Таинственная лама и криминальная драма - Кэти Лав

Так-так. Мне стало обидно за Джека.

– Вскрытие показало, что травму нанесли тупым предметом, вот только предмет был гораздо меньше и тверже. У ламы, как известно, на ногах по два пальца и мягкие подушечки. Эксперт сказал, ударили чем-то вроде молотка.

– Тише, – успокаивал ее Мак, – что сделано, то сделано.

– Меня напрягает, что шериф сует свой нос в дела Клиффа, а Карен, как ненормальная, требует справедливости. Нам-то что делать?

– Совершенно ничего. Будем наблюдать со стороны. Эта шумиха сама скоро уляжется.

Теперь я на сто процентов была уверена, что Франсес и Мак всячески хотели избежать обвинения в убийстве Клиффа. Мне дико хотелось узнать, что еще они скажут, однако в этот момент напряжение в моих ляжках достигло предела – я потеряла равновесие и рухнула на пол, треснувшись о металлический стеллаж с мисками.

Раздался ужасный грохот. Пока я поднималась на ноги и лихорадочно придумывала историю о том, как обронила сережку, этих двоих уже и след простыл. Выскочили, видимо, через задний вход. В ту же секунду открылась дверь, которая больно ударила меня пониже спины. На кухню вошел Дин.

– Извините. Брэнди передала, что вы хотели бутылку вина. Я попросил ее отдать вам по себестоимости.

– Спасибо. – Я пыталась восстановить дыхание и незаметно потирала ноющие ляжки. – А еще Брэнди разрешила забрать оставшуюся еду.

Дин кивнул.

– Спокойной ночи, Софи.

– Спокойной ночи.

Взяв продукты и вино, я пулей вылетела во двор. Оливер уже притащил с кухни два стула и в придачу к ним – кажется, из ванной – изысканный круглый приставной столик. На столе горела свеча, своим ярким огоньком разгоняя сгущавшиеся сумерки.

– Сюда бы электрическую гирлянду повесить, где-нибудь между сараем и гостевым домом, – предложила я.

– Было бы красиво. – Оливер взял у меня бутылку. – Может, переоденемся? Снимем эти траурные наряды или продолжим выпендриваться?

– Я за второе.

Усевшись на стул, я принялась наблюдать за Джеком. Тот носился вдоль забора, иногда останавливаясь и что-то нюхая.

– А я только что вычеркнула Карен из списка подозреваемых в убийстве и добавила в него двух новых кандидатов.

– Давай-ка для начала плесну тебе вина. А потом строй свои версии сколько угодно.

Разумно. К счастью, Брэнди откупорила бутылку перед тем, как отдать мне. Оливер с небольшим сочным хлопком вытащил пробку и почти до краев наполнил мой бокал. К слову, бокалы, которые Оливер нашел в доме, по своему размеру скорее напоминали кубки.

– Погоди, мне нужно еще успеть рассказать все, что я разузнала, – сказала я, с опаской поглядывая на огромный бокал. – Ты же знаешь, стоит мне выпить, как меня начинает разбирать смех.

– А как еще прийти в себя после такого безумного дня? Только наклюкаться. Или ты знаешь другой способ?

Оливер был прав. Я немного пригубила, пока он наполнял свой бокал. Затем он сделал большой глоток, уселся поудобнее и приготовился слушать.

– Давай, жги!

Я рассказала все, что услышала.

– Ничего себе. Выходит, история тут темная. Думаешь, Франсес и Мак вдвоем убили Клиффа?

Я пожала плечами.

– У них обоих была масса причин желать ему смерти.

– Но почему именно сейчас?

– Хороший вопрос. Допустим, что-то могло нарушить их планы. Например, женитьба Клиффа. Что, если в завещании Клиффа все еще фигурировала Франсес? Она ведь упоминала, что они до сих пор в браке. А если бы он оформил развод и снова женился, то все досталось бы новой жене.

– Хм-м, – Оливер восхищенно посмотрел на меня. – В этом определенно есть логика.

Мы одновременно сделали по глотку. Прекратив щипать траву, Джек вдруг поднял голову и подернул ушами, как будто что-то услышал.

Я вдруг поймала себя на том, что пристально вглядываюсь в темноту, подступавшую к озаряемому свечкой кругу. Меня пробрала дрожь. Вечер, конечно, выдался прохладным, но, кажется, не это было причиной. Что если кто-то подслушивал нас – точно так же, как я подслушивала других? Мне стало по-настоящему жутко.

– Давай лучше допьем вино в доме? – неожиданно предложил Оливер, очевидно, его посетили аналогичные мысли.

– Согласна.

Я поднялась и взяла недопитую бутылку и бокалы. Оливер пошел за Джеком, который без лишних препираний охотно проследовал в стойло. Словно и ему тоже захотелось внутрь.

Дожидаясь Оливера, я встревоженно озиралась по сторонам. Снова на меня нахлынул страх, хотя тишину разбавляли музыка и голоса из паба. Я, конечно, осознавала, что перегибаю палку и кто-то точно поможет, случись вдруг что. Но все равно я смотрела на сарай и мысленно просила Оливера поторопиться.

К счастью, вернулся он быстро.

– А стулья со столом заберем утром, – предложил Оливер, захватив тарелку из паба. Уж что-что, а еду Оливер никогда не бросит.

– Поддерживаю.

Мы поспешили в дом, и тут раздался резкий звук, от которого я чуть ли не подпрыгнула. Это Джек фыркнул нам в спину.

– О боже, – выдохнула я.

Забежав внутрь, я в ту же секунду захлопнула и заперла дверь.

– По-моему, у меня паранойя.

– По-моему, мы с тобой оба из Лос-Анджелеса. Осторожность – наше кредо. Мое, во всяком случае. Ты бываешь слишком доверчива.

Я скорчила ему рожицу. Но спорить тут было не о чем.

– Да, я такая.

– ПОДЪЕМ, соня!

Я застонала и перекатилась на бок, смахнув с лица спутавшиеся волосы. Оливер стоял в дверях спальни уже одетый и свежий как огурчик. Так нечестно! Вчера мы вместе допили на кухне бутылку вина, а затем Оливер открыл вторую, которую мы обнаружили в глубине холодильника. Я выпила три бокала, он – шесть, но именно я наутро чувствовала себя так, словно меня лягнула лама.

На самом деле моя лама никого не лягала. Теперь это факт. Но чувствовала я себя отвратительно.

– Зачем ты вскочил в такую рань? – заворчала я, снова закрыв глаза.

– Сейчас почти полдень.

Сон как рукой сняло. Не может быть!

– Я на ногах уже несколько часов. Выгулял Джека, сходил к океану. А еще нашел вот это.

Он подошел к кровати и помахал у меня перед лицом бумажкой. Прищурив заспанные глаза, я попыталась ее разглядеть. В конце концов я выхватила бумажку у него из рук и не без труда разобрала вычурный шрифт на фоне цветочного узора.

– Проводится фестиваль черники. Сегодня. Еда, аттракционы, сувениры и много развлечений.

Я вернула ему флаер, не понимая, зачем он мне нужен.