Не называй меня малышкой - Люся Лютикова

– Наверное, эта дама объелась шоколадом, –вставила я. – Извините, что перебила, продолжайте.

– Да, собственно, я уже практически всерассказал, – отозвался Борис. – След Артура был потерян. Тогда мнепришло в голову, что у него может быть машина. Не все мужчины владеютавтомобилем, но проверить не мешало. Я обратился к знакомому сотруднику ГИБДД.Тот за определенную мзду выдал информацию: да, у гражданина Аладинского имеетсямикроавтобус марки «Фольксваген», серого цвета. И назвал место нынешнейрегистрации Артура – улица Сталеваров, дом 4, квартира 21. Я поехал туда. Поддверью двадцать первой квартиры сидела женщина. Мы разговорились, женщинапредставилась Розой и рассказала, что Артур давно не появляется дома. Ещесказала, что его также ищет Людмила Лютикова, журналист, и дала ваш номертелефона. Ну, я и подумал, что мы могли бы объединить наши усилия.

Я усмехнулась:

– Да вы еще не успели ничего толком узнать об Артуре! Явам сейчас такое расскажу! Знаете, что он делает с девушками? Раскармливает ихдо смерти!

– Как это?

– А вот так. Артур – фидер, слышали о таких людях?

Мужчина отрицательно покачал головой.

– Цель фидера – раскормить женщину до двухсот, а лучшетрехсот килограммов. У дамы развивается гипертония, сердечно-сосудистыезаболевания, сахарный диабет, отнимаются ноги, она становится инвалидом, афидер все продолжает впихивать в нее еду. Наверное, он может довести ее вес идо полтонны! Ну а потом бедняжка умирает.

Борис непонимающе уставился на меня:

– Я не уловил, фидер заставляет женщину есть или онаэто делает добровольно?

– Вообще-то я не специалист в этом вопросе, не писалапо фидерам диссертацию, но думаю, что сначала женщина делает это добровольно,чтобы угодить партнеру. Ну а на конечном этапе ее скорей всего кормят насильно.Кстати, а ваша Ирина поправилась, когда стала общаться с Артуром?

– Да, значительно. Я, правда, тогда не придал этомузначения… – Глаза Бориса расширились. – Так вы думаете, что Артур еесейчас где-то откармливает?!

– Не знаю, – честно призналась я. – Я былауверена, что в данный момент он откармливает мою подругу Варвару. Но если онможет откармливать двух девушек одновременно…

– Ущипните меня, – воскликнул собеседник, – уменя такое ощущение, что я сплю! Неужели это правда?

Я испустила тяжкий вздох:

– Очень бы хотела ошибаться! Но факты говорят сами засебя.

– По телефону вы сказали, что знаете, где прячетсяизвращенец.

– Ну, это я немного преувеличила. Просто у меня естьдогадка относительно того, где Артур работает. Мне надо съездить кое-куда вПодмосковье, проверить версию. – Я кивнула на автомобильный журнал. –А вы за рулем? У вас есть машина?

– Да, за рулем.

– Вы что сегодня делаете? – с надеждой спросилая. – Вам надо ехать на работу?

– Сегодня я абсолютно свободен. У меня еще осталось тридня отпуска, так что я полностью в вашем распоряжении. А куда мы отправимся?

– На турбазу «Солнечная поляна».

Борис изменился в лице.

– Что с вами? – всполошилась я.

– Да ведь Иришка говорила об этой турбазе, –прошептал он побелевшими губами. – Какой же я дурак!..

– Что говорила?

– Когда я пришел к ней выяснять отношения, она сказала,что уезжает отдыхать со своим женихом на турбазу «Солнечная поляна». Я ещетогда съязвил, мол, со мной ты ездила на Майорку. А она в ответ бросила: «С нимя готова ехать хоть в Антарктиду!» Господи, ну почему я раньше не вспомнил про«Солнечную поляну»?!

Я вскочила из-за стола:

– Значит, мы на верном пути! Где ваша машина?

Уже на выходе нас перехватила официантка. Впопыхах мы забылирасплатиться. Борис бурно извинился, оплатил два счета и прибавил щедрыечаевые. Я в лучших традициях феминисток вытащила кошелек и попыталасьпротестовать. Мужчина ответил:

– Не сочтите меня за извращенца, но я люблю, когда удевушки хороший аппетит, и готов его спонсировать.

Около кафе было припарковано несколько машин, Бориснаправился к ярко-синему микроавтобусу. Марку машины я не смогла определить,потому что эмблема на капоте отсутствовала.

– У вас тоже микроавтобус?

– Да, я работаю водителем-экспедитором, развожу поМоскве детское питание, без машины я как без рук. Прошу садиться!

Он открыл дверь, и я плюхнулась на сиденье рядом сводителем.

– Вообще-то мне удалось найти две «Солнечные поляны»,одна – база отдыха в Талдомском районе, а вторая – турбаза под Звенигородом. Скакой начнем?

– Мне без разницы, – отозвался Борис, заводямашину, – но до Звенигорода ближе.

– Значит, поедем туда.

Фургон плавно влился в поток автомобилей и двинулся всторону третьего транспортного кольца.

– У вас что, новая машина? – полюбопытствовала я.

– Нет, ей уже седьмой год. С чего вы решили?

– Пахнет как новая.

– А-а-а, это такой специальный дезодорант, уничтожающийнеприятные запахи. И вообще я слежу за своей девочкой.

– Девочкой?

– А вы что, не знаете, что есть машины-«девочки» имашины-«мальчики»?

– Нет, не знаю. И чем они отличаются?

Борис улыбнулся:

– Характером. Моя любит, когда с ней ласковоразговаривают, предпочитает спокойную, плавную езду. Аккуратная, если долго еене мою, капризничает, не заводится с первого раза. Когда в салоне сидитдевушка, ревнует – выкидывает какой-нибудь фортель, может по мелочи сломаться,потом неожиданно сама отремонтируется, типа: «Ну, ты понял, кто тут главная?»

– А имя у нее есть?

– Откликается на Гретхен.

Я рассмеялась. С каждой минутой Борис нравился мне всебольше. У Ирины определенно не в порядке с головой, если она променяла такогоприятного мужчину на какого-то маньяка!

– А почему именно «Солнечная поляна»? – спросилБорис. – Как вы узнали, что Артур там работает?

Я пересказала весь извилистый путь своего расследования. Заразговором я не заметила, как мы пересекли МКАД и очутились в области. Сначалаза окном проплывали многоэтажные дома, потом их сменили частные коттеджи.Вскоре нас окружал только снег и темные силуэты голых деревьев.

Борис съехал на обочину и остановился.

– Людмила, достаньте, пожалуйста, из бардачка бутылкуводы, – попросил он, – уж очень пить хочется.

Я открыла бардачок.