Подарок Мэрилин Монро - Ольга Тарасевич

«Твою мать! Обалдеть! – Майкл вежливо улыбнулся, хотя внутри все закипело от возмущения. – Никто из туристов уже не любуется потрясающей панорамой Бич-сити. Все подслушивают – а как я отреагирую на флирт этой женщины. В принципе, она ничего, симпатичная... Надо же, пристает ко мне вот так запросто – и совершенно не смущается... Я бы так не смог, все-таки постарался бы улучить момент, когда никого поблизости не окажется...»

Через пару минут он уже не улыбался.

Брюнетка окончательно сошла с ума – принялась поглаживать себя по бедрам, прикасаться к груди...

Никто из туристов не решался сделать женщине замечание.

Но вокруг все просто, казалось, искрило от ее неприкрытого сексуального желания.

Конечно, с учетом того, что все это эротическое шоу проходило в ограниченном пространстве корзины, пилоты не могли не нервничать.

«Я переборщил с выпусканием воздуха, шар летит слишком стремительно, – ругал себя Майкл, отвернувшись от своей поклонницы. – Только бы посадка прошла хорошо. У меня наполеоновские планы на ближайшие дни, не хватало еще получить проблемы из-за этой сумасшедшей женщины. Честно говоря, не знаю, зачем она платила за полет, все равно по сторонам не смотрит, только на меня пялится. Полет стоит пятьсот долларов! Думаю, жиголо обошелся бы намного дешевле!»

Посадка прошла как по маслу.

Вместе с туристами Майкл поаплодировал старшему пилоту, посадившему шар так мягко, что корзину даже не тряхнуло в тот момент, когда она касалась земли.

Краем глаза заметив, что брюнетка пишет на карточке номер телефона, он быстро выскочил из корзины и бросился в домик для персонала.

Конечно, нужно было еще переделать много работы, помочь коллегам со складыванием шара. Однако пусть прежде навязчивая туристка уйдет.

Убедившись, что в комнате никого нет, он достал сотовый телефон, набрал номер и с волнением заговорил:

– Джулия, привет, дорогая! Как там поживает моя конфетка?..

Ближе к вечеру Майкл то и дело поглядывал на часы.

Не терпелось скорее увидеть Кейт, обнять ее хрупкое красивое тело, заглянуть в сияющие от любви глаза. А стрелка, как назло, словно приклеилась к циферблату...

И вот наконец все позади: подписание какие-то бумажек, в которых каждый из членов экипажа должен оставить автограф; летящая с превышением скорости по шоссе машина; поход в супермаркет за любимым Катиным вином; снова автомобиль, заезд на площадку перед гаражом, и...

– Твою мать, – выругался Майкл, заметив в зеркало заднего вида, как по участку промелькнула человеческая тень. – Я чуть его не задавил. Кто бы это мог быть?

Но через секунду он уже радостно улыбался.

Никаких визитов неизвестных людей!

– Рад видеть тебя, Дэни. – Майкл протянул приятелю руку. – Хорошо сделал, что зашел. А что это у тебя? Старые катушки? Послушаем музыку?

Друг кивнул:

– Обязательно. Я думаю, это будет самая интересная запись, которую ты когда-либо слышал...

* * *

– У тебя нос красный, – рассмеялась Катя, закалывая волосы. – В тон купальнику!

– Слушай, а похолодало сегодня. Я пока до душа добежала, озябла. – Лика подплыла к бортику, махнула рукой. – Давай сюда! Вода такая теплая, наверное, нагрелась за вчерашний день.

– Просто этот бассейн с подогревом. И кто-то утром нажал на нужные кнопочки. – По металлической лестнице Катя опустилась в воду и красивым кролем заскользила по дорожке.

Подставив спину под массажные струйки, бьющие под бортиком, Лика наблюдала за подругой. И понимала только одно: в собственных мыслях царит полный разброд и шатания. События стали развиваться настолько стремительно, что она даже забыла позвонить домой, узнать, как там Дарина.

Мамаша, называется...

Совсем голову потеряла со своей любовью!

А любовь эта – тот еще кадр. Палец в рот не клади, чуть что не понравится – давай вперед с кулаками морду бить.

«Вообще-то я интеллигентный человек, – объяснил Андрей свое рукоприкладство после того, как странный бесцеремонный американец с фотоаппаратом был изгнан с участка. – Но америкосов я не люблю и спуска им не даю. Лика, согласись: это же свинство полное – залазить на дерево с фотоаппаратом и снимать валяющихся в постели людей. Но все-таки у соотечественника я бы сначала поинтересовался: «Что за дела?» С америкосами я никаких разговоров не веду по идеологическим соображениям. В табло и без предупреждений! А они что, предупреждали нас, когда Союз разваливали?»

Появление странного американца, явно бывшего фоторепортером, позже разъяснилось. Позвонил сосед, Стивен, и рассказал печальные новости. Оказывается, убили журналистку, а в доме спрятаны пленки, записи бесед известной актрисы Мэрилин Монро со своим психиатром.

Потом было терзание Интернета, и каждая подробность только усугубляла страх.

Оказывается, смерть журналистки Линды Грин – не единственная. Раньше убили бойфренда девушки, который предоставлял ей информацию.

Пленки стоят кучу денег.

У полиции нет никаких версий о том, кто так жестоко расправляется с людьми, имеющими хоть малейшее представление о записях.

Вывод после просмотра сайтов можно было сделать только один: все, прощай, спокойная жизнь...

В лучшем случае жителей особняка атакуют журналисты с вопросами. В худшем – сумасшедшие фанаты или жулики-авантюристы, которые перевернут тут все вверх дном, пытаясь отыскать катушки.

Может, было бы логичнее собраться всем вместе и обыскать дом самостоятельно?

Найти пленки, сделать с ними что-нибудь – отдать в полицию, продать, передать в музей? Сделать с ними что угодно, обеспечивая себе спокойную жизнь, возможность просто валяться в постели, не боясь, что на дереве окажется фоторепортер?

Единственный плюс всей этой устрашающей информационной лавины, пожалуй, заключается в том, что можно хоть как-то объяснить наличие понатыканных по всему дому видеокамер. Наверное, кто-то узнал о том, что в доме хранится такая ценность, и решил понаблюдать за жильцами: а вдруг найдут те самые аудиозаписи?..

В любом случае, надо что-то срочно со всем этим делать. Потому что люди, охотящиеся за пленками, шутить не намерены...

«Прекращай включать автопогрузчик, – распорядилась Катя, выдергивая из решетки шнур от ноутбука. – Я никому не позволю портить себе жизнь! Ни полицейским, ни журналистам! Сейчас Мишутки нет дома. Вот он появится, мы все обсудим и придумаем, как поступить. Пока – никакой паники на корабле. И вообще, слушайте мои команды. Андрей, я думаю, ты по достоинству оценишь то оборудование, которое мы заказали для нашего тренажерного зала. Между прочим, Мишутка торопил поставщика, чтобы все было готово именно к твоему приезду. Так что не все американцы такие вредины, как ты думаешь... А мы с Ликой пойдем плавать. И пусть все репортеры мира за этим наблюдают, мне плевать. Нам с нашими фигурами стесняться нечего...»