Любовь как война - Ольга Володарская

– Ты права.

– Как всегда, – фыркнула Лола. Как все дурочки, они считала себя очень проницательной и интеллектуально развитой. – Так где встретимся? Давай в новом ресторане на Тверской. Открылся на прошлой неделе, я там еще не была…

– Нет, давай у меня.

– Хорошо, говори, в каком отеле остановился? В «Хилтоне» или «Мариотте»?

– Я в своей квартире.

– В том гадюшнике? – Она знала, что до тридцати он жил в крохотной гостинке с окнами на стену соседнего дома. – Но ты же ее сдавал?

– Жильцы переехали в другой… серпентарий.

– Куда? Впрочем, это не важно. Я не поеду в твою халупу, давай встретимся в приличном месте.

– Лол, у меня мороженое есть. Много разного…

– Сейчас даже девочек из детского сада мороженым не заманишь, – фыркнула Лола. – А меня и подавно.

– У меня для тебя есть сюрприз. Но преподнести его я могу только здесь.

– Да лааадно?

– Правда.

– Если это будет не моя статуя из золота, которую ты в своем дворе поставил… Держись!

– Так куда посылать машину?

– Говори адрес, сама доберусь!

Боря обозначил свои координаты, после чего разговор был закончен. Естественно, инициатором этого была Лола.

Положив телефон обратно на подоконник, Боря с грустью посмотрел на полные емкости, стоящие перед ним. Мороженое растаяло, кофе остыл, «бехеровка», наоборот, чуть нагрелась, а ему нравилась ледяная. Настойку он все же выпил. Кофе выплеснул. А талое мороженое слил в банку и убрал в холодильник – потом коктейль сделает. Посуду отправил в раковину, но мыть не стал. И пепельницу не очистил от окурков. Носки, которые стянул с себя, повесил на дверную ручку. Так он готовился к встрече с Лолой…

Сюрприз!

А кто обещал приятный?

Лада стояла у окна своего кабинета и смотрела на отъезжающие от здания машины. Скоро на стоянке останется всего несколько, среди которых и ее «Мазда».

За день она здорово устала. Мозги кипели, тело ныло. Лада почти пять часов просидела в кресле – читала, подписывала, звонила, ругалась, планировала. Размялась только один раз, когда в туалет ходила. И вот теперь, когда все дела завершены, Лада уперла руки в подоконник и согнулась в пояснице. Спина параллельна полу. Тело буквой «Г». Если в таком положении простоять несколько минут, а потом немного растянуться, попружинив, ломота в мышцах проходит.

– Лада Геннадьевна, к вас посетитель! – услышала она голос Коли и так резко разогнулась, что перед глазами поплыло.

– Да, да, пригласите! – На людях Коля называл ее по отчеству. Она его на «вы».

– Прошу вас…

И помощник пропустил в кабинет мужчину лет сорока. Частного детектива по фамилии Шарипов. На его месте Лада изменила бы одну букву в ней, чтобы привлечь больше клиентов. ШарАпов – это, можно сказать, бренд!

Лада усадила сыщика в кресло и поведала ему о своей беде. Пока она говорила, Коля принес чай.

– Можешь ехать домой, – шепнула ему Лада.

Он как-то неопределенно мотнул головой и вышел.

– Думаю, вы подняли бурю в стакане воды, – сказал Шарипов, когда потенциальная клиентка закончила рассказ. – Но, как говорится, хозяин – барин, и если вы настаиваете на частном расследовании, я его проведу.

– Вот и отлично! – Лада поставила подпись на контракте, который сыщик подготовил и принес с собой. – Главное, проверьте Антона. Игоря потом.

И они, пожав друг другу руки, распрощались.

Лада выключила компьютер и убрала со стола.

«Чем еще заняться? – размышляла она. – В спортзал поехать или в тот арабский ресторан, где работает милаха администратор? А может, обзвонить тех, с кем когда-то спала? Авось кто-нибудь из них свободен, и сегодня у меня стопроцентно будет секс. Пожалуй, мне именно он сейчас показан… Как лучшее средство от стресса!»

– Лада, я тебя жду, – услышала она голос Коли. Пришел час, когда между ними устанавливался режим «ты-ты».

– Зачем?

– Хочу на коктейль пригласить.

Такое случалось. Иногда начальница и ее помощник после работы заходили в кондитерскую, что располагалась через дорогу, и пили там молочные коктейли. Коля со вкусом клубники. Лада – мяты.

– А пойдем! – выпалила она.

– Только давай сегодня по-взрослому.

– Коктейль с коньяком?

– Да!

Они видели его в меню. Коктейль с коньяком и карамелью был таким дорогим, что они смеялись, предполагая, что в нем не меньше стакана. И все ждали, когда кто-нибудь его закажет. Но этого при них ни разу не случилось.

– Главное, умудриться после него за руль сесть, – хмыкнула Лада, покидая кабинет.

– Если он окажется таким забористым, как мы думаем, я твой допью… И буду танцевать на столе! – заявил Коля.

– Хотела бы я на это посмотреть!

– Ой, ничего интересного…

– То есть ты уже такое проделывал?

– Да, я когда напиваюсь (делаю это крайне редко), вечно лезу на стол. Мне кажется, что я невероятно крут. А на самом деле – смешон. И даже не до колик.

– Откуда ты знаешь?

– Видел запись на телефоне друга.

– А я на барной стойке один раз танцевала. Лет пять назад в Доминикане, – призналась Лада.

– Имела успех?

– Ошеломительный, – рассмеялась Лада. – Но поняла я это только на следующий день, когда ко мне как к родной на улице кидались незнакомые мужчины.

– Только так и надо отдыхать! – провозгласил Коля.

Они вышли из здания и по переходу направились к кондитерской – как раз горел зеленый.

Здесь все было по-простому. Заведение не из гламурных. Столики и стулья из пластика, бумажные скатерти, стены побелены и украшены яркими тарелками. Красные, зеленые, желтые, они были просто приклеены. Как ложки и вилки между ними. Кое-где клей, на котором этот, с позволения сказать, дизайн держался, потек, оставив желтые разводы на белой стене. Коля всегда морщился при виде этого. Сделал это и сейчас:

– Кто отделкой заведения занимался? – проворчал он, зайдя в кондитерскую. – У меня аппетит портится, когда я вижу это безобразие на стенах.

– Не замечала как-то, – улыбнулась Лада. Коля обычно не только коктейль пил, но и съедал пару пирожных. Ел сладкое со сладким и оставался на удивление стройным.

– Ты садись, а я за заказом, – сказал он ей и направился к стойке.

У них был «свой» столик в углу. Ладе он нравился тем, что находится в укромном местечке, а Коле из-за отсутствия «декора» над ним. Тарелок и ложек было, видимо, не так много у отделочников, чтобы хватило на все стены, и их угол остался девственно-белым.