КОТнеппинг. Помеченная территория - Роман Матроскин

– Мяу, лазутчик!

Какой-то кот вскинул голову и заметил чужака на светлом фоне окна, под которым проходила потолочная балка. Несколько бойцов ринулись вверх по стенам, но Ричи не стал дожидаться, пока его стащат силой, и прыгнул вниз.

«Хорошо, что я не завтракал», – мелькнула у него мысль.

К счастью, он упал на все четыре лапы, пусть и немного неуклюже. В воздух поднялось облако пыли и опилок.

Котектив разжал зубы, положил перед инструктором пакетик с элитным кошачьим кормом и сказал:

– Здравствуйте!

Одноглазый зашипел, выгнул спину. Остальные коты оскалились и быстрыми юркими тенями окружили Ричарда со всех сторон. Он ярко представил себе живейшую картину: его валят на пол вместо одной из драных подушек. Потом «выпустили когти!.. Мя-мяу!».

– Где-то я тебя видел, – профырчал командир, ловко и почти незаметно запихав пакетик с кормом под свое одеяло.

Один из бойцов расслабил спину, выгнутую колесом, подошел к одноглазому.

До ушей Ричи донесся шепот:

– Кот того двуногого штафирки, друга товарища майора, писателя. Книжка «Будни спецназа». Я вам тогда докладывал.

Все прочие коты на протяжении разговора оставались на своих местах. Эти зверюги с выпущенными когтями и оскаленными мордами ожидали приказа своего старшего.

– Так, я понял. – Одноглазый снова уселся на одеяло. – Все вернулись к тренировке. Штатский – подойти ко мне! Как тебя звать?

Ричи представился, сглотнул и направился к командиру, размышляя, что могло бы с ним случиться, если бы не те несколько дней, когда его двуногий зарекомендовал и себя и своего кота в качестве дружественной стороны.

– Так, значит, ты и есть тот Ричи. Помню, мне докладывали, что ты подглядывал за нами с дуба номер тридцать шесть, иногда с двадцать четвертого и тридцать восьмого. Вы гостили у комбата, значит, и у нас. Что снова занесло тебя в наши края?

Ричи замялся. Ему вдруг стало ясно, что говорить правду, да еще и представляться котективом, было бы стратегической ошибкой.

– Твой двуногий опять взялся за книжку про спецназ? Я, кстати, прочел ту, первую. Ничего так, бодренько. Хотя видно, что писал гражданский, есть пара фактических ошибок. Да и стиль, конечно, бульварный.

Тут Ричи прикинул, что версия, нарисовавшаяся в голове у кота-вояки, ему как нельзя на лапу и решил подыграть.

– Он пока только планирует новую книгу, уже начал собирать материал. Знаете, одним из главных героев новой книги моего двуногого будет полковник ГРУ, инструктор по ножевому бою. – Котектив отметил довольный взгляд единственного глаза и продолжил: – Так вот, у него есть, с ним живет…

– Изъясняйся нормально! – приказал командир. – Что ты хвосты мышиные жуешь?

– С ним живет его любимый друг, питомец. Вот тут у моего двуногого возник затык!

– Затык?..

– Да, он колеблется, пока не знает, кого сделать питомцем главного героя: немецкую овчарку или бойцового кота.

Одноглазый вскочил и полоснул лапой ближайшую подушку. Пух и перья так и полетели во все стороны.

Остальные коты от удивления на секунду прервали тренировку, но спохватились и немедленно ее продолжили. Вряд ли кто-то из них хотел навлечь на себя гнев инструктора.

– Овчарка? Эти бестолковые твари могут только клянчить еду у двуногих да дрыхнуть у ворот! Фу! Что за глупая мысль! – Котективу казалось, что еще немного и одноглазый лопнет от ярости и по воздуху разлетится не только пух, но еще и шерсть.

Но тот лишь еще разок бешено полоснул подушку и почти ополовинил ее.

Ричи сдул перья, подлетевшие прямо к его носу.

– Так вот, я подумал…

– Что ты подумал, рядовой? – Одноглазый в ярости не заметил, как зачислил Ричи в армию.

– Я подумал, что еще есть шанс все исправить. Пока глава про любимого друга не написана.

– Да? И как?

– Только личным примером! Видите ли, я кот, как вы понимаете, домашний.

– Пффф! – Так одноглазый выразил все, что он думал про домашних котов.

– Так вот, я подумал… – Ричи сделал вид, что запутался в своих абсолютно штатских мыслях.

– Не тяни сосиску, рядовой! – выпалил одноглазый, пытаясь уловить ход размышлений котектива.

– Если бы один из ваших голово… то есть спецназовцев мог провести со мной какое-то время, проинструктировать, как должен вести себя настоящий бойцовский кот…

– Ни мыша не понимаю из твоего бормотания, говори прямо!

– Есть говорить прямо! – молодцевато гаркнул Ричи, встав по стойке «смирно». – Дайте мне одного из ваших лучших котов! Пусть он подучит меня на практике всяким десантным штучкам! Я вам гарантирую, что мой двуногий выкинет из головы всякую мысль об овчарке. Двух дней мне хватит, – закончил мысль Ричи, видя, что одноглазый снова вознамерился драть подушку, как только услышал про собаку.

– Сержант Мороз, ко мне! – промедлив не более секунды, рявкнул одноглазый.

Тут же около Ричи оказалось создание, которое можно было бы назвать сибирским котом лишь при некоторых допущениях. Размером и сложением оно больше походило на французского бульдога или бультерьера.

– Сержант Мороз! Поступаете в распоряжение вот этого штатского. Выполнять все его указания, через два дня явиться на утреннюю поверку. Как поняли приказ, сержант?

Через полчаса Ричи покинул расположение кошачьего спецназа в компании здоровенного сержанта. Если тот и был чем-то недоволен, то виду не подавал. Судя по его довольной морде, пару дней на гражданке он рассматривал не иначе как отпуск и по-своему был прав.

в которой судьба подкладывает Ричи и Морозу маленькую свинью, которая в итоге оказывается вовсе не свиньей

Вряд ли Ричи даже самому себе признался бы в том, что был растерян. Здоровенный спецназовец вопросов, конечно, не задавал, однако поход на Птичий рынок стоило как-то органично объяснить, придумать убедительную легенду, а таковой у котектива пока не было.

– Быть может, зайдем в бар? Пропустим по мисочке валерьянки? – Такая идея пришла в голову Ричи внезапно и показалась ему вполне годной.

Порция одурманивающего напитка только усилит ощущения отпуска для Мороза. Молчаливая мужская солидарность завершит начатое. Ричи станет для него своим.

– При исполнении не пью, – сухо, серьезно и без тени заинтересованности ответил Мороз, чем усилил замешательство котектива.

Ричи размышлял. Когда наметки нового плана начали прорисовываться у него в голове, Мороз помог ему сам.

– Так что делать будем, писатель? – осведомился он.

Тень удовольствия скользнула по морде Ричи. Из друга и питомца двуногого автора он сам вдруг превратился в писателя. Разве это было далеко от правды? Кто в конце концов написал третью часть книжки «Будни спецназа» и внес едва ли не все редакторские правки? Детали легенды оформились мгновенно.