«Айдол»: смертельный дебют - Со Гюль

– Хочешь сказать, «историческое». Только видишь экзамен по истории и сразу (цензура)?

Все четверо артистов принялись громко смеяться, шутить и каламбурить над различными психическими заболеваниями. О Ёнсу ощутил себя немного смущенным. Врач чувствовал, что Ыйхён лишь притворяется больным шизофренией. Парень, видимо, насмотрелся сериалов и фильмов и теперь пытается копировать актеров… Он был красив, но изображать больного ему не удавалось… О Ёнсу плохо понимал, как далеко может зайти сценарий шоу. Что здесь просто реакция участника, а что – прописанный ход действий? Доктор впервые связался с индустрией развлечений, поэтому решил ничего не говорить. Он перевел взгляд на комиков и попросту рассмеялся.

Примерно через час после того, как последний участник, Лим Ыйхён, вернулся в зал, остальные финалисты уже были в курсе о сюрпризе, подготовленном съемочной площадкой. Ребята смотрели в телефоны или дремали, прислонившись к стене в пустом конференц-зале. Услышав скрип открывающейся двери, все разом подняли головы. В дверях стоял Ан Минён, который, по сообщениям от разных источников, находился в критическом состоянии. Первым встал и подошел к нему Чжон Сочжун.

– Ты в порядке?

Минён дрожал. Он растянул руки в стороны и замахал ими, как сотрудник парка аттракционов, отдающий приказ о запуске американских горок.

– Та-да! Все это… был розыгрыш… со скрытой камерой…

Жалкие жесты молодого человека и суровые выражения лиц остальных ребят, которые впились в него взглядами, показывали в течение пяти секунд. Хан Юль поднялся, но при виде подходящих к ним людей стиснул зубы и сел на место. В зал вошли комики и доктор О Ёнсу. Все они громко аплодировали.

– Ну что, парни, удивлены? – спрашивали комики наперебой.

– Ну и съемка!

– Вот и доверяй после этого телевизионщикам!

– Подайте на них в суд! Засудите их!

Затем в зале появились два актера, игравшие роли следователей. Они поклонились и ушли. Ли Тхэксу, вероятно, смог съесть кимбап до начала смены. Несмотря на то что участников шоу постоянно разыгрывали и обманывали, на этот раз парни не смогли скрыть удивление. Видимо, не ожидали хладнокровного удара в спину такого масштаба. Операторы тщательно снимали каждого замершего от непонимания участника. Вскоре комик Ким Хёнгю, что грубо высказался о людях с ограниченными возможностями, поменял карточки с текстом, которые держал в руках.

– Мы наблюдали за вашим разговором с детективом за кулисами.

Ким Хёнгю указал на камеру, словно спрашивая согласия.

– Опираясь на мнение специалиста-психиатра, я выбрал участника с наибольшей склонностью к совершению преступлений. Это вроде называется криминальное профилирование? Так вот, этот человек…

Стоящие рядом комики издали звук барабанной дроби. Доктор О Ёнсу присоединился к ним.

– Нет, будет неинтересно, если мы просто назовем имя. Господа редакторы, не сыграть ли нам до объявления в «угадайку»?

Этот комментарий вырезали из выпуска. Ю Хосон сказал, что его убрали, потому что он не соответствовал атмосфере и в целом был лишним. Расцвет Ким Хёнгю как телеведущего пришелся на начало 2010-х, когда набирали популярность развлекательные программы, рассчитанные на небольшое количество участников, так что это объясняло его манеру вести шоу. Когда точка монтажа была отключена и сигнал реплики снова пропал, комики и О Ёнсу начали спонтанно издавать звуки вроде «ту-дум-дум-дум».

– Стажер «Эрт Энтертейнмент» Лим Ыйхён!

Лим Ыйхён встал, словно ожидал такого исхода. Камера сфокусировалась на его утонченном и мягком профиле. Остальные ребята перешептывались с обеспокоенным видом.

Некоторое время назад в прямом эфире с субтитрами был показан отрывок из комнаты для допросов, в котором Лим Ыйхён разговаривает со следователем Ли Тхэксу на китайском. Перевод его реплик таков:

– За кого вы болеете на футбольном матче между Кореей и Китаем?

– Не смотрю футбол.

– Что вы сказали?

– Я вас узнал.

– Говорите по-корейски, пожалуйста.

– Я видел вас в одном сериале.

– Вы не говорите по-корейски?

– Вы были преступником.

Глава 19

Социальная справедливость и полное безразличие

– Мне никогда не нравился Ыйхён, – жестко высказалась Чжан Инхе.

К началу съемок в третьем сезоне «Айдола» он уже был достаточно известен, но практически все сцены с ним вырезали из финальных версий. Из-за этого зрители требовали уволить Чжан Инхе, а когда дело дошло до специальных выпусков, то люди практически единогласно вынесли ей приговор. Женщина сказала, что это несправедливо.

– Признаю, в третьем сезоне ему было уделено меньше экранного времени, но это потому, что Ыйхён был персонажем, о котором трудно рассказать интересную историю. Ненавижу ребят, спокойно выполняющих любые указания, искренних и не создающих проблем. Это слишком посредственно.

Чжан Инхе разволновалась, когда рассказывала, что, даже если бы редакторы сто раз пошли на поводу у зрителей и заявили, что в третьем сезоне произошло некоторое недопонимание, никто все равно не поверил бы в появление такого эпизода в специальном выпуске шоу «Айдол».

– Мы ведь все понимаем, что формат шоу о разоблачении юных преступников совершенно не подходил персонажу Ыйхёна? Особенно третий и четвертый выпуск. В любом случае я бы не стала молчать, если бы он плохо отыграл.

На самом деле никто не мог даже предвидеть подобное поведение Ыйхёна в третьей и четвертой серии шоу «Айдол». Не будет преувеличением сказать, что он не только превзошел остальных парней, но и вытащил рейтинги программы из пропасти. В третьем выпуске Ыйхён, известный своей рассудительностью и решительностью, буквально руководил ходом программы: начиная с его роли спускового крючка для конфликта до роли единственного человека, который поддерживал впавших в апатию приятелей еще до того, как он в четвертом выпуске заметил скрытую камеру и заставил всех выбрать его «виновным». Лим Ыйхён мог запросто стать героем шоу, противостоящим «абсолютному злу» в лице производственной группы, представленной, в частности, Чжан Инхе. Превосходное чутье и понимание ситуации ни разу не подвели парня, но он вряд ли мог противостоять силе монтажа, которая стерла любое проявление его энергии и перетасовала события так, будто весь выпуск был не более чем заранее спланированным сюжетом.

– Вот что я имела в виду.

Чжан Инхе посмотрела на ложку на столе, словно в ней содержалось неизвестное вещество.

Она оттолкнула тарелку и энергично закивала.

– В конце концов, успешное телешоу полностью зависит от искусства монтажа. Стала бы я столько сил тратить на Ыйхёна, если бы действительно ненавидела его? Честно говоря, мне эти его выходки очень понравились. Я была даже благодарна ему. Программа постепенно становилась однообразной, но вдруг обрела жизнь благодаря этому мальчику. Он сделал за нас всю тяжелую работу.

По ее словам, ситуацию можно было описать кратко: это был беспроигрышный вариант.

– Так что если меня еще раз обвинят в произошедшем с ним, я за себя не ручаюсь.

Как