Прекрасна и очень несчастна, или Кто кинул маленькую принцессу - Полина Раевская

– Духовку? – тревога в Ларином голосе выдала охватившее ее волнение. Да чего там – просто панику! – Ленка, ты что там готовишь? – прокричала она в смятении. – Лучше не надо. Ты что, забыла, что было в прошлый раз?

Я обиженно фыркнула. Совсем не обязательно напоминать мне о моих неудачах. Конечно, я все прекрасно помню, но кто старое помянет, тому и глаз вон.

На мой взгляд, приключившаяся со мной пару лет назад история – всего лишь досадное недоразумение, исключение, которое совсем даже не подтверждает правило.

А случилось тогда вот что.

Встречалась я с одним парнем – редкостным, нужно отметить, занудой, хоть и очень перспективным. Молодой человек, назовем его Михаилом, собственно потому, что именно так его и звали, имел ученую степень, учился за рубежом и вообще подавал большие надежды в своей профессии. Чем именно он занимался, я, правда, так до конца и не поняла, хотя рассказывать о своей деятельности несостоявшийся в итоге жених очень любил.

Ясное дело, к такому субъекту на хромой козе не подъедешь, подхода он требовал особенного, так что старалась я, как могла. В ход пошло все – изысканные прически и наряды, обсуждения новинок кино и литературы, посещение культмассовых мероприятий для интеллектуалов, читай – зануд.

Все шло просто великолепно, с каждым днем приближая нас к самому главному – загсу. Остался только один, но самый сложный для меня рубеж – смотр кулинарных талантов.

Как по мне, тот еще архаизм. С какой стати в наш век феминизации и эмансипации женщине еще и готовить нужно уметь? Неужели ухоженная бизнесвумен, твердо стоящая на ногах, не заслуживает личного счастья, не накормив до отвала своего избранника? Путь к сердцу мужчины давно уже протоптан через другой орган, а мы все желудок терзаем. Ну да делать нечего – не отпугивать же новоявленного жениха подобными рассуждениями.

Высунув язык, я неделю торчала на кулинарных сайтах, пытаясь постичь сложную для меня науку приготовления пищи. И вот час икс пробил – закупив в ближайшем супермаркете свечи, свиную вырезку и клюкву, я, помолившись, приступила к готовке.

Сомнений в том, что парень по достоинству оценит выбор блюда, не возникало – накануне он достаточно долго в красках и подробностях живописал один из заграничных ужинов, на котором особенно неизгладимое впечатление на него произвела именно свинина в клюквенном соусе. Он столько времени уделил рассказу о гастрономических впечатлениях от этого легендарного блюда, что мною он был воспринят как намек и призыв к действию.

На каком этапе приготовления рецепт дал сбой, я до сих пор не знаю, но итог превзошел самые смелые мои прогнозы – такой реакции на свою стряпню я точно не ожидала. Кто же знал, что у моего новоиспеченного кавалера аллергия на орехи? Как говорится, предупреждать нужно.

Да я и добавила-то их самую малость, буквально для запаха. Но этого оказалось достаточно, чтобы парня раздуло, словно воздушный шар.

Позднее Лариса хохотала до слез, слушая описание внешнего вида моего возлюбленного. Сходство с парнокопытным, подарившим основной ингредиент для моего «кулинарного шедевра», оказалось поразительным. Когда его увозила «Скорая», он все пытался мне что-то сказать, шамкая губами-варениками, но я так и не смогла разобрать ни единого слова. Подозреваю, что к счастью, вряд ли то были слова благодарности за прекрасно проведенный вечер.

Собственно, мне на самом деле еще повезло, так как парень не успел насладиться всей прелестью приготовленного мною блюда, а то бы опозорилась окончательно. Мясо оказалось пересушено, а соус на конкурсе за звание «вырви глаз» наверняка занял бы первое место. Свечи пришлось погасить, а вместе с ними угасли и надежды на романтический вечер.

Эх, зря Лариса тот случай напомнила. К сегодняшнему кулинарному шедевру он не имеет никакого отношения. Тем более случались в моей практике и вполне себе удачные моменты. Например, пару раз я умудрилась сварить картошку, не забыв про нее и не спалив кастрюлю и квартиру. Так что… Да и вообще – приготовить макароны и, залив их яйцами, запечь в духовке способна даже такая неумеха, как я.

Все шло как по маслу, жар в духовой шкаф был подан своевременно, и потому к моменту, когда честная компания переступила порог дома, тот вовсю купался в восхитительных ароматах.

– О-о-о, – потянул носом Борисов. – Пахнет вкусно.

– А то! – слегка высокомерно произнесла я и, войдя в образ кухарки, подперла руками бока.

– Мыть руки и к столу! – скомандовала я грозно, и Илья, подыграв, взял под козырек:

– Есть, мэм, – воскликнул он.

Степан только хмыкнул, а Лариса одарила меня подбадривающей улыбкой.

Вскоре все сидели за большим, празднично накрытым столом, в списке моих немногих хозяйственных навыков значилось искусство сервировки.

– Не судите строго, – ворковала я, доставая из духовки сковороду. – Это мой первый опыт в приготовлении подобного блюда, да и набор продуктов невелик, но… – я перевернула запеканку на огромную тарелку, и честная компания в некотором недоумении уставилась на мой, с позволения сказать, «шедевр».

Начать с того, что он имел странноватый зеленый оттенок. Кроме того, слипшийся комок даже не намекал на присутствие в нем макаронного продукта. Если честно, выглядело это не очень аппетитно даже для создателя, а я, будучи лицом заинтересованным, приложила немало усилий, чтобы реабилитировать хотя бы в своих глазах это, с позволения сказать, «произведение».

Степан хмыкнул и открыл рот, чтобы, как подозреваю, сказать нечто едкое, но ему помешал Борисов.

– Выглядит… оригинально! – воскликнул он и даже не соврал! – Уверен, это очень вкусно, – не очень, правда, убедительно добавил он. Лариса усердно закивала головой и кинулась разрезать слипшийся макаронный комок.

Первым отведать таинственное нечто отважился хозяин дома. Присутствующие, включая меня, с напряжением следили за его реакцией. По лицу прочесть ее не удалось, но одобрительный возглас «вкусно» снял царившее за столом напряжение, и мы все схватились за вилки. Голод не тетка, а кушать хотелось сильно.

Дальнейшее описать трудно. Почти одновременно откусили мы по кусочку запеканки и так же синхронно бросились к мусорному ведру ее выплевывать. Есть ЭТО было невозможно – на зубах скрипел порошок, по вкусу сильно напоминавший соду.

Как выяснилось, это она и была. Тщательно прополоскав рот целым литром воды, пытаясь избавиться от мерзкого ощущения, которое, казалось, навсегда поселилось во рту, я метнулась к шкафчику, из которого доставала соль. Извлекла из него коробочку и с недоумением уставилась на иностранные буквы.

– Это что? – грозно спросила Борисова, сунув продукт ему под нос.

Тот недоуменно пожал плечами.

– Понятия не имею. Закупками занимается моя домработница. Но, судя по всему, сода. А ты что подумала?

– А я подумала, это соль! – голос дрожал и срывался. – Почему у тебя даже сода импортная? Чем тебе наша-то не угодила? Та самая, которая в красной упаковке с понятными обозначениями на родном языке?