Рыцарь нашего времени - Елена Михалкова

– Понимаю, – кивнул успокоенный Сенька. «Действительно,отчего я всполошился? Заразился от Ритки ее страхами». – Спасибо, Денис.Ты, как всегда, все разложил по полочкам, а я пошел на поводу у эмоций. Риткужалко – слов нет!

– Найди ей хорошего психолога, если жалко, она должнанаучиться избегать подобных стрессов.

– Хорошо. Ладно, увидимся.

– Увидимся.

Положив трубку, Крапивин откинулся на спинку стула и паруминут сидел неподвижно с открытыми глазами, глядя перед собой. Затем он перевелвзгляд на столешницу – там, придавленный пресс-папье, лежал чек из зоомагазинана сумму тысяча восемьсот рублей – за двенадцать крыс и переноску для них.Диковатая усмешка появилась на его лице. Тринадцатая крыса – черная,лоснящаяся, с жирными боками – высунула морду из-за пресс-папье и бесшумнопробежала по столу. Крапивин проводил безразличным взглядом ее хвост – он былперепачкан в чем-то красном и оставлял прерывистые следы на поверхности, –резко крутанулся в кресле и уставился на стену. Когда он повернулся обратно,крысы уже не было, хотя Денис чувствовал: она здесь, неподалеку, наблюдает заним из темного угла за шкафом с книгами. Он снова усмехнулся и пошел за тряпкой– протереть стол.

* * *

– Итак, Качков украл деньги из фирмы, пользуясь практическибезграничным доверием покойного Силотского, и, надо думать, сбежал, –размеренно говорил Бабкин, отбивая мясо молоточком в такт своим словам.

Макар растянулся на кухонном диванчике, забросив ноги наспинку. Голова его свисала вниз с края дивана, отросшие светлые волосы почтикасались пола. Сергей бросил на Илюшина недоумевающий взгляд, покачал головой ипродолжал:

– Из того, что рассказали нам в «Броне», следует, чточеловек он дрянной, неприятный, хотя и пользуется успехом у женщин. Впрочем,это закономерно – я про успех. Поэтому не исключено, что он сбежал скакой-нибудь подружкой, бросив жену и двоих детей. Судя по тому, что ты о нихговорил, я этому не удивляюсь. Раньше он не уходил окончательно, потому что унего не было четырех миллионов долларов, а теперь они появились, и он несобирается делить их с супругой. Слушай, да сядь ты нормально! У тебяфизиономия красная – кровь прилила к голове.

Макар нехотя поднял голову, посмотрел на Сергея совершенноясными глазами.

– Может, мне так лучше думается, – возразил он.

– И что ты надумал?

– Надумал я вот что: Качкову, присвоившему половину дохода«Брони», не было никакого смысла заставлять нас выйти из расследования. Нанятьлюдей, угрожать Маше с Костей, пугать меня... Зачем? Однако кто-то увидел насвозле дома Силотского, понял, что мы догадались о выдумке Качкова и нашлиподтверждение своей правоте, и натравил на нас банду. Допустим, организаторомвсего произошедшего был сам Качков. Это означает, что либо он нас паническибоится, либо у него есть сообщник, который остался здесь. Причин ВладимируОлеговичу бояться нас я не вижу: довольно затруднительно двум скромным частнымсыщикам отыскать на земном шаре человека с несколькими миллионами долларов.Качков не дурак, и, конечно же, успел позаботиться и о паспорте на другое имя,и рассчитать, как проще и безопаснее выехать из страны. Я совершенно уверен,что его здесь уже нет.

– Ты не думаешь, что он решил остаться и затаитьсягде-нибудь, пока все не утихнет?

– Вряд ли. Его спасение в быстроте, и судя по тому, чтодемонстрировал Качков до сегодняшнего дня, действует он и впрямь быстро. А вотего оставшийся сообщник и впрямь может нас бояться.

– Осталось его найти, – хмуро пробормоталСергей. – И желательно получить доказательства его виновности, чтобы былос чем сдать его или ее ментам.

– Да, чистое знание нам ничего не даст, – согласилсяМакар, глядя, как Сергей обмакивает отбитое мясо в смесь взбитого яйца скакими-то пахучими травами. – Мне, пожалуйста, с кровью.

– Это не бифштекс, а я не английская кухарка, чтобы с кровьюготовить. Получишь хорошо прожаренный кусок! – Бабкин аккуратно выложилмясо на сковородку, где оно немедленно зашкворчало, окруженное пузырящимсямаслом. – И у нас нет ни одного предположения о том, кто мог взорватьСилотского... Непонятно, организовал ли Качков смерть своего босса или он неимеет к этому отношения?

– Думаешь, это совпадение? – протянул Макар. –Сомнительно. Хотя нельзя исключать, что в деле и впрямь замешан кто-то, неимеющий отношения к краже денег и попытке убедить Дмитрия Арсеньевича визменении его реальности. Но пока фигурой, объединяющей все, остается ВладимирОлегович Качков. Кстати, одну большую ошибку он все-таки допустил – возможно,именно потому, что ему по каким-то причинам приходилось торопиться.

– Какую?

– Когда лично провернул маленькую операцию «жамэ вю», неприбегая к услугам исполнителя.

– Возможно, не мог найти подходящего человека? –предположил Сергей.

– Может быть. Благодаря этому мы знаем совершенно точно, чтоименно он пытался ввести в заблуждение Силотского. Вопрос «с какой целью?»остается открытым.

– Напрашивается предположение, – заметил Сергей,переворачивая отбивные, – что он хотел таким образом убедить собственногошефа поделиться с ним деньгами. А когда это не получилось и Силотский обратилсяк нам, просто их украл.

– А зачем убил? – пожал плечами Макар. – Нет,Серега, как ни крути, убийство не вписывается в этот план. Взрыв поднял столькошума в буквальном и переносном смысле, что теперь правоохранительные органыбудут искать Владимира Олеговича куда активнее, чем если бы он просто сбежал сденьгами своей фирмы.

– Дело рук сообщника? Который руководствовался собственнымиинтересами?

– Голые предположения, друг мой, голые предположения, и ниодного факта для их обоснования, – пробормотал Илюшин, по привычкевзлохмачивая волосы.

– В кои-то веки тебе понадобились факты? – театральноудивился Сергей. – Кто всегда кричал о чутье, которому не требуютсядоказательства? Кто демонстрировал озарения (случайные, между нами говоря),периодически попадая пальцем в небо? И от этого человека я слышу о желаниинайти факты?! А как же твоя пресловутая интуиция?

– Моя пресловутая интуиция очень плохо работает на голодныйжелудок, поэтому ждать от нее пользы бессмысленно. Кстати, я хочу, чтобы тыпосле обеда съездил к бывшей супруге.

– Зачем? – вздрогнул Сергей.

– Выразить соболезнования. А заодно расспросить ее о друзьяхДмитрия Арсеньевича. Надеюсь, мне не нужно предупреждать тебя об осторожности?

– Поздно, – буркнул Бабкин. – О какой осторожностиможно говорить, если по твоей вине мне придется отправиться к женщине, котораяменя ненавидит! Эх, даже отбивную расхотелось есть.

– Ничего, – хладнокровно ответил Илюшин. – Мнебольше достанется. Может, именно на такой эффект я и рассчитывал.