Волчьи законы тайги - Владимир Колычев

– Колье!.. Колье пропало! – пожарной сиреной оповестила она.

– Как пропало? – вскочил со своего места Глеб.

– Там на Ленку какая-то сука набросилась!

Глеб первым бросился к туалету, но Данила опередил его. На широкой площадке между дамской и мужской комнатами в окружении зевак он увидел растрепанную Лену и Зайку, барахтающуюся в объятиях дюжего охранника.

Лена одержимо расталкивала зевак, заглядывая им под ноги.

– Да отойдите вы! – истерила она. – Отойдите!

– Да нет здесь ничего, – с едкой насмешкой сказал пухлый паренек с толстыми как у хомяка щеками.

Он даже не подумал отойти в сторонку и с маниакальным наслаждением наблюдал, как Лена ползает перед ним на полусогнутых.

– Ну, ты и урод!

Данила не стал его бить. Он всего лишь толкнул его так, что парень задницей снес рукомойную раковину. Толкнул и наклонился к Лене.

– Что ты там ищешь? – спросил он, заранее зная ответ.

– Колье! Колье куда-то залетело!

Лена разогнулась, с истеричным воплем ткнула пальцем в Зайку.

– Сука... Вот эта сука на меня кинулась!

– Это мое колье! – в тон ей взвизгнула Зайка. – Его у меня украли!.. Вот он украл! – показала она на Данилу.

– Не украл, а забрал, – с чувством неловкости поправил он.

– Ты?! Забрал?!.. Ты забрал у меня мое колье?! – в недоумении возопила Лена.

– Колье украли, я его искал и нашел у этой... Поверь, это долгая история...

– А нам не нужна долгая история, нам колье надо! – заявил Глеб.

Он был уже не один. Рядом с ним стояли два телохранителя из его свиты. Одному из них он поручил следить, чтобы Зайка никуда не делась, пока не появится милиция. А второму велел обшарить весь туалет, чтобы найти упавшее на пол колье.

Этого ему показалось мало. Он связался с начальником охраны клуба и попытался договориться с ним, чтобы его люди обыскивали каждого посетителя, покидающего заведение. Но попытка эта плодов не принесла: публика солидная, а клиентов терять никто не хотел.

И все же Глеб духом не падал.

– Ничего, ничего, найдется твое колье...

У него не вышло успокоить Лену, зато он смог увести ее к столику, где томилась в ожидании Лиза.

– Ну что?

– Ничего. Глухо. Что упало, то пропало...

– А может, это воровка? – спросила Лиза. – Может, у нее сообщник был. Сорвала колье, передала напарнику...

– Вот ее напарник, – сказал Данила и с мрачной усмешкой показал на Родиона.

Весь клуб на ушах стоит, Зайку обыскали уже, облапали с ног до головы, допросили, а он все пялится на свою воздушную стриптизершу под потолком. И знать ничего не ведает...

– Только никакой он не вор. И колье купил за деньги. А мы обратно его выкупили...

Данила рассказал, как в поезде у него украли колье, как он нашел воровку, как искал вместе с ней Родиона и его Зайку. Про то, как Рита повторно украла у него украшение, говорить он, разумеется, не стал.

– Так что ж теперь, выходит, оно снова по кругу пошло? – возмущенно спросил Глеб.

Потерю колье он переживал так же остро, как и Лена. Как будто оно принадлежало ему. И Данила стал догадываться, почему. На ум пришел недавний разговор с Леной о «неправильном» количестве бриллиантов...

– Вот именно, по второму, – кивнул он. – И так до бесконечности. Заговоренное оно...

И знак бесконечности он вспомнил. Два каплеобразных круга, по которым можно было кружить целую вечность... А может, это была цифра «восемь».

– Заговоренное?! – одержимо посмотрел на него Глеб. – Ты даже не представляешь, насколько ты, парень, прав. Его действительно заговорили... Вернее, зашифровали. А если еще точней, зацифровали.

– Ну да, там была какая-то цифра, – кивнул Данила.

– Какая? – вскинулась Лиза.

– Где? – встрепенулся Глеб.

– Ну, на застежке там в колье... Как будто гвоздем по золоту выцарапали... Застежка еще из-за этого кололась...

– Да, кололась, – ожила Лена. – Я его еще с шеи сняла, чтобы не кололось...

– Что за цифра? – изнывая от нетерпения, спросил Глеб.

– Не помню, – соврал Данила.

– Как не помнишь? Одна единственная цифра, и ты ее не помнишь!

– Почему одна-единственная? Может, там было трехзначное число!

– Не могло там быть трехзначного числа? – мотнул головой Глеб. – Там должна была стоять одна-единственная цифра!.. Это могло быть число подвесок. Но это двузначное число. Проба – да, это трехзначное!.. Может, там проба стояла?

– Ну, проба – это клеймо. Что ж я, не знаю, как проба ставится? А то гвоздем как будто нацарапано...

– Это на него похоже. И это может быть то самое, – всколыхнулась Лиза.

– Что то самое? – заинтригованно спросил Данила.

– Не важно.

– Это верно. Было бы важно, я бы запомнил. А так помню, что цифра была. Да, одна-единственная...

– И ты не мог ее запомнить? – с сомнением и осуждением посмотрел на него Глеб.

– Мог бы, если бы не контузия.

– Какая к черту контузия?

– Ну, еще в Комсомольском.

– Что в комсомольском возрасте? – спросил Глеб тоном, каким психотерапевт разговаривает с безнадежно больным пациентом.

– Да нет, я и пионером-то почти не был, так, чуть-чуть захватил. А Комсомольское – это село такое. В Чечне. Мы Гелаева оттуда выкуривали... Не повезло мне, прикурить дали... Контузия, в общем...

– Ты я смотрю, на всю голову контуженный!

– А вот обзываться не надо! – угрожающе нахмурился Данила.

– А то что?

– А то цифру не вспомню.

– Ты можешь ее вспомнить? – увещевающим тоном, почти ласково спросила Лиза.

– Ну, если присниться вдруг...

– Ты уж постарайся ее вспомнить, ладно?

– А она зачем вам нужна?

Лиза немного подумала, взглядом запросила поддержки у Глеба, но, не дожидаясь ответа, сказала:

– Обычный меркантильный вопрос. Всего на десять миллионов долларов. Поверь, дружок, деньги для нас небольшие, но тем не менее. Мой муж их на черный день хранил. А номер счета по всяким безделушкам раскидал... Вот колье у меня было, там тоже двенадцать бриллиантов, но по три на каждой подвеске. То есть, это уже число «три»... А на перстне, прямо на рубине он стеклорезом вывел цифру «один»... В общем, всего одной цифры не хватает. Последней...

– Последней вообще, или последней в числовом ряду?