Черная жемчужина раздора - Дарья Донцова

– Слегка простыла, поэтому сидит дома, – пояснил профайлер. – Что заставило Головина замолчать о призраке?

– Понятия не имею, – ответил Коробков.

– Если не будете смеяться, скажу, что думаю, – пообещала я.

– Мы отнесемся к вашим словам серьезно, – заверил Чернов.

– Вдруг в доме на самом деле появилось привидение? – предположила я.

Димон расхохотался, Михаил Львович прищурился.

– Ход ваших мыслей, Танечка, интересен. Головин столкнулся в доме с настоящей нежитью, испугался, что сам накликал обитателя царства мертвых, и прикусил язык.

– Супер идея, – смеялся Коробков. – Тань, один ноль в твою пользу!

– Давайте вспомним разговор Кати со знахарем-экстрасенсом, – не сдалась я, – сначала она просила у него микстуру для потери веса, а потом стала жаловаться на плохой сон. Мария Алексеевна запретила невестке открывать окна на ночь. Игорь объяснил жене, что это не каприз, не самодурство матери, она боится привидения, которое влезет в дом и всех убьет. А потом Катя сама ночью в саду фигуру в саване увидела. И подруга Мары с призраком столкнулась.

– Ага! В ночь после праздника с обильными возлияниями! Странно, что девица трехглавого дракона не узрела, – ехидно заметил Коробков, – фантом-то живо отыскался. Им оказался местный подросток.

– Дима, посмотрите данные на него, – попросил Чернов, – кто он, из какой семьи, сколько лет исполнилось шутнику, когда он решил прикинуться выходцем с того света.

– С радостью, – согласился Коробков, – но у меня нет никаких данных парня.

– Посмотри запись моего разговора с Марой, – подсказала я, – вроде она называла его имя.

– Секундос, – попросил Димон, – ага, вот оно. «Федя, – воскликнула Галина и убежала». Что еще тут есть? Объяснение, что фигура, которая разгуливала в саване, очень даже живая, это подросток из дома, который расположен слева от усадьбы Головиных. Минута!

Коробков застучал по клавиатуре.

– Слушайте. Особняк принадлежал Ольге Морозовой. Она давно скончалась, наследником стал ее единственный сын Эдуард Болотов. Ребенка по имени Федор в семье не было, кроме Эдика детей у Ольги нет. Войдя в права наследства, парень тут же продал дом и участок и купил однушку в Москве. Потом он открыл пекарню, при ней кафе. Быстро поднялся, сейчас он успешный, очень богатый производитель форм для выпечки и другой кухонной утвари. Имеет сеть магазинов, где продает свои изделия, владелец кондитерских и булочных. Ха! Знаете, сколько ему исполнилось лет, когда он якобы прикинулся призраком? Двадцать!

– Посмотри, у кого из жителей Шихова есть в семье парнишка Федор, – попросил профайлер.

– Момент, – сказал Димон. – И… приз получает… некому кубок отдать. В населенном пункте тогда Федоров не было! Хорошее мужское имя почему-то редким стало! Галина могла перепутать возраст сына соседки, принять его за подростка.

– Да, это часто случается, – согласился Михаил Львович, – Анна Ивановна, которая жила в одном доме с моими родителями, увидев меня во дворе, всегда радовалась и спрашивала: «Солнышко, ты почему так поздно гуляешь? Завтра тебе в школу не надо?» Я спокойно отвечал: «Тетя Аня, я уже институт окончил, со службы иду, у меня ненормированный рабочий день». Соседка всплескивала руками: «Ой, ой! Как время бежит. Мне все кажется, что тебе десять».

– Имя домработница тоже неверное назвала, – отметила я.

– В двадцать лет изображать привидение, чтобы сделать навредю людям, которые тебя на свой праздник не пригласили? – удивился Димон. – Это странно. На такой подвиг способны дети лет семи-восьми.

– У некоторых людей ветер в голове до старости свищет, – заметил Чернов, – возраст по паспорту ничего не значит. Инфантильным можно оставаться до смерти. Я знаком с двенадцатилетними умными ребятами и с шестидесятилетними дураками. Эдуард кондитер, он коллега Игоря. Возможно, мы нащупали паутинку, которая тянется к анонимщику.

Я решила уточнить:

– Полагаете, что Болотов из зависти к конкуренту решил сорвать праздник по случаю первой годовщины его брака?

– Они оба зарабатывают деньги на одном поле, – пояснил Чернов, – иногда самое простое предположение самое правильное.

– Часто видя Игоря в телевизоре, Эдуард, наверное, сгорал от зависти и решил подгадить гостям, которых сосед созвал? Это мелко. Противно. Но сработало. Подруга Мары здорово испугалась, – протянула я, – а сейчас, когда Головин поднялся очень высоко, Болотов написал анонимку.

– Что-то в ней не так, – произнес профайлер, – никак не пойму, почему меня это послание настораживает. И откуда бывший сосед узнал про сериал?

– Дима, можешь устроить мне встречу с Эдуардом? – спросила я.

– Легко, – пообещал Коробков, – надеюсь, пара новых сотрудников скоро появится, и нам станет проще работать. Начальнице не придется везде бегать самой.

– А теперь попробуйте этот десерт, – радушно предложил Эдуард, показывая на нечто, заваленное взбитыми сливками.

– Боюсь, уже не поместится, – вздохнула я.

– Это наша фирменная ромовая баба, – стал соблазнять меня хозяин кондитерской, – и, поверьте, алкоголя в ней правильное количество, а не капля сиропа с запахом непонятно чего.

– Если я съем восхитительный по виду, и, уверена, по вкусу тоже десерт, то опьянею и лопну, – улыбнулась я.

– Не каждый день ко мне приходят представители телевидения с предложением вести шоу, – сказал Эдуард.

– Сейчас кулинарные программы не редкость, – заметила я, – они всегда нравятся зрителям.

– Народ тащится от двух тем: как приготовить вкусно пожрать и как похудеть, – засмеялся Болотов, – да, на экране часто мелькают и профессиональные повара, и любители. И как только зрители различают эти выпуски? Они сделаны по одинаковой схеме: ведущий плюс гость, готовка, потом: «Отведайте кушанье. Ах, как вкусно».

– Вы правы, – согласилась я, – поэтому мы намерены создать нечто необычное. Решили отказаться от гостей в студии.

– Отлично, – обрадовался Эдуард, – так называемые звезды кочуют с канала на канал с одними и теми же рассказами. Готовить они не умеют, кое-как хлеб нарезают. Смешно, право. У нас нет профессиональной программы, где ведущий последовательно объясняет, как, например, испечь эклеры. Домашние хозяйки часто жалуются, что пирожные «садятся». Они делают тесто по рецепту, но терпят неудачу. Есть маленькая хитрость, о которой мало кто знает. Чтобы ваши профитроли не превратились в блинчики, налейте воды в стакан, вылейте ее в кастрюльку, растворите в ней необходимое количество сливочного масла. Затем в этот же стакан насыпьте муку. Ее должно быть столько же, сколько воды. В рецепте сказано: «Вам понадобится стакан воды и столько же муки». Как их понимают хозяйки? Воды, допустим, двести пятьдесят миллилитров, значит, и муки двести пятьдесят граммов. Вот в чем трагическая ошибка! В стакане мучицы сто шестьдесят граммов, а женщины берут двести пятьдесят. Измерять муку надо не на весах. Стаканом. Сколько воды в нем, столько и муки положить. Тогда пропорции будут равны, и эклеры не «сядут».