил Марине подарки и деньги для ее сынишки. Ту сумму, которую выплачивал Петр Антонович мальчику и его матери в обязательном порядке по их давней договоренности, Тимофей честно передавал из рук в руки. Но, помимо этих денег, Петр Антонович регулярно посылал ребенку подарки.