Сафари на Жар-птицу - Дарья Калинина

Саша просто не знал, как ему быть и что сказать. С удовольствием он доставил бы подгулявшую девицу до дома и забыл бы о ней. Но вдруг у Наты, когда она останется без присмотра, проснется чувства долга? Маловероятно, но вдруг. И тогда она поедет к себе в офис. И застукает там маму. И вызовет полицию. Нет, нельзя было этого допустить.

А у Наты, судя по загадочной пьяной улыбке, вот уже битых полчаса блуждавшей по ее лицу, были большие планы на вечер.

— Что скажешь, если мы поедем ко мне?

Кажется, Ната собиралась осчастливить Сашу по полной программе. И все бы ничего, кабы не ее манера командовать и лить слезы, вспоминая своего Казика. Саша был уверен, что девушка и в кровати возьмет на себя роль главнокомандующего парадом. А потом заявит, что Саша, конечно, тоже ничего, но и в подметки не годится тому же Казику. Доказывать девице, что он лучше, Саша не собирался. Вот он и тянул время, сидя в клубе и чувствуя, что скоро у него уже не останется в арсенале боекомплектов, придется сдаваться.

И был сам не свой от радости, когда мама позвонила и заговорщицким шепотом произнесла:

— Все! Я нашла! Можешь возвращаться!

Саша тут же вызвал такси и слинял от Наты. Может, он поступил некрасиво, но уж очень эта девица его достала. И сбегая от нее, Саша ликовал. Может, это и не очень хорошо, но он летел как на крыльях. И сейчас он прекрасно понимал неизвестного ему Казика.

— Такая кого угодно достанет. Господи, повезет же кому-то с женушкой!

Дома мама уже успела нажарить целую сковороду картошки для своих мужчин. Оказывается, тоскуя в ожидании возвращения жены и сына, папа начистил всю картошку, которая имелась у них в доме. Все три кило. Ровные, овальные, чуть желтоватые картофелины лежали в воде и ждали. Видя такое дело, мама покидала на сковородку все запасы ветчины и сала, которые имелись в холодильнике, и теперь им предстояло эту восхитительно пахнущую и буквально купающуюся в жире картошку съесть.

Наверное, у приверженцев правильного питания или просто нормальных людей, увидь они, как эти трое уминают румяную и жирную картошку, да еще заедают ее кусками крупно порезанного мягчайшего ржаного хлеба, молодым чесноком и зеленым луком, сделался бы инфаркт и прямая остановка сердца. Но до чего же это было вкусно!

Барон тоже присутствовал на трапезе. Сначала ему то и дело перепадали лакомые кусочки от всех троих хозяев. А потом папа просто переложил в собачью миску часть картошки со своей тарелки и отдал миску Барону. Первые пятнадцать минут никто из них не мог говорить, рты у всех были заняты. Оказывается, все трое зверски проголодались. У Саши аппетит отбила его новая знакомая. Маме весь день было не до перекусов, а под вечер она из последних сил обыскивала офис «Лучшего праздника», а папа не ел просто из солидарности со своими любимыми. Он вообще редко что-то ел один, обязательно дожидался, когда за стол сядет его семья.

— Ну, рассказывайте, во что вы у меня снова вляпались?

— Ты же знаешь, что случилось на комбинате?

— Слышал.

— Вот мы с Сашей и решили помочь следствию.

— Без меня?

Папа даже вилку выронил. От неожиданности и обиды у него затрясся подбородок.

— Как вы могли? У вас же там уже труп на орбите вашей исчезнувшей Евы нарисовался. Значит, убийца где-то рядом. А если бы с вами что-нибудь случилось? Я бы себе этого никогда не простил.

Папа подумал немножко и прибавил:

— И вам тоже.

Барон одобрительно гавкнул. То ли он тоже сердился, почему его не взяли с собой. То ли пес намекал, что выданная ему порция жареной картошки уже подошла к концу.

Саша поежился и сказал:

— Нам с мамой ничего не грозило. Ну, почти ничего.

— Рассказывайте все без утайки.

Собственно, Саше рассказывать было нечего. Он просто отвлекал внимание от офиса. А вот для мамы наступил ее звездный час.

— Ты по телефону сказала, что всё нашла?

Мама кивнула. Вид у нее был загадочный до невозможности. Ее саму так и распирало от желания как можно скорей все выболтать, но она крепилась, держала интригу до конца. И поэтому рассказывать она принялась очень издалека. Когда Саша выманил из офиса единственную помеху — Нату, его мама пряталась за киоском «Союзпечати». Она видела, что сын протянул руку и вроде как кинул в урну бумажный сверток. В этом свертке были ключи, которые Саша ловко стянул из сумочки Наты, пользуясь тем, что девушка отвлеклась на букет, который был достаточно большим и неудобным, чтобы держать его в руках. Саша специально постарался и выбрал в магазине именно такой.

Стоило сыну скрыться из виду, как мама коршуном кинулась к мусорной урне. Но сначала ей не повезло. Она нашла скомканное объявление о распродаже зимних шуб и дубленок. Это в мае-то месяце! Потом она нашла сверток, который оказался старой газетой с завернутой в него початой пачкой сигарет. Пачка была скомкана, сигареты сломаны, оставалось лишь предполагать, как они оказались в урне. И когда маме уже стало казаться, что следующей находкой может оказаться что-нибудь похлеще, ей повезло. Ключи нашлись.

— Отперев офис, я первым делом тщательно вымыла руки. Мыла их в семи водах. Все жидкое мыло у них извела.

Когда руки стали достаточно красными и распаренными, маму перестало корчить от брезгливости. И она приступила непосредственно к поискам того предмета, ради которого они с Сашей все это и затеяли.

— Главная трудность заключалась в том, что я не представляла, что это может быть. Я понимала, Ева с Хильдой оставили след, и след этот привел нас в агентство «Лучший праздник». Но что дальше? Как искать то, о чем не имеешь никакого представления?

Мама считала, что если в первой подсказке были указаны приблизительные места поиска спрятанных документов, то во второй подсказке они должны быть конкретизированы. Но каким образом затейница Хильда осуществила свое намерение?

— Я перерыла весь ее кабинет. Обыскала рабочий стол. Просмотрела каждую бумажку. Пыталась включить компьютер, но там стоял пароль, и я эту затею оставила. Потом перешла к шкафу. У нее в офисе приличный гардеробчик, скажу я вам. На все случаи жизни и на все времена года.

Но и там маме ничего не улыбнулось. Ни одна из вещей, казалось, не таила в себе ни малейшего намека на тайну.

— Тогда я стала исследовать полки. Ничего. Подняла ковровое покрытие на полу. Пусто. Залезла на стремянку, изучила пыль на шкафах.

— Зачем?

— Думала, вдруг она там нарисовала схему или план, где спрятаны документы.

— Нет?

— Нет.

На все эти поиски у мамы ушло немало времени и еще больше сил.

— Уже было совсем поздно. А я обыскала только кабинет Хильды и ничего больше.

Помещений в «Лучшем празднике» было не так много, как на комбинате, всего несколько комнат, где хранился инвентарь для праздников. Но все-таки на поиски того, не знаю чего, могла уйти вся ночь. И маму потихоньку стала охватывать паника. Она понимала, что включенный свет в окнах агентства может привлечь к себе внимание, и не включала его. От этого видимость ухудшилась, и мама нервничала все сильней.