Карма несказанных слов - Евгения Горская

– Слава, у меня… проблемы.

Собственной охраны фирма не имела, они до сих пор арендовали помещение у старого оборонного предприятия. С начальником охраны предприятия, немногословным и суровым на вид Вячеславом, он познакомился и даже сошелся после какого-то корпоративного праздника, когда веселившиеся сослуживцы развлекались в коридоре, а Сергей, по долгу службы не имевший возможности уйти пораньше, маялся в курилке, где и разговорился с обходившим помещения Вячеславом. Тот тогда только устроился на работу, поэтому и обходил территорию сам. Если бы Сергей к тому времени не успел изрядно приложиться к спиртному и не изнывал от скуки, ожидая окончания веселья, это знакомство никогда бы не состоялось. Они тогда еще неплохо добавили с Вячеславом, после чего по домам их развозили парни из охраны. К счастью, знакомство состоялось, и теперь он мог к нему обратиться.

Уговорив Сергея отвезти Люсю с работы домой, Лена почти успокоилась. Собственно, уговаривать Курганова не пришлось, он сразу согласился проводить подругу. Теперь утреннее происшествие уже не казалось Лене страшным, и она даже пожалела, что не пошла на работу, а слонялась по квартире, не зная, чем заняться. Вряд ли ее хотели убить, кому она нужна? Только тете, да еще, может быть, Сергею. Она снова взяла сигареты и уже в который раз отправилась на балкон.

Вот Ира бы точно ее убила, если бы узнала, что Нонна завещала ей драгоценности нескольких поколений Лучинских. А ведь Ира не просто так приходила последний раз в лабораторию, она явно хотела что-то узнать, только спросить не решилась. Она нервничала и хамила из-за этого. Лене вспомнилось, как Ирина кокетничала с Сергеем в ресторане, и стало совсем противно. И тут же всплыло другое воспоминание.

Лена смотрела с балкона на детскую площадку во дворе. Раньше здесь стояла маленькая покосившаяся беседка, где они, Лена, Таля и Ира, уже студентками любили сидеть по вечерам и курили тайком, потому что родители увидеть их в беседке не могли. Тогда был такой же теплый весенний день, Лена ждала Павла, так же стояла на балконе и смотрела вниз. Шел дождь, не сильный, но долгий, и она увидела внизу Иру, которая подошла к Лениному подъезду, а потом внезапно свернула к беседке. На Ире была куртка с капюшоном, и шла она без зонта. Лена решила, что подруга хочет покурить. Тут появился Павел, подруга выбежала и нырнула к нему под зонт. Были и другие похожие случаи, но очень недолго, потому что вскоре Павел стал разговаривать с Ириной насмешливо, а она просто почти перестала его замечать. Как Талю.

Талю Ира отчего-то ненавидела. После школы и Лена, и Павел сразу же поступили на выбранные факультеты. И Таля с первой попытки поступила в строительный институт, правда, на самую непрестижную специальность. А Ира на дневное отделение не поступила и пошла на вечернее.

Лена тогда в первый раз узнала, какой злой и несправедливой может быть ее подруга. Весь Ирин гнев обратился почему-то против беззащитной Тали, которая не сделала ей ничего плохого и ни в чем не была перед ней виновата.

– Лимита всегда самая пробивная, – говорила Ира, сидя в Лениной комнате.

– Ир, ты не права, – старалась образумить ее Лена, – Таля очень много занималась. На курсы в институт ходила. Она хорошо сдала экзамены, почему же ее не должны были принять?

– Занима-алась? А я что, не занималась? Да сейчас в любом институте русских нет почти! Одни чучмеки всю Москву заполонили!

Лена понимала, что спорить бесполезно, и замолкала. Она и тогда, и сейчас не понимала, почему Ирину так раздражает добрейшая Таля.

Второй всплеск ненависти Ирина продемонстрировала, когда Таля познакомилась с аспирантом из Германии, очень симпатичным и добрым парнем. Будущий Талин муж был светлым, а Таля темненькой, но казались они почему-то похожими, как брат и сестра, и смотрели друг на друга с обожанием. Талина семья была многодетной и небогатой, выйти замуж за иностранца для Тали являлось большой удачей, однако и она, и родные ее считали удачей не то, что она будет жить в процветающей Европе, а то, что ей встретился надежный и верный человек.

– Татарва везде прорвется, – прокомментировала Ирина.

– Таля близкий мне человек, Ира, – сказала тогда Лена. – Если ты хочешь иметь со мной дело, никогда больше ее не оскорбляй. Никогда.

С тех пор Лена не слышала от Ирины ни одного плохого слова о Тале. Ирина знала, где следует остановиться.

Как же Дима все-таки мог жениться на таком… неподходящем человеке?

Как ни странно, мысль выйти замуж за Дмитрия Михайловича Ирине подал Павел. Лена и Павел тогда купили свою первую иномарку, очень ей радовались, причем радовалась главным образом Лена, которая водить машину не любила, хотя права имела, но на дороге чувствовала себя неуверенно и без Павла предпочитала ездить на городском транспорте или на электричке. Стояло жаркое лето, Ира решила провести выходные с ними, позагорать и искупаться. Они уже подъезжали к дачному поселку, когда на пустой дороге увидели неприметную серебристую машину.

– Смотри, Иринка, – засмеялся Павел, – отличная партия, не упусти свой шанс, человек впереди с деньгами и холостой.

Ира ничего не ответила, а Лена удивилась:

– Какой человек?

– Как какой? – теперь удивился уже Павел. – Сосед Дмитрий Михайлович. Это его машина.

– Откуда ты знаешь? Водителя же не видно.

– Знаю, потому что иномарку его сто раз видел. Или двести. Это ты у нас на машины внимания не обращаешь, а мы с Ирой все видим. Да, Ир?

Та опять не ответила, а Лена поинтересовалась:

– Паш, а у него машина лучше нашей?

Ей казалось, что лучше их иномарки быть не может.

– Нет, – успокоил ее Павел, – наша тачка самая лучшая на свете. Но у него подороже, врать не стану.

Через два месяца Ира вышла замуж за Дмитрия Михайловича.

А Лене казалось, что он любит ее, Лену. По-настоящему любит, по-мужски. Она действительно так считала, только признаваться в этом ей было стыдно. Даже сейчас.

Лена давно докурила сигарету и стояла на балконе просто так. Она опять жалела, что не пошла на работу и поэтому не может расспросить Люсю, когда именно Нонна ушла из института в свой последний вечер. И не может рассказать подруге, почему Нонна не могла написать этого электронного письма.

К вечеру с академиком Вера подготовилась тщательно и осталась собой довольна. Марк Семенович, целуя ей руки, сначала правую, потом левую, похоже, был восхищен своей дамой. Смотрел на нее ласково и называл Прекрасной Нимфой. И опять Вера подумала, не бросить ли затею мщения и не завязать ли новый роман, головокружительный и прекрасный? Они болтали как старые добрые знакомые и танцевали, вино слегка ударило ей в голову, и восхищенный взгляд радовал и смущал Веру, она даже не сразу поняла, о чем он говорит, когда услышала:

– А теперь скажите, пожалуйста, зачем вы меня позвали, Верочка?

Нести заготовленную заранее чушь о том, что она очень хотела бы с ним работать, или что-то в том же духе Вера не могла, потому что он был слишком умен и отлично все видел. Он уверенно разбирался не только в физике, или в чем там еще ему положено разбираться, но и в людях, иначе не стал бы ни академиком, ни директором. Вера вздохнула, опустила глаза, мечтая, чтобы появились слезы – не потекли, а так, чуть-чуть затуманили глаза, и спросила: