Трижды одинокий мужчина - Ольга Баскова

– Значит, Галина Петровна, не договорились.

– Нет, – судя по всему, отвечающей была Болотова.

– Посудите сами, – продолжала незнакомка. – Большей суммы мы вам дать не можем. Ну где мы ее разыщем? Сколько получают врачи, вы знаете не хуже моего.

– И все же вы предлагаете мне мало, – упрямо сказала Галина Петровна. – Во-первых, я одинокая женщина, и мне предстоит поднимать двоих детей. Во-вторых, придется поплатиться безупречной репутацией.

Собеседница хмыкнула:

– Ваша репутация не пострадает. В конце концов, ребенок остался жив. А что определенное количество рожениц гибнет при родах – об этом знают все. Мой совет, милочка: берите деньги, пока дают. Вы же не хотите своей глупостью и упрямством навлечь беду на всю семью?

– Мне уже угрожаете? – резко бросила Болотова.

– Ни в коем случае, – гостья рассмеялась противным квакающим смехом. – Это простое предупреждение. Держите.

– Если со мной что-нибудь случится, – начала Галина Петровна, но женщина прервала ее:

– Знаю, знаю. Вы написали длинное письмо адвокату, где изложили все по порядку. Такой прием используется в дешевых детективных романах. Разумеется, дорогая моя, мы будем иметь это в виду.

Послышался шелест бумаги. Возможно, Галина Петровна взяла предложенные деньги и начала пересчитывать.

– Можете не трудиться, – заметила гостья. – У нас как в аптеке.

Гинеколог выдержала паузу:

– И все-таки вы не успокоитесь, – сказала она.

– Главное, чтобы успокоились вы, – раздался щелчок: вероятно, собеседница Болотовой захлопнула сумочку. – И не вздумайте нас беспокоить, напоминая о своем трудном положении. Больше вы не получите. Дальнейший шантаж не приведет ни к чему хорошему. До свидания».

Вероятно, Галина Петровна что-то произнесла на прощание, однако покалеченная пленка выдала лишь шипение. Лариса Кулакова посмотрела на Катю:

– Тебе знакомы эти голоса?

– Голос – нет, но понятно, кому заплатили...

– Можно поинтересоваться, кто она?

Зорина улыбнулась:

– Лариса, этим событиям миллион лет. Если это и разговор двух преступниц, в связи со сроком давности дело не будет возбуждено.

Кулакова кивнула:

– Понятно. А тебе все нужно для новой книжки. Что ж, удачи.

– Пока.

Махнув друзьям рукой на прощание, Катя вышла из душного кабинета. Супруг бросился следом:

– Тебя проводить?

Жена нежно обняла его:

– Опять гонять две «Жульки»? Ты забыл: сегодня я тоже на машине.

Константин подавил улыбку:

– Ничего я не забыл. Просто приятно, когда ты рядом, пусть не совсем, пусть сзади, на своем авто.

Поцеловав заботливого мужа, журналистка уселась в машину.

– Будь осторожна! – крикнул ей Скворцов. – Я буду названивать тебе каждые полчаса.

– Прекрасно.

Выехав на шоссе, девушка подумала: как хорошо, что Костя не спросил, куда она направляется. По правде говоря, она и сама этого не знала. Ей захотелось найти уединенное место, где можно было бы привести в порядок свои мысли, и она повернула к маленькому летнему кафе, находящемуся на набережной. Это приятное заведение они с Костей просто обожали, летом просиживая в нем часами. Владелец кафе, выбрав очень удачный кусочек возле реки, не стал вырубать росшие здесь в изобилии березы и ели, а поставил столики и скамейки прямо между ними. Прохлада сохранялась даже в самые жаркие дни. Зимой над столиками и скамейками натягивались тенты, и желающие могли получить гамбургер с горячим кофе или чаем. На счастье девушки, сегодня здесь никого не было. Поставив машину на ближайшей стоянке, Катя направилась к столику и уселась на скамейку. Юркая белокурая девица в лисьем полушубке сразу подбежала к единственной посетительнице:

– Чай, кофе?

– Кофе, пожалуйста. – Зорина достала сумочку. – И горячий бутерброд.

– С цыпленком, сыром, колбасой?

– С цыпленком.

– Будьте добры немного подождать.

Зорина доброжелательно кивнула и, достав блокнот, принялась делать обычные пометки. Итак, что мы имеем после разговора с Мочаловым и прослушивания пленки? Инну Хомутову, несомненно, убили, вколов ей лекарство, разжижающее кровь. Болотова это усекла, связалась с преступником, ей предложили деньги. Будучи в стесненных материальных обстоятельствах, врач взяла их, пообещав держать язык за зубами. За что же, в таком случае, с ней свели счеты, не побоявшись компромата, о котором она честно предупредила? Или подумали, что при таком способе убийства вряд ли что сохранится в квартире? И вообще, был ли у убийц другой выход? Дети Галины Петровны жили очень скромно, дочь осталась с двумя малолетками, спонсор нужен позарез. Не попыталась ли старушка опять пошантажировать бывших клиентов? Вполне возможно. Ну, и поплатилась за опрометчивый поступок.

Ладно, с ней более-менее ясно. Теперь перейдем к Инне Хомутовой. То, что ей помогли покинуть этот мир, сомнений не вызывает. Остается только ответить на вопрос: зачем? Кому нужна была ее смерть? Карякину? Допустим, так. И что с того? Впрочем, жена Хомутова могла оказаться нежелательной свидетельницей какого-нибудь поступка или разговора. Не для того ли будущий профессор шастал к ней в роддом, чтобы уговорить молчать? Возможно, молодая женщина не согласилась, решив таким образом свою судьбу, или убийцы побоялись оставлять ее в живых. Но что она могла видеть или знать?

В этот период произошло два знаменательных события. Во-первых, ни с того ни с сего умер Александр Проскуряков. Во-вторых, кто-то украл у него наброски диссертации. С поджогом квартиры профессора Мочалова все яснее ясного. Страдающий рассеянностью Александр оставил один экземпляр ему, тот прихватил рукопись домой, а не запер в кабинете. Вот за этим-то экземплярчиком и приходил преступник. Интересно, что было такого в диссертации?

– Вот ваш кофе и бутерброд, – девушка-снегурочка, как мысленно окрестила ее Катя, принесла на подносе дымящийся заказ.

– Большое спасибо.

Впившись зубами в сочное мясо, журналистка пришла к выводу, что главный подозреваемый – профессор Карякин. Однако возник еще один вопрос: кто та дама, разговаривавшая с Болотовой? Сообщница профессора, это понятно, но кто именно? Его жена? Катя почувствовала, как вспотели ладони. Если она на правильном пути... Стоп, а мотив? В тот момент Анатолий Иванович не интересовался гепатитом. Поэтому мотив остается один – месть из зависти. Почему Игнат Вадимович резко прервал дружбу с умным и амбициозным коллегой? Ответ напрашивается сам собой. Карякин решил отомстить. Его мелочная натура не могла допустить, чтобы бывший дружок обгонял его по всем показателям. Зорина глотнула горячий кофе и поморщилась. Ей необходимо съездить к Карякиным и добыть образец голоса жены профессора.