В объятиях русалки - Ольга Баскова

Как кот, почуявший добычу, Леонид тихо крался по колючей гальке пляжа, а потом – по аллее, обсаженной молодыми кипарисами, чьи стройные стволы не могли в полной мере предоставить ему укрытие. Вскоре его взору предстала беседка, оплетенная виноградом, чьи широкие листья скрывали мирно беседовавших людей. На его несчастье, им нравился полумрак, и тусклый свет фонарика, стоявшего на столе, вероятно, казался достаточным. Сомов, закусивший губу, чтобы не вскрикивать от уколов острых камней, которыми посыпали клумбу перед беседкой, присел на корточки и стал жадно ловить каждое слово. Голос Григорьева он узнал сразу. Голос же его собеседника был ему незнаком.

– Сегодня мне доставили очередную партию, – говорил врач, и оперативник догадался: речь идет о наркотиках. – Дашь через своих ребят знать нашим клиентам. Хорошо бы постараться привлечь представителей золотой молодежи, отдыхающих здесь.

Собеседник согласился:

– Да, все будет сделано. Только вот с этой молодежью порой выходит не так, как хотелось. Если их предки имеют деньги, они тут же ищут лучших докторов и кидаются лечить своих чад.

Главврач рассмеялся:

– Наркомана, даже начинающего, легко возвратить к прежнему занятию. Пример этому – моя будущая женушка. Тебе ведь известно, как ее папаша пытался вылечить Алину. Где она только не лежала! Но я был начеку и, однажды бросив ей крючок, не давал с него соскочить.

Сидящий рядом мужчина удивился:

– Про это я ничего не слышал. И как же тебе удавалось? Как ты подсадил дочь такого человека на наркоту?

Андрей усмехнулся:

– Это мне ничего не стоило. Когда толстосум, мой будущий тесть, решил обзавестись здесь участком земли и выстроить свой огромный домище, он приволок летом женушку и дочурку. Супруга занималась домашним хозяйством, а бесхозное дитя бродило по окрестностям и искало приключений. Я организовал на нее нападение. Наркоманы ограбили девушку и сильно избили по чувствительным местам. Когда ее доставили в мою клинику, она орала от боли. Покойная Милена по моему указанию вколола ей… ну, сам понимаешь что. Порочная натура Алины сразу ухватилась за неведомые ощущения. Можно было повторить, однако я опасался. Ни в коем случае нельзя было допустить, чтобы отец подумал: все началось с моей больницы. Дальше игру вела Ряшенцева. Деньги к тому времени ее интересовали меньше, чем дозы. Она повела игру очень умело, в двух словах объяснив Придворовой, что ей в первый день пребывания здесь она вколола наркотик, ибо только он мог снять боль. И об этом не знает ни одна живая душа. Доктора равнодушны, они сделали свое дело и ушли, а ей, простой медсестре, стало жаль бедняжку. Однако этого больше не повторится. Алина встала перед ней на колени и пообещала бриллиантовое кольцо и полное молчание. Вот так моя девочка получила еще и еще. Есть такие наркотики, к которым сразу привыкаешь. Когда Алина выписалась из больницы, она была уже самой настоящей наркоманкой. За дозы моя будущая жена щедро расплачивалась, совершая кражи из дома. А потом мы на время перестали зарабатывать на ней. Папаша возвратился в Москву, и, видимо, там обратили внимание на поведение дочки. Он отправил ее лечиться в лучшую клинику Европы, и там сделали все возможное. Во всяком случае, в Москве она больше не кололась. Но папаша не догадывался, кто подсадил ее на иглу, и, как ни в чем не бывало, прикатил с ней сюда. Мои ребята подсуетились, и Алина отыскала порошок в своей сумочке. Разумеется, мы подвергались риску. Она могла отправиться к папаше и все ему рассказать. Тогда пострадала бы Милена, к тому времени уволенная из клиники. Бедняжка уже не могла работать – и, кто знает, возможно, в тюрьме ей было бы лучше. Однако Алина обрадовалась, сразу укололась и предпочла молчать. Далее она сама разыскала наркоманов, и те, спросив наше разрешение, свели ее с поставщиками. Вот и вся история.

Собеседник хмыкнул:

– А как ты втерся в доверие к такой семейке?

Григорьев фыркнул:

– О, это было нетрудно. Когда папаша повоевал с дочуркой, запирая ее на семь замков, когда после приезда светил из Москвы девушка все равно находила способ достать дозу, ему понадобился человек, не спускающий глаз с Алины и притом могущий оказать ей нужную помощь, если она отыщет наркотик. Он навел про меня справки, а тебе известно: в Мидасе меня боготворят. Я действительно собрал в клинику лучших врачей полуострова и горжусь этим. Мой бизнес позволяет им выписывать премии, и все довольны, даже не догадываются, какие деньги держат в руках. Ведь для многих деньги пахнут, и тебе это хорошо известно.

– Да, – подтвердил незнакомец.

– Так вот, господин Придворов обратился ко мне, и Алина анонимно ложилась в нашу больницу. Естественно, бедный отец не подозревал: она об этом давно мечтала. Сначала Алина попыталась найти Ряшенцеву, потом обратилась к старым поставщикам. Я стал за ней ухаживать, сделал предложение. Доведенный до отчаяния выходками дочери, Придворов сразу согласился, когда я попросил у него руки Алины. До сих пор мне удается обманывать и дочь, и отца. Оба и не подозревают, кто снабжает девушку наркотой. Я не даю ей денег, не спускаю с нее глаз, но тебе известно: доктор Григорьев – человек занятой и его не привяжешь к юбке жены. Короче, выполняя роль Цербера, я оставляю Придворовой маленькие лазейки, и она очень ловко ими пользуется. Так и живем. Я отказался от приданого, чем еще больше расположил к себе тестя.

– Так Алина не догадывается, откуда у тебя шикарная машина и загородный дом? – поинтересовался мужчина.

Григорьев секунду помедлил с ответом.

– Думаю, нет, – наконец высказал он предположение. – Во всяком случае, она никогда не задавала мне подобные вопросы. Возможно, не будь ее головка задурманена героином, она бы и сложила два и два. А впрочем, даже если бы и сложила… Такая жизнь выгодна нам обоим.

Леонид догадался, что при этих словах собеседник поморщился:

– Фу! Жить с наркоманкой! Скоро ты свяжешь себя с ней окончательно!

– Ну и что? – усмехнулся Григорьев. – Девушке от меня нужен хороший секс, и я ей его даю. Ох, дорогой, какая у нее техника! Думаю, с моей женой работали лучшие плейбои Европы! Что она вытворяет в постели! Ты знаешь, у меня даже не возникает желания ей изменить. Ну, и потом наркоманы долго не живут. Моя женушка колет такие дозы, что долго не протянет. Но я не желаю ее скорой смерти. У меня далеко идущие планы.

– Желаю, чтобы все удалось, – заметил мужчина. – Вижу, ты все же метишь на придворовские миллионы.

Андрей усмехнулся:

– Разумеется, я же не дурак, чтобы упускать из рук такую добычу.

– Но ты же отказался от приданого жены…

– Это отвлекающий маневр, – признался Григорьев. – Тесть все равно в качестве свадебного подарка дает полмиллиона евро. Кроме того, у него только один ребенок – жена наследует все имущество. Уговорить наркоманку написать завещание на меня не составит труда.

Собеседник фыркнул:

– Боюсь, ты не думаешь, что Придворов и его домочадцы долго проживут.