Главбух и полцарства в придачу - Дарья Донцова

– Завтра нельзя? – промямлила я, усиленноизображая, что засыпаю.

– Скажи, ты правда хотела цветы полить?

– Да, – ответила я, – растениям нужна водабез хлора, поэтому водопроводную всегда отстаивают.

– Очень странно!

– Ничего необычного тут не вижу, – сказалая, – для многих людей цветы – живые существа. Кое-кто использует дляполива бутилированную воду, но, согласись, это дорогое удовольствие, потомумногие поступают просто: нальют в…

– Да это понятно, – отмахнулся Олег, – неяснодругое.

– Что? – воскликнула я, изображая крайнеевозмущение. – Дашь ты мне заснуть или нет? Я очень устала.

– Непонятно, – медленно тянул муж, – какиерастения ты собиралась заботливо полить. У нас же дома нет ни одного горшка!

Только не надо убеждать меня, что вы всегда и везде говоритеправду! Надеюсь, понимаете, какие чувства я испытала, поняв, что меня опятьпоймали на лжи?

– Не пори ерунды, – попыталась я исправитьположение, – в коридоре кашпо висит!

– Так в нем же тряпочные цветы, – хмыкнул Олег.

Я старательно засопела. Пусть неверный муженек считает, чтоменя сбил с ног сон. Упаси вас бог выйти замуж за милиционера, никогда несможете соврать, мигом вычислит!

Минут через пятнадцать с правой стороны кровати донессямолодецкий храп. Я осторожно выползла из-под одеяла. Вообще говоря, если вашсупруг принадлежит к племени храпунов – это настоящая катастрофа, я вамсовершенно искренне сочувствую, потому что сама живу с таким. Но сегодня яневероятно обрадовалась, услыхав звуки «музыки». Слава богу, Олег крепко спит.

До кладбища я добралась в рекордно короткий срок и увиделакрепко запертые ворота. Может, конечно, кого-нибудь подобное препятствие иостановило бы, но только не меня. Я очень хорошо знаю, что практически в любомзаборе, а в особенности в том, который чинят за государственный счет, найдутсядыры. И уж совсем хорошо, если ограждение состоит из прутьев. Госпожа ВиолаТараканова весит немного и легко просачивается в любую щель.

Побегав вдоль ограды, я нашла место, где прутья чуть-чутьизгибались, образуя между собой более широкое пространство. Протиснувшись внего боком, я легко оказалась на территории погоста. Пожалуй, впервые в жизни яобрадовалась тому факту, что господь забыл наградить меня бюстом. Имей ябольшую грудь, застряла бы, как Винни-Пух в двери у Кролика. А так раз, два – иготово.

Я встряхнулась, словно мокрая собака, и оглянулась. И тутмне стало невероятно страшно. Вокруг в беспорядке высились надгробия. Яочутилась в самой старой, «непарадной» части кладбища. Дорожки здесь былиузенькие, могилы прилегали впритык друг к другу. Огромная, неправдоподобнокруглая луна освещала пейзаж. В мертвенно-белом свете деревья казалисьсеро-пыльными, яркая листва потемнела. Кругом стояла просто могильная тишина. Сдругой стороны, какой она должна быть на кладбище?

Трепеща от ужаса, я пошлепала вперед, вздрагивая от каждогошороха. Ну скажите, пожалуйста, почему на погосте всегда так страшно? Еслихорошенько подумать, то бояться следует живых людей, вот они способны причинитьвам кучу неприятностей, а мертвые нет. Они вообще уже в мире ином, но почемутогда меня душит жуть? Отчего подкосились ноги?

Призывая себя к мужеству, я понеслась было вперед, но потомпритормозила. Стоп. Успокойся, Вилка, ищи подорожник, никого тут нет, нечеготрястись.

Поборов страх, я стала разглядывать могилы. Так, КузьменкоАнна Филипповна, 1882–1974 гг. Маловероятно, что это невинная девушка.Богачев Дормидонт Фомич… Он вовсе не подходит. Прочитав несколько эпитафий, яизумилась. Как-то принято считать, что в прежние времена, когда не быловитаминов, антибиотиков и наркоза, люди умирали очень рано, от элементарныхзаболеваний, а любое хирургическое вмешательство почти всегда заканчивалосьлетальным исходом. Потом, в старину русские люди не имели никакого понятия оправильном питании. Почитайте великолепные произведения Мельникова-Печерского«В лесах» и «На горах». Целые главы посвящены описанию трапез в купеческойсреде: осетрина, икра, свиной бок, поросенок с кашей, кровяная колбаса, мед сорехами, яичница из ста желтков… Представляете, какой уровень холестерина вкрови имели наши предки!

Но сейчас я шла по погосту, подсчитывая годы жизни умерших,и немало удивлялась: семьдесят пять, восемьдесят четыре, вот господин Фокиндотянул до девяноста шести лет. Может, все рассказы о полезности геркулеса наводе враки? Вдруг нужно, наоборот, питаться жирным, сладким и калорийным?

В поисках могилы невинной девушки я углубилась в дебри и, орадость, увидела эпитафию: «Погибнув во цвете лет, ты не погибла для нас. Мамаи папа». Ларская Елена, 1932–1955 гг.

Ага, ей было тринадцать лет. Теперь следует отыскать взарослях, покрывающих могилу, подорожник. В те годы нравы были более суровыми,чем теперь, покойная явно девственница.

Открыв ржавую калитку, я подошла к деревянной скамеечке ихотела опуститься на корточки. Но вдруг из-за могильного камня раздалсядлинный, протяжный стон:

– У-у-у-о-и…

Словами не описать, какие ощущения охватили меня! Ногиприросли к земле.

– У-у-у-о-и… – повторился звук.

Почти без сознания плюхнулась прямо в заросли травы.Следовало бежать отсюда со всей возможной скоростью, но нижние конечности будтопарализовало.

Перестав дышать от ужаса, я увидела, как из-за могилымедленно-медленно поднимается что-то белое, жуткое. Оно выпрямилось,заколыхалось, стало изгибаться в разные стороны, потом вдруг сказало:

– Зачем пришла? Чего надо? Это мое место! Лишь быпотревожить! Покоя нет. Ищи себе другое… А-у-о-и-ы…

Больше я ничего не помню. Влажная, пахнущая свежестью трававнезапно выросла и закрыла мое лицо. А потом темнота и тишина.

Я заворочалась на матраце и села, не открывая глаз. Господи,все бока болят, может, нам купить новую кровать? Что за чушь мне привиделась?Кладбище, могила, восставшая покойница, обозлившаяся на ту, что я посмеланарушить ее покой. Да я просто мирно заснула около Олега!

Но тут до носа добрался запах влажной травы, я ощутила подсобой мокрую землю и открыла глаза.

– На кого работаешь? – хрипло осведомилосьсущество, одетое в серый комбинезон.

– Вы кто? – прошептала я. – Ларская Елена,тринадцати лет? Извините, пожалуйста, я не хотела сделать вам ничего плохого,мне нужен подорожник с вашей могилы. Можно сорвать пару листочков?

Девушка засмеялась, потом полюбопытствовала:

– А он тебе зачем?