Современный российский детектив - Анна Майская

повела с собой. Мальчишка не сопротивлялся. Она остановила такси. Любопытному Васильку понравилось в машине. Через некоторое время они подъехали к кирпичному дому с лужайкой. Женщина расплатилась с водителем и они вышли. Дом был прохладным, тихим. Не было видно ни кошки, ни собаки, ни других людей.

— А ты что ли одна живешь? — удивился малыш. — Где твой кот?

От них много грязи, — с упрёком произнесла женщина. — Зачем тебе кот?

— Так надо, — ответил малыш. — И собаку надо.

— Хотеть не вредно, — ответила незнакомка и повела его в ванную. Долго тёрла мылом его руки, лицо, так что ему надоело и он запротестовал:

— Так ты меня смоешь совсем.

— Дети должны быть чистыми.

— Есть хочу, — затянул свою песню Василек.

Они пришли на кухню. Вскоре печенье с молоком развеселили его и малыш принялся щебетать. Он переходил с одной темы на другую, главными из которых были воспоминания о животных, дедушке, Насте, Нюре. Дерезе было отведено особое место в рассказе, она давала молоко, которое нравилось Васильку. Это он считал невкусным, но пил за неимением другого.

— Меня зовут Елена Васильевна, — строго сказала тетя.

— Васильевна, — повторил Василек, плохо выговаривающий словосочетания.

— Елена Васильевна, — повторила тетя.

— Елена, — сказал Василек.

— Хорошо, — зови меня тётя Лена.

Для Василька наступили ужасные дни. Дело в том, что старая дева, которой стукнул сорок пять лет, воспылала любовью к воспитанию детей, чужих. За неимением своих. Она долго пыталась усыновить кого-нибудь, но это ей не удавалось. Очередь за хорошими детьми была большая. А теперь у неё появился шанс. Как поняла она из рассказа малыша, родителей у него не было. Вырос в лесу. Рядом с животными. Видимо мало кому нужен.

— Совсем как Маугли, — строго сказала тётя.

— Я Василёк, — запротестовал малыш.

— А фамилию свою ты знаешь?

— Иванов. Василий Васильевич.

— Значит ты и отчество произносить можешь?

— Васильевич, — повторил Василек.

— А где твои документы?

— Какие кументы?

— Свидетельство о рождении?

Василек не понимал о чем его спрашивает эта сухопарая длинноносая тетя, с руками, похожими на сухие ветки, которые они с дедом приносили для костра по вечерам. Он нахмурился и отвернулся.

— Так ты еще не подчиняться вздумал?

Она схватила его за плечи и начала трясти.

— Я научу тебя как не слушать взрослых. Ты будешь воспитанным, таким, каком должен быть нужный мне ребёнок.

Василек слушал и ее и вспоминал как зовут женщину без детей, незамужнюю. Дед Роман всегда говорил:

— Старая дева — это стихийное бедствие. Ураган. Берегись, Василий встречи с такой.

Василек припомнил слова дедушки. Он еле-еле пролепетал:

— Ты что ли старая девка?

Глаза фурии округлились и она отскочила от мальчика.

— Откуда ты знаешь?

— Дедушка говорил.

— Он же меня не знает.

— Знает, знает, — твердил Василек.

На сегодня воспитание ограничилось одной трёпкой. Зато назавтра, когда Василек вошел в комнату в сандалиях крик, был продолжительным, а оплеуха под зад весьма внушительной.

— Тебя, гадёныш не учили разуваться у дверей дома?

— Нет, — чистосердечно признался мальчишка.

— Теперь знай. Иначе ноги вырву и спички вставлю, — прошипела воспитательница.

Она снова потащила его в ванную, раздела и драила с мылом мочалкой всего, особенно место, где определялся мужской род.

— Ой, — кричал малыш. — Оторвёшь питьку.

— И оторву, если чумазым приходить будешь.

Чистота сводила с ума старую деву. Она без конца, драила, мыла, тёрла все, что попадалось под руки, а теперь вдруг нашла объект воспитания — живого мальчика.

— Я из тебя сделаю чистюлю. Понял? Это тебе не с собаками жить, да с кошками.

Перед сном она его снова тащила мыться, сначала под душ, а потом еще поставила маленькую скамеечку в ванную и драила ему ноги в тазу, смывая мыло под душем. От щекотки Василек орал, а она не обращая внимания, продолжала водные процедуры. Вечером мучительница положила его спать, а сама пошла смотреть телевизор в другую комнату. Воспитательница не видела, как маленькая фигурка на цыпочках вышла во двор и припустила бежать за угол. Недалеко от дома проходила трасса. Он как взрослый, поднял ручонку, и стоял, ждал. Вскоре перед ним остановилась машина. За рулем сидел пожилой человек.

— Ты кто такой и почему один?

— Я вылез потихоньку из автобуса, а они уехали дальше.

— Куда, в Светлое?

— Ага, — сказал малыш.

Мужчина открыл заднюю дверцу и впустил малыша.

Дорогой они не разговаривали. Показалось село.

— Тебе куда? — спросил водитель маленького пассажира. — Кто твои родители?

— У меня нет родителев, — ответил Василек.

— Куда же ты ехал?

— Не знаю.

— Так-так, гражданин хороший, — сказал Пётр Иванович, местный ветврач.

— Я - Василек, — запротестовал против «гражданина» мальчик.

— Василёк, хорошее имя. А где же все-таки твои родители?

— У меня нет родителев, — повторил Василек во второй раз непонятливому спутнику.

— Откуда же ты тогда взялся?

— Меня Дереза в кустах нашла и принесла домой.

— Кто тебе это сказал?

— Дед Роман.

— А где твой дед?

— В лесу.

— Давно он живет в лесу?

— Всегда, — однозначно ответил Василек.

— Ну что ж, ответ исчерпывающий. Пойдем пока в гости ко мне. А там видно будет. «Утро вечера мудренее».

Когда он вошел домой с мальчиком, жена его Прасковья Тихоновна ойкнула. Петр Иванович частенько привозил с собой, то котёнка брошенного, то птицу с подбитой лапкой, приволок однажды, а тут ребёнок. — Не нашел же он его на дороге? — женщина выжидающе молчала.

— Принимай гостя, мать, — весело произнёс Пётр Иванович. — Нашел на дороге. Завтра будем искать его родственников.

— Садись, дорогой гостенёк, — пропела приветливо тетя, с круглым добрым лицом.

— Ты что ли моя бабушка? — поинтересовался Василек.

— Всё может быть.

— А у меня не было бабушки, только дед Роман, да Казбек и Питер. А меня Дереза в кустах нашла, — повторил он сказанное своему спутнику.

— Ишь ты, какая коза хорошая нашлась. Такого славного парнишечку в кустах разыскала.

Прасковья Тихоновна взяла малыша на руки. Он испугался и задрыгал ногами.

— Не надо меня мыть!

— Я не собираюсь тебя мыть, — хочу за стол посадить. — Кормить гостя надо.

— Надо, — согласился парнишка. — Такой я проголодный.

На столе начали появляться разные закуски. Огурчики, помидорчики, капустка. Молоко в банке, сгущённое, блинчики, картофель и рыба жареная.

— Сколько много вкусного! —