Доза для тигра - Алексей Макеев

– Но такое предположение вы считаете вероятным?

– Почему нет? Если послушать, чего он там про этого своего Егора рассказал, так у того просто не жизнь, а сказка. И на «бэхе»-то он катается, и квартиру себе чуть ли не возле Кремля собирается покупать.

– Вон как. Неплохо. Значит, бизнес и впрямь прибыльный.

– Само собой. Если целые страны с этого кормятся, уж на одного-то раздолбая хватит, чтобы хорошо пожить.

– Вы предполагаете, что, когда Антон в очередной раз уходил «непонятно куда», это было как-то связано с делами его брата? – осторожно спросил Гуров.

– Да не знаю я, – с досадой ответил Шутов. – Может, было связано, а может, и нет. Он мне не докладывал. Я ведь сказал вам, братан этот его в Москве живет, а Москва, она далеко.

– Да, конечно. Так, значит, вы утверждаете, что к убийству Антона Ирмелина непричастны?

– Разумеется, нет! – с чувством воскликнул Шутов. – Кому только в голову мог прийти такой бред!

– Расскажите подробно, как вы обнаружили тело.

– Да я уже миллион раз рассказывал. Ничего особенного, совершенно обычно обнаружил. Утром пришел, собирался со своими архаровцами репетировать. Потом…

– Кто-то видел, как вы пришли в цирк?

– Само собой. Дядя Федя, например, видел. Сторож наш. Он мне дверь открывал, так что, сами понимаете, не увидеть меня не мог.

– А кроме дяди Феди? Еще с кем-то вы встречались?

– Да нет, – вспоминая, на минуту задумался Шутов. – Кажется, нет. Рано было, и потом, когда я репетирую, наши стараются держаться подальше, – усмехнулся дрессировщик, – предпочитают в вагончиках отсиживаться.

– То есть на всем пути от входной двери до вольера вы не встретили никого?

– Да, кажется, никого.

– Кажется?

– Нет, точно. Точно никого не было. Я знал, что Антоха должен быть уже здесь, я же говорил вам, животных у нас стараются пораньше выгуливать. Так что он самым первым приходил. Думал, раскурю сигаретку перед репетицией, поболтаю с ним. Вошел в вольер, а там… В общем, вы сами видели.

– Когда я пришел, тело Антона лежало на спине, и рядом сидел медведь. Вы застали все это в том же положении?

– Да, абсолютно. Да вы и появились почти сразу следом за мной. Может, минут пять прошло, не больше.

– Когда вы вошли, ничего не показалось вам подозрительным? Никто не убегал от вольера, не перелезал через эту самую сетку-рабицу, о которой вы упоминали?

– Нет, кажется, ничего такого не было, – ответил Шутов. – Хотя я, честно говоря, не присматривался. Не до того было. Я как Антоху с этой его разорванной шеей увидел, я просто… просто, можно сказать, в шоке был, где уж там рассматривать что-то подозрительное.

– Но медведя вы не могли не заметить. Он сидел рядом с телом прямо у вас перед глазами. Что вы можете сказать о его поведении?

– Обычное поведение, – ответил Шутов. – Сидел рядом. Плакал. Уже по одному этому можно было понять, что он не нападал на Антоху. А я… Как дурак, прямо. Непонятно с чего решил, что это он его…

– А вообще Фимка хорошо относился к Антону? Не было случаев проявления агрессии?

– Никогда, – уверенно ответил Шутов. – Антоху звери наши вообще любили. Даже живоглоты мои к нему спокойно относились. А Фимка, он тоже… он не агрессивный совсем, я же говорил. И с чего мне пришло, что он на него напал? Говорю же – шок.

– Когда я зашел в вольер, медведь лапой теребил разорванное горло Антона. Может быть, именно это навело вас на мысль о нападении. Как вообще можно объяснить такое поведение животного?

– Все можно как-то объяснить, – философски заметил Шутов. – Звери иногда инстинктивно тянутся к «больному месту». Может, он ему помочь хотел. «Полечить». А мы… сразу невесть что готовы подумать.

– То есть, если подвести некий итог, получается, что убийца Антона – это неизвестный, возможно, как-то связанный с делами его брата? – попытался определиться с выводами Гуров.

– Возможно, и связанный, а возможно, и нет. Я ведь сказал, Егор этот в Москве живет, а Москва далеко. Одно только могу сказать вам точно, убийца – это именно неизвестный. И все фантазии вашего безмозглого следователя о том, что это сделал я, – просто бред сивой кобылы. Чистый бред!

– Спасибо, я понял. Если по этому вопросу вам нечего больше добавить, будем прощаться.

Шутов сказал, что добавить ему нечего, и Гуров выглянул в коридор, чтобы вызвать охрану.

«Да, Москва, она, конечно, далеко, – думал он, выходя из изолятора. – Только не будем забывать, что существует такое явление, как мобильная связь. А это значительно сокращает расстояния».

Отойдя в сторонку, Лев решил, что сейчас самое время этой мобильной связью воспользоваться, и достал телефон.

– Здорово, Стас! Тебе телеграмма-молния.

– Нарыл что-то интересное? – оживленно поинтересовался Крячко.

– Очень может быть. Нужно срочно пробить некоего товарища по имени Ирмелин Егор. Отчество, к сожалению, неизвестно. Зато известно, что живет в Москве и связан с «бандюганами», вполне возможно – именно с теми, которые нас интересуют. Даже наверняка с теми.

– Правда? Откуда такая уверенность?

– Я сейчас разговаривал с дрессировщиком. Помнишь, тот самый, которого обвиняют в убийстве этого «животновода» из цирка?

– Да, конечно.

– Так вот, он рассказал, что у Ирмелина есть брат в Москве, что он крутит «серьезный бизнес» с некими серьезными ребятами и с этого бизнеса очень неплохо живет. Что именно за бизнес, тот не говорил, но дрессировщик и сам догадался, что это, скорее всего, наркотики. Даже сказал мне, что и Ирмелина об этом спрашивал.

– Но тот не признался?

– Разумеется, нет. Думаю, теперь все эти их взаимные обвинения в пьяных скандалах вполне понятны. На трезвую голову Шутов наверняка понимал, что подобные темы все равно лучше не озвучивать, ну а по пьяни барьеры, разумеется, сметались, и он смело выкладывал все свои догадки в виде претензий и угроз «заложить».

– А что, у него имелись какие-то факты? – с интересом спросил Крячко. – Ведь чтобы заложить, нужно иметь в активе что-то конкретное.

– Фактов там, похоже, не было, но для пьяной разборки они и не нужны. Не думаю, что он реально собирался кого-то закладывать. Из реального единственное, о чем он мне сказал, это то, что Ирмелин периодически отлучался куда-то и возвращался молчаливый и очень загадочный. Учитывая все, что нам уже известно, думаю, объяснить эти отлучки, да, собственно, и убийство, не составит особого труда.

– Парень ходил на «тайные свидания» с хозяевами?

– Несомненно. И тому у меня есть еще одно дополнительное доказательство.

– Поделись.

– Я тут разговаривал не только с Шутовым. Кое-что интересное удалось узнать и от Дмитрия Щеглова, это опер, который занимается его делом. Он рассказал, что почти сразу после того, как я уехал, кто-то залез в опечатанный вагончик Ирмелина и хорошенько там поработал.