Загадка фарфоровой балерины - Елена Тюрина

Настя очень надеялась, что ей все-таки показалось, будто Артем коснулся ее бедра. Скорее всего, кто-то из танцующих задел. Не мог же Мартовицкий настолько обнаглеть?

– Спасибо, – девушка поборола смущение и быстро заговорила. – Ты не мог бы помочь поставить одну песню… Тома попросила.

– Какую?

– Из головы вылетело. Надо ее найти, уточнить, – Анастасия рванула прочь в толпу, но Артем успел схватить ее за локоть.

– Да и бог с ней. Сейчас медляк будет, давай потанцуем.

Девушка оторопело замерла. Танцевать с ним? Прямо сейчас? Она была к такому не готова. И снова первый порыв – в панике сбежать. Вообще, как она успела заметить, это желание посещало ее практически всегда, когда рядом оказывался Артем.

– Пошли, – легонько подтолкнул ее к танцполу парень. – Танцы-обжиманцы, все дела… Я думал, тут ветеранский репертуар будет, а оказалось даже ничего.

Действительно заиграла какая-то медленная композиция. Настя неловко положила руки на плечи молодому человеку. Она чувствовала скованность, потому что Артем чересчур сильно прижал ее к себе, и теперь девушка почти утыкалась лицом ему в кадык. Поведение Мартовицкого, мягко говоря, вызывало недоумение.

– А что, диск-жокей – твой друг? – Настя чуть привстала на носочки, чтобы дотянуться до его уха.

– Генка? Он классный ударник в одной рок-группе. Подрабатывает тем, что крутит дискотеки. У него сыновья-двойняшки, представляешь? Не то, что я – холостяк и тунеядец.

– Почему тунеядец? – не поняла Настя. – Ты же учишься и работаешь в театре.

– Я пошутил вообще-то.

– А-а-а…

Только бы не концентрироваться на этом божественном ощущении от его ладоней на талии…

– А наша Катя забрала документы из училища! – выпалила Анастасия, не зная, что еще сказать.

Если между ними воцарится молчание, это будет слишком интимно и неудобно.

– Почему? Вы ее затравили? – пошутил Артем.

– Нет, она сказала, что так хотят ее родители. И знаешь, та девушка в куртке с капюшоном, выходившая из «Чайки» – это была она.

– Ты уверена? – Мартовицкий вмиг посерьезнел и даже нахмурился.

Насте его реакция показалась подозрительной. Какая ему разница до Кати и ее знакомств?

– Не уверена на сто процентов, но куртка принадлежит ей. Разве что одолжила тогда кому-нибудь.

Рубашка, завязанная спереди узлом на ковбойский манер, наверное, слишком сильно поднялась вверх. Потому что пальцы Артема, касавшиеся голой кожи ее спины, казались обжигающе горячими. Только не молчать и не прислушиваться к ощущениям!

На языке крутились вопросы о том, где он был, куда пропадал. Но разве спросишь о таком? Еще решит, что она его ревнует.

– Ты что-нибудь слышал о подземном ходе, который ведет из театра на берег реки?

Об этом Настя говорила только с Томой. Больше ни с кем обсудить столь важную для нее тему пока не представлялось возможным. И вот благодаря этой дискотеке удалось спросить у Артема. Он тут работает и наверняка что-то знает.

– Нет. Что за ход? – парень смотрел на нее слишком внимательно, и его лицо оказалось чересчур близко.

Наклонился, чтобы лучше слышать ее голос сквозь громкую музыку, чем заставил Настю вспыхнуть.

– Ну, говорят, что тут есть подземный ход… Его строили якобы для того, чтобы высокопоставленные гости могли в антракте гулять по берегу реки…

Артем был озадачен.

– Впервые слышу. Может, просто сплетни? Бомбоубежище должно быть, а вот чтобы ход под землей к реке… Хотя, все может быть. Ничего удивительного. На самом деле таких мест по всей стране много.

Песня закончилась, а они так и стояли еще некоторое время.

– Ой, – Настя отстранилась, но Артем, не мешкая, поймал ее руки.

– Сейчас опять медляк. Стой.

– Мне нужно Тому найти, я же обещала попросить для нее песню.

Зазвучало «Старое зеркало» в исполнении «Электроклуба». Настя мимоходом подивилась, какой чистый и мелодичный еще у Ирины Аллегровой голос.

– Мы ведь не договорили, – Артем глядел чуть насмешливо, словно догадался о причинах замешательства своей партнерши по танцу.

– Ну ладно, – сдалась девушка.

Продолжать беседу на интересующую ее тему молодой человек не спешил. Пришлось напомнить.

– Так что ты говорил? Что таким мест много? – она силилась перекричать музыку.

– Ага, – громко ответил он. – Их назначение либо засекречено, либо неизвестно. Или это просто бомбоубежища. Театр строился в тридцатые годы, поэтому запросто может быть. Тогда усиленно готовились к возможной войне и укрытия делали под всеми значимыми объектами.

На военное укрытие ход был вовсе не похож. Кирпичная кладка, сводчатые потолки… Скорее тоннель. Но говорить Артему, что она там уже была и все видела, конечно, нельзя.

– Я хочу попробовать туда проникнуть, – заявила Настя.

– Зачем?

– Интересно. А тебе нет?

– Если хочешь, можем прямо сейчас пойти.

– Нас же могут заметить!

– Да кому мы нужны?

Вряд ли действительно кто-то заметил их уход. Прихватив свою куртку в гардеробе, девушка решительно направилась в правое крыло театра. Мартовицкий, не переставая болтать и по пути перекидываться шутками со всеми встречными, шел следом.

Как и большинство старых зданий, театр имел несколько мудреную планировку. Множество узких разветвленных коридоров, лестниц, почти не заметных дверей в нишах.

Настя помнила, что проход в подвал, из которого дверь вела в подземный ход, располагался в самом конце коридора под лестницей. Знакомое место удалось найти быстро. Но нагромождение старой мебели и мешков со строительным мусором не позволяло подобраться к подвалу. Очевидно, сюда уже сейчас начали стаскивать ненужные вещи. Чтобы освободить путь, Артем отодвинул потрепанные стулья и какую-то рассохшуюся тумбу. Обнаружив следы пыли на руках и одежде, парень недовольно чертыхнулся.

Ключ от подвала не понадобился. Только вот внутри ничего не представляло интереса. Какие-то плакаты, афиши, предметы театрального интерьера. Но всего этого не так уж много. Разглядеть содержимое подвального помещения не составляло особого труда – тут имелось электричество.

Путь, ведший непосредственно в подземный ход, тоже был изрядно завален хламом. Да еще и двери пришлось взломать. Правда, для этого Артем хорошенько налег на них плечом.

– Ой, – выдохнула Настя. – Заметят же!

– Сомневаюсь. Не знаю, как раньше, а сейчас никакая элита, судя по всему, по этому ходу не шастает, – заметил он.

Общий дух запустения действительно говорил о том, что ходом давно никто не пользовался.