Детские игры - Анжела Марсонс

– Потом, а сейчас мне надо бежать. – Стейси прервала подругу по двум причинам. Первая – она не хотела выносить на люди свою частную жизнь. Вторая – в правом верхнем углу экрана ее компьютера появилось уведомление.

– Как мило с твоей стороны – вот так просто взять и отключить меня… Ну да ладно, на неделе мы еще встретимся, подруга.

– Ладно, позже поболтаем, – закончила разговор Стейси и убрала Элисон с экрана.

И тут же кликнула по уведомлению, пришедшему от секретаря редактора «Дейли телеграф». Это был скриншот с записью о состоявшейся по «Скайпу» беседе Вероники с ее боссом.

И нечто в этой записи немедленно привлекло внимание констебля.

Жена Барри Никсона совсем не походила на тот образ, который Ким создала в своем воображении.

Росту в Бет Никсон было около пяти футов девяти дюймов[36], то есть почти столько же, сколько в Стоун. У нее были светлые волосы и кожа, в отличие от темных волос и смуглой кожи Ким.

Облегающие джинсы и футболка-«лапша» демонстрировали стройную и тренированную фигуру женщины, бывшей по крайней мере лет на двадцать моложе своего мужа. Судя по всему, тренды этой недели – разница в возрасте между партнерами.

Покрасневшие глаза с надеждой воззрились на инспектора.

Ким все поняла. Полицейские в форме сообщили ей о смерти мужа, а теперь в доме появились люди в цивильной одежде, и, возможно, они скажут ей, что произошла какая-то ошибка, совершенная патрульными.

– Мы очень сожалеем о вашей потере, миссис Никсон, – быстро произнес Брайант, чтобы положить конец бесплодным мечтам.

Длинные ноги женщины, казалось, подломились, и она почти рухнула в кресло.

– Мы понимаем, миссис Никсон, что для вас это абсолютный шок, – вступила в разговор Ким. – Может быть, нам стоит позвать кого-нибудь?

– Она уже идет. Ей позвонил полицейский, – сказала женщина с чуть заметным северным акцентом.

– Вы о своей матери? – поинтересовалась Ким.

– О Леноре, сестре Барри, – Бет покачала головой. – Она живет в конце улицы и сейчас подойдет.

– И офицер по связям с семьей[37] тоже сейчас подъедет, – добавил Брайант.

Стоун знаком показала ему, чтобы он продолжал, а сама стала рассматривать комнату. В ней стоял комплект мебели из светлого дуба. Подоконники украшали небольшие орнаменты из стекла и ароматизированные свечи; отражавшиеся от них лучи солнца зайчиками прыгали по стенам.

Ким рассмотрела все фотографии, на которых был изображен Барри с дочерью, Барри с Бет, Барри с сестрой; среди них не было ни одной, на которой Бет была бы изображена с кем-то еще. То есть позвонить некому.

– Миссис Никсон, к сожалению, мы вынуждены задать вам несколько вопросов, – произнес меж тем Брайант извиняющимся тоном. – Не подскажете – за последнее время вы не наблюдали ничего необычного?

– Попридержите коней, – раздался голос из прихожей. Вошедшая женщина была небольшого роста, но ее энергию, казалось, можно было потрогать руками. За ее спиной появился смущенный полицейский.

Ким догадалась, что к ним присоединилась сестра Барри Никсона.

– Это о чем вы ее спрашиваете и по какому праву? Очевидно, что здесь какая-то ошибка, – грохотала женщина, хватая хозяйку дома за руку. Бет благодарно прижалась к ней; было видно, что она рада появлению человека, ощущавшего себя так же, как она.

И вновь Ким удивилась тому, насколько одинаковыми казались эти женщины. На фотографии на стене Барри был изображен с дочерью, окончившей университет, и было ясно, что это не ребенок Бет. Значит, Никсон был женат во второй раз.

Бет взглянула сначала на свою золовку, а потом на фото на стене.

– Ленора, думаю, нам надо рассказать…

– Мы не сделаем ничего подобного. И не будем расстраивать Кэти по пустякам. Может быть, это вообще не он. Они показали тебе фото?

Глаза Бет вновь засветились надеждой. Она отрицательно покачала головой и повернулась к детективам.

– Мы попросим одну из вас провести официальное опознание, – пояснила инспектор. – Однако мы абсолютно уверены, что это ваш муж, миссис Никсон.

Женщина расплакалась.

Ким посмотрела на Брайанта и приподняла одну бровь. Сержант кашлянул.

– До тех пор пока у нас не будет доказательств, что это действительно он, – заявила золовка, – я предпочитаю вам не верить. – Она сняла тонкий кардиган лимонного цвета.

Сержант кашлянул еще раз.

– Он человек слишком здравомыслящий, чтобы позволить вот так просто убить себя. Он очень умен…

Брайант закашлялся так, как будто его легкие наполнились дымом.

Миссис Никсон прекратила рыдать и взглянула на кашляющего детектива.

– Прошу прощения, офицер, но с вами все в порядке? Может быть, принести вам что-нибудь выпить?

– Да, прошу вас, на ваш выбор.

Бет собралась встать.

– Я все сделаю, Бет. Сиди где сидишь, милая, – Ленора похлопала ее по руке.

Брайант посмотрел на Ким и с довольным видом вышел вслед за женщиной из комнаты. Они часто использовали эту тактику: разделяй и узнавай как можно больше.

Но сначала Ким было необходимо прояснить кое-что.

– Миссис Никсон, я хотела бы подчеркнуть, что, как бы вам ни хотелось верить, что ваш супруг жив, мы в его смерти нисколько не сомневаемся. И с нашей стороны позволить вам надеяться на что-то было бы бесчувственно. Мне очень жаль.

Бет Никсон, с трудом сглотнув, кивнула.

– Умом я все понимаю, но сердце ищет малейший предлог, чтобы вам не поверить…

– Я это знаю, но мне действительно надо задать вам несколько вопросов, чтобы мы могли найти негодяя.

– Прошу вас, начинайте. – Бет вытерла нос.

– У вашего мужа были какие-нибудь проблемы – не важно с кем, – о которых вам известно?

– Барри – прекрасный человек, – женщина покачала головой. – Он всем помогает.

– А на работе? – с надеждой в голосе уточнила Ким.

– Да вроде нет. Иногда ему приходится говорить людям неприятные вещи, а мало кому нравится, когда речь идет о ваших собственных детях, да?

– Простите, а чем он зарабатывал на жизнь?

– Барри консультировал детей, особенно в сложных случаях.