Искатель, 2011 № 08 - Журнал «Искатель»

присматривать за дверью. Запрешь ее на засов. — Он молча кивнул. — Пойдем, Марьяна, покажу тебе спальню.

— Мне здесь нравится, здорово! — воскликнула она.

И не поверишь, что эта девушка недавно плакала, расставаясь с мужем. Мы поднялись на второй этаж, вошли в спальню, Сырник с Владом остались в холле..

— Постельное белье в этом комоде, — сказал я. — Кстати, ты полностью доверяешь Владу?

— О чем ты спрашиваешь, Андрей!

— Если что — немедленно звони мне, номер мобильника я тебе оставил.

— Хорошо. Знаешь, я уверена, что здесь я в полной безопасности. И в полном комфорте.

Насчет комфорта — кто бы спорил, а вот насчет безопасности у меня возникли сомнения. Нужно было самому остаться здесь, я же отвечал за жизнь Марьяны. Или хотя бы Сырника оставить. Но ревнивый Артемов был категорически против. Ладно, будем надеяться, что обойдется.

Внизу я показал гостям кухню, где можно было приготовить ужин, кофе сварить. Марьяна достала из сумки продукты, сунула в холодильник красиво упакованные мясные полуфабрикаты, а что не могло испортиться за несколько часов, выставила на стол. Здесь она чувствовала себя намного увереннее, чем у Алины.

— Хорошо, что ты быстро освоилась, — сказал я. — Позвони Роману, успокой его. Часика через два можешь и мне звякнуть, не обижусь.

— Ты у Алины будешь?

— Этого я даже тебе не скажу.

— Поезжай к ней, она будет ждать. И еще... Знаешь, о чем я подумала, Андрей? Когда весь этот кошмар закончится, ты пригласишь сюда нас с Ромкой, и мы закатим такие шашлыки!.. И Олег с женой будет, и Алина, и Влад, и твои родители, ну в общем, все. Пригласишь?

— Конечно. Ну все, мы поехали. Влад, у тебя как настроение? Не проспишь Марьяну?

— Да нормальное. У меня тоже кое-что имеется на случай осложнений, — он похлопал по внутреннему карману куртки.

Там действительно что-то имелось, и я догадывался что. Но все равно тревожно было на душе. Выходя, я оставил ключи в холле, на журнальном столике. На обратном пути мы все-таки проехали по двору моего дома — окна были целы, вроде бы и квартира в порядке. Далее путь наш лежал в Шмитовский проезд, к Сырнику. Я решил переночевать у напарника, хотя Артемов предлагал остановиться у него — хоть в квартире, хоть в офисе. У Сырника спокойнее, и можно будет поразмыслить, поговорить о том, как быть дальше. К тому же нас дожидались продукты с тещиного огорода, а что к ним нужно, мы купили по дороге.

Сырник привез не только дары огорода хозяйственной тещи, но и большой кусок парной свинины, которая в деревенском магазине стоила дешевле, нежели мороженая на Багратионовском рынке. Кусок был аппетитный, но я в своих кулинарных опытах дальше «парижского» лукового супа не продвинулся. Его-то и решил приготовить на поздний ужин. Надо ж было приобщать Сырника к европейской культуре. Но он решительно воспротивился этому.

— Пусть они в Париже такой суп жрут, — сказал. — А мы ща мясцо приготовим.

Мясо лежало в холодильнике, не в морозилке, Сырник взял нож, отрезал примерно треть от куска свинины, покромсал на мелкие куски, свалил их в большую сковороду, добавил воды, луку, зелени, посолил, поперчил основательно и поставил на газ. Знакомое блюдо, такое я и сам вполне мог приготовить.

— Просто и бездарно, — сказал я. — Такой симпатичный кусок был, из него можно лангеты приготовить или нашпиговать чесноком и целым куском зажарить в духовке.

— Так вкуснее и быстрее, — авторитетно заявил Сырник. — Через полчаса будет классный ужин. Давай пока по маленькой, чего время зря терять?

Он был прав. Селедку мы тоже купили, зеленый лук и редиска сами в рот просились. Я наполнил хрустальные рюмки, выпили, захрустели редиской.

— Этот Влад точно сопрет что-нибудь у тебя, — сказал Сырник. — Он — темная личность, и обиделся, когда ты в машине рявкнул, что выкинешь тех, кто не здоровается. Какую-нибудь пакость тебе устроит, чует моя душа.

Вода в сковороде вскипела быстро, и по кухне распространился аппетитный запах вареного с луком мяса. Как тут не выпить еще по одной? Что и было сделано.

— Черт с ним, с Владом, — сказал я. — Что ты вообще думаешь об этом деле?

— Думаю, что ты большой мастер вляпываться во всякое дерьмо. Можно в книгу рекордов заносить.

— Занесли, а что дальше?

— Ну, если конкретно... Странно они ведут себя. Если старый хрен имеет мощную спецслужбу, почему они до сих пор не вычислили меня? Не подождали в подъезде? С ихними-то возможностями! Да и без меня могли бы вычислить тебя, если б захотели. И у Алины, в том числе.

— Зачем? Они предупредили меня.

— А ты послал их. Ну, мочить тебя рановато, а вот взять и поспрашивать — самое то. А они почему-то молчат.

— Ты прав, я думал об этом. Пока что вижу две причины. Или они заняты другими более важными делами, сам видел какими, а теперь на очереди Марьяна. Я-то никуда не денусь, а ее Артемов может за границу отправить. Или...

— Ну?

— Пропавшая копия нашлась у Татьяны Ефимовны.

— Ты сам-то веришь, что Ярмонова могла отдать диск подруге, о которой все знают? Уж если задумала такое, наверное, и диск спрятала в надежном месте. Я думаю — отдала племяннику. Ты же говорил, она и деньги ему дала. А если деньги он сам взял, когда решил сыграть свою партию и грохнул старушку?

— Зачем? По-моему, он уважал тетку.

— Нет, ну ты совсем тупой стал! Он же знал, че она затеяла, понял, ни хрена хорошего из этого не выйдет. А если прихватить компромат, там можно веревки из олигарха вить. И свалить на него убийство.

— Может быть и такое...

— Слушай, Андрюха, а что, если позвонить самому старому хрену и поговорить? Что ему надо? Копии у нас нету.

И об этом я уже думал. Но ведь не станет Ярмонов говорить со мной, ему это совсем не нужно. После такого разговора и водка под селедочку с зеленым луком не радовала. Вскоре и мясо подоспело, тут все просто: как вода в сковородке выкипит, так и готово блюдо. Сырник разложил мясо с луком по тарелкам, довольно потер ладони. В это время замурлыкал мой мобильник, я положил его на край стола.

— Думаешь, Марьяна? — быстро спросил Сырник.

Я пожал плечами.

— Андрей! — послышался в трубке голос Марьяны. — У меня все нормально, так что не беспокойся. Ромке я тоже позвонила, теперь смотрю телевизор. Ну вот и все.

Хорошо, что она говорила со мной, как с давним приятелем, но все равно меня не