Детектив Киёси Митараи - Содзи Симада

занимать, господин Митараи… Только прилетели из Африки — и сразу, не передохнув, собираетесь нырять в Мексиканский залив!

— Что касается лично меня, то сегодня я предпочел бы не торопясь осмотреть Новый Орлеан, насладиться мексиканской кухней, а нырять завтра после обеда. Но ты же настаиваешь! Кто требовал собрать всех послезавтра и объяснить, что же произошло на самом деле? Время дорого. Так что давай, инструктируй поскорее.

— Хорошо, я поняла. Для меня объяснять вам что-нибудь — большая честь. Но поскольку вы вряд ли собираетесь всю жизнь заниматься подводным плаванием, подробности я опущу.

— Вот за это спасибо!

— Твердо запомнить нужно совсем немного, жизненно важны всего два момента. Первый — продувка ушей.

— Продувка ушей? — переспросил я.

— Да, так это называется. Плавание с аквалангом — это борьба с нарастанием давления, которое оказывает вода на ваше тело по мере увеличения глубины. Когда вы погружаетесь, чувствуется боль в ушах. Тогда надо вдохнуть ртом, зажать нос и попытаться выдохнуть через него. Тогда воздух выйдет из ушей. Понятно? Если этого не сделать, могут лопнуть барабанные перепонки, вода попадет в полукружные каналы, появится тошнота и другие нарушения. Так что с этим повнимательнее.

Меня передернуло.

— Даже надев эту маску, нос можно зажать, поскольку она сделана из мягкого пластика. Продувать уши надо понемногу, с ростом водяного давления.

Получив из рук Леоны маску, я насторожился. Я плаваю как топор, и нырять мне в жизни никогда не приходилось.

— Эй, Митараи, мне тоже, что ли, нырять? — спросил я на всякий случай.

— А ты разве не собираешься писать книгу про это приключение? — ответил он.

— Еще одна важная вещь касается всплытия. Если с глубины резко подняться на поверхность, задержав дыхание, то можно повредить легкие. Это как если поднять на поверхность пластиковый пакет, надутый на глубине. Господин Исиока, что, по-вашему, станет с этим пакетом?

— Сожмется, нет?

— Наоборот. Лопнет.

Меня опять передернуло.

— Человеческие легкие — это два мешка, и если с ними так поступить, то и результат будет такой же. Важно всплывать постепенно, давая телу привыкнуть к изменяющемуся давлению. При этом ни в коем случае нельзя забывать дышать.

Слушая эти инструкции, я совершенно не мог поверить, что скоро мне придется проверять их на собственном опыте. У меня было такое состояние, что я мог потерять сознание от страха.

— Если вдруг выйдет из строя регулятор или октопус и потребуется быстро всплыть, нужно до самой поверхности моря подниматься с открытым ртом, крича: «А-а-а!». От этого будет непрерывно происходить выдох, и тогда легкие не пострадают. Но в целом если вы будете повторять все действия за мной, то больших проблем возникнуть не должно.

— Все понятно. Ну, пошли нырять. — Митараи нетерпеливо схватил акваланг.

— Подождите, вы знаете, как надевать подводный костюм? Под душем, который есть в нижней комнате. В мокром виде он наденется легче.

— Вот как! Исиока, пошли!

— А что такое регулятор и октопус?

— Господа, подождите! — вдруг заговорил тихо дремавший до этого охранник. Он взял Митараи за обе руки и смотрел по очереди на него и Леону. — Мисс Мацудзаки тоже будет нырять?

— Конечно, их одних отпускать опасно, — ответила Леона по-английски.

— Она опасается отпускать нас одних, — сказал мне Митараи и повернулся к охранникам. — Если вы беспокоитесь, следуйте за нами в глубь моря. Только баллонов я вам не дам.

После этих слов он стал быстро спускаться по лестнице. * * *

Держа в руках акваланги, мы в резиновых костюмах сидели в ожидании Леоны. Та появилась со стороны лестницы в потрясающем бикини золотого цвета.

На вопрос Митараи, почему она без подводного костюма, Леона ответила, что у нее большой опыт, и так ей удобнее.

— Кстати, а что мы будем делать на глубине? — спросила она.

— Хочу посмотреть, что там, вокруг острова, — сказал Митараи, указав пальцем себе под ноги.

— Здесь сразу же большие глубины. И много скал, опасно для начинающих. Давайте зайдем оттуда, где более полого и осталась отмель после отлива.

Митараи недовольно взглянул на меня. Итак, мы в резиновой обуви для плавания перешли японский мост и добрались до оставшейся после отлива отмели. Некоторые из них уже были захвачены морем, и становилось понятно, что прилив начался. Леона посадила нас, новичков, на скалы и объяснила, как прикреплять грузы, завязывать балансировочные жилеты, вешать на спину акваланг, надевать ласты, пользоваться загубником. В общем, мы получили еще один урок подводного плавания от Леоны.

Регулятор — это устройство, которое уменьшает давление воздуха, поступающего из баллона, и подает его в загубник, а октопус используется в экстренных случаях, например, если у погрузившегося вместе с вами человека кончился воздух.

Кроме этого, Леона подробно рассказала о других устройствах для погружения, об азотном отравлении, но я их опущу как не имеющие отношения к сюжету.

Увешанные тяжелым оборудованием, сначала мы чувствовали себя неуверенно. Осторожно, чтобы не повредить ноги, шагая по уступам скалы, зашли в воду по грудь. В ногах путались водоросли.

— Прежде чем надеть маску, смочите ее водой, — посоветовала Леона.

— Я признаю2, что ты наш тренер, но когда приблизимся к острову, следуй моим знакам, — сказал Митараи, стоя в воде.

— Но далеко не отплывайте.

— Понятно. И еще, Исиока: что бы ты ни увидел, не пугайся. Если растеряешься, то конец, на сушу не сможешь вернуться. Это немного опасное приключение.

Мы обернулись лицом к суше. Двое охранников с тревогой смотрели на нас.

— Я готов оставить тебя тут, — сказал мой друг Леоне.

— Ни за что, — быстро ответила она.

— У нас только два фонаря. Нужно было три приготовить. Исиока, не удаляйся от меня.

— А мне можно удаляться?

— И ты держись рядом. Ну, пошли.

Митараи надел маску и взял в рот загубник. Я последовал его примеру и вслед за ним решительно нырнул. По пути в неизвестный мир меня сопровождали громкое бульканье и специфические запахи резины и сжатого воздуха.

Сначала впереди ничего не было видно из-за мелких обломков ракушек, колышущихся водорослей, белой пены и поднимающейся со дна подобно дыму песчаной мути. Но после нескольких движений ластами видимость улучшилась.

— Ого! — невольно вскрикнул я, так что в рот попало немного воды.

Вид был прекрасный. Наверху сверкала шелком плавно колеблющаяся поверхность моря. Проникающие сквозь нее солнечные лучи создавали золотые блики в синем подводном мире и, падая на подводные черные скалы, заставляли их сверкать золотом. Подобные световому дождю лучи вращались в хороводе, причудливо преломляясь под влиянием танцующих наверху легких волн. На песчаном дне перед моим взглядом они складывали непрестанно меняющиеся узоры.

В этих лучах плыла полуобнаженная Леона. Ее голые руки и белые, словно