Страх никогда не стареет - Геннадий Сорокин

– Если неохота, то поднимай оперов, готовь группу на выезд. По праву человека, чтущего законы, я забираю свидетельницу себе, и не позже чем через час я скажу, кто сообщник убийцы. Да, Сергей пусть у тебя сидит, мне не мешает. Я с Машенькой поговорю один на один, а вы ждите звонка. Ну, красавица, пошли!

Стояла глухая ночь. Управление было пусто. На моем этаже мы были вообще вдвоем. В многоэтажном здании напротив горело одно-единственное окно. Кого-то, наверное, мучила бессонница.

Мы направились в мой временный кабинет. Я достал из сейфа книгу, в которую было вмонтировано видеозаписывающее устройство. Аппарат я расположил на столе так, чтобы он беспрерывно записывал действия гостьи. Сам же уселся на край стола, закурил.

– Ну что, Маша, я всё про тебя знаю. Всё-всё, поняла? Так что раздевайся. Вся раздевайся.

– Как вся?

– Как при Сарибекове раздевалась, догола.

Я ожидал от нее услышать все: «Мама!», «Папа!», «Милиция!», «Помогите, насилуют!», но ошибся. Девчонка интерпретировала события по-своему. Она внимательно оглядела кабинет, скинула курточку, выложила дорогой мобильный телефон и вполголоса сказала:

– Ты что, здесь? Сейчас? А дверь?!

Я подошел и закрыл дверь на ключ. Второй раз за сутки, вторая по счету блондинка, реагировала так, как я и предположить не мог. Два-ноль в пользу женщин и девушек города Новосибирска.

Она разделась быстро, нисколько меня не стесняясь. Да и было бы кого стесняться!

– Стоп, достаточно! – скомандовал я, когда на ней остались только узенькие плавки, которые не скрывали содержимого под ними. – Теперь повернись ко мне боком, теперь спиной. Развернись лицом. Одевайся.

– И к чему я тут как дура раздевалась? – Процесс начался в обратном порядке.

– Раздевалась бы как умная, кто тебе не давал? И вообще, много будешь знать, быстро состаришься.

– Нет, правда, зачем раздевалась?

– Мне надо было убедиться, что на тебе нет следов побоев, – соврал я. В этом городе я вообще вру без всякой меры. На самом деле мне принципиально надо было убедиться, что я не ошибся в своих рассуждениях и догадках, которые первоначально были основаны на картинках с личного компьютера сенатора. Я поступал совсем не по инструкциям и правилам, но если была возможность сравнить живую любовницу Сарибекова с виртуальными персонажами, то такой момент было грех упустить. Не каждый день голую любовницу сенатора видишь. Да и чисто по-мужски любопытно, какой вкус развивается к шестидесяти годам. Может, если доживу, и меня это ожидает. К тому же видеокамера зафиксировала, что я не собирался ее насиловать. Хотя такой реакции, как у этой Маши, я не ожидал. А с другой стороны, почему бы и нет? В ее понятии мужики наверняка все одинаковые. Один квартиру снимает, другой, пользуясь моментом, в кабинете принудит «любовью» заняться. Жизненно все это, если из себя ханжу не строить.

– Зачем тебе на меня голую смотреть, ты же не доктор? Какие еще синяки?

– А с чего это, Машенька, ты начала меня, как своего дружка, на «ты» звать?

– Как хочу, так и зову.

– А! А хочешь, я сейчас ремень сниму и так тебя выпорю, что на задницу сесть не сможешь? Я тебя быстро от хамства отучу.

– Тебя за это посадят.

– Кто посадит? Ты же видишь, меня тут все боятся. А потом, я же скажу, что тебя такую, избитую, привезли. Кому поверят, мне или тебе? Кстати, как тебя нашли?

– Вас Александр Геннадьевич зовут?

– Ну не будешь же ты меня звать «дядя Саша»? Зови Александр Геннадьевич.

– Можно я закурю?

– Не рано?

– Издеваетесь? Мне и рано? После всего, что вы про меня знаете?

– Ну, что я знаю про тебя, поговорим попозже. А сейчас, как тебя нашли?

– Я как узнала про убийство, так чуть со страха не померла. Мать с отцом пьяные спят, я не знаю, что делать, в голову всякая чушь лезет. Кое-как растолкала их, объяснила, что и к нам убийца может прийти. Я-то, конечно, понимала, что до меня убийце никакого дела нет, но их решила припугнуть. Думаю, надо нам куда-то свалить, отсидеться, а там видно будет. И главное, надо уехать туда, где знакомых нет. Мать хоть и пьяная, но вспомнила, что у нее в деревне Барлак или Барлаково, как-то так называется, есть какая-то знакомая тетя Даша. Ну, мы сгреблись, и в деревню на самом утреннем автобусе.

– В воскресенье поехали?

– Да, в воскресенье.

Искать ее еще не начали. На этом этапе им просто повезло.

– Ну и жили мы в деревне, носа во двор не показывали. Тут папаше сегодня приспичило бухануть, и он двинул в магазин. Возле магазина его участковый заметил, выследил, и за нами приехало столько ментов, что всю деревню на уши подняли! Перед этой тетей Дашей теперь неудобно будет. Вообще-то я больше в эту дыру не приеду.

– А родители где?

– Домой отпустили.

– Следователь тебя о чем успел допросить?

– Только записал, как зовут, где живу, где учусь. Потом стал все намекать, что он про меня и про Ралифа всё знает. А этот второй молчал всё время. Тут вы приехали, и понеслось! А меня что, правда ночью нельзя допрашивать? И без адвоката нельзя?

– Кому можно, кому нельзя. Маша, теперь скажи мне, только правду, кто у вас в квартире, где вы с Сарибековым встречались, наводил порядок, убирался за вами? Не твоя мать? Не она тебе наряды покупала? Игрушки всякие сексуальные?

– Моя мать? Да кто ей доверит! Да и пьяная она постоянно. Я в последнее время за нее на фирме даже полы мыла, пока с Ралифом не познакомилась. А мать моя… Она слов-то таких, как «секс-шоп», не знает. Если ей сказать, для чего нужен вибратор и что им делают, у нее глаз выпадет. А к нам с Ралифом привозили всё, что он только задумывал. Не знаю, кто все это покупал и доставал. Когда мы уходили оттуда, всегда оставался бардак. Никогда за собой не прибирали. А когда я приходила, я обычно первая туда приходила, то все уже чистенько.

– Ты одна, без сенатора, была в этой квартире?

– Ралиф сразу же сказал, что если я без его ведома близко к этому дому подойду, то кранты, между нами все кончено. Я же не могла его ослушаться, сами понимаете.

– Хорошо платил?

– Даже очень. Мне на все хватало.

– А Фаину ты давно видела?

– Какую Фаину? Я такой не знаю.

– Маша, посмотри внимательно, вот она, – я вывел фотографию экономки на дисплей ноутбука.

– Не, такой я не видела. А кто она?

– Точно не видела?

– Можно я закурю? Не видела я ее.

– Рановато тебе дымить. Хотя кури. – Я непедагогично протянул ей пачку сигарет. Своих сигарет девушка не имела.

Я позвонил:

– Денис Юрьевич, Фаина дома?