Три осколка луны - Аркадий Арно

вдохнуть жизнь в скульптурное изображение. А может, и завидует вам. Вы же – Пигмалион. Истинный современный Пигмалион!

– Как я счастлив! – польщенно воскликнул Лунёв. – Хотел услышать от вас именно это сравнение!

Они не заметили, как прошел час, за ним другой, на смену коньяку появилось виски, а затем и закуска. Вдохнув новую порцию лекарства из ингалятора, Антон Антонович Лунёв продолжал свое красноречивое представление. А Гордеев думал, что надо предупредить этого беспечного богача – сказать, что ему угрожает опасность от еще более ненормальных людей, чем он сам. Очень ненормальных и очень опасных…

На улице давно стемнело.

– А я знаю, кто вам подсказал, как меня найти, – когда гарем был представлен почти полностью, хитро улыбнулся порозовевший от спиртного Лунёв.

– Правда? – недоверчиво спросил Гордеев.

– Конечно! Это мой сводный брат Игнатий из Лощинска. Это крупный город на Урале. Игнатий Савельевич Карпов. Политик, бизнесмен. У нас с ним общее дело – серебряные рудники и нефтяной бизнес. – Пока хозяин наполнял бокалы, Гордеев и Алексей переглянулись. – Он знает о моих невинных увлечениях… Ну, скажите, это он, он ведь, да?

Гордеев постарался улыбнуться так, чтобы выдать себя с головой. Но принципиально не произнес ни слова.

– Ну, разумеется, это он, – пожал плечами Лунёв. – Кто бы еще стал меня так баловать?

У Гордеева созрел план – он не любил сцен и решил обо всем сказать на пороге, когда они будут уходить.

– Нам с коллегой пора, – сказал он и решительно поднялся. – Да, товарищ художник?

– Как скажете, товарищ менеджер, – тоже вставая, сказал Алексей.

– Что ж, телефонами мы обменялись, скоро я сделаю у вас заказ, – кивнул Лунёв. – Идемте! Жаль, не покажу вам еще один экземпляр…

Они спустились на первый этаж – в большую залу с диванами и бильярдом. В этот момент у хозяина зазвонил сотовый. Лунёв достал из кармана трубку.

– Алло! Да, это я. Ага! – Он резко ожил и взбодрился. – Я ждал вашего звонка! – Он подмигнул гостям. – Очень ждал! Именно, дом 48 по улице Инженерной! Выхожу! Подождите пару минут, – сказал счастливый Лунёв гостям. – В зимнем саду!

Он кивнул на стеклянные двери и заторопился на улицу. Гордеев и Погодин вышли в зимний сад, где уже царила ночь, и сразу оказались в плену кактусов и пальм, грозными тенями обступивших их со всех сторон.

– С глазами осторожнее, – посоветовал Гордеев. – Мрачно тут как-то.

– Вы думаете, Петр Петрович, это она?

– Уж больно он счастливый, точно ему еще одну наложницу подкинули. А если это они, то нас увидеть не должны ни в коем случае. Но вы, Алексей, к бою готовьтесь.

– Думаете?

– Уверен, – кивнул Гордеев.

Погодин подошел к окну, которое выходило в сад.

– Дорога справа, – заметил Гордеев.

В слабо освещенной гостиной уже началось волнение. Оттуда слышались приглушенные голоса. Два молодца-грузчика внесли гигантскую коробку. Они поставили ее на пол – она оказалась выше самого Лунева на целую голову.

– Кукла из магазина? – тихонько спросил Алексей.

– Даже не сомневаюсь, – подтвердил его догадку Гордеев.

– Вот тут и оставьте, – услышали они приглушенный голос хозяина дома. – Спасибо, спасибо, это на чай. Всего наилучшего! Идемте, я вас провожу.

– Выходим? – спросил Алексей.

– Подождем немного, – словно что-то предчувствуя, удержал его за руку Гордеев. – Подождем…

Лунёв вернулся быстро. Он глянул на оранжерею, метнулся к столу, вытащил из ящика легкий предмет и с ловкостью тигра набросился на коробку. В его руке был канцелярский раздвижной нож. Он срезал несколько лент, вновь вопросительно посмотрел на оранжерею и только потом с громким криком: «Але-ап!» – потянул на себя картонную крышку. Отбросив ее в сторону, он с восторгом уставился на содержимое коробки, скрытое от глаз двух затаившихся в зимней оранжерее гостей.

Лунёв тотчас отступил. Из коробки на него выпала кукла – «стюардесса Вика», точно соскучилась по нему и теперь сама бросилась в его объятия. И он, конечно, поймал ее в охапку, точно собирался танцевать с ней медленный танец. Лунёв отступил со стюардессой, потому что из той же коробки к нему шагнула еще одна кукла – в черном комбинезоне, узких темных очках, с рыжими волосами и небольшим черным намордником.

– Живая! – возопил Лунёв. – Она живая!

Он еще пуще вцепился в пластмассовую стюардессу. А вторая кукла, та, что и впрямь была живой, подняла руку с баллончиком и вытянула ее в направлении хозяина дома. Тонкая струя газа ударила ему в лицо и тотчас растаяла. Лунёв схватился за горло, все еще держа свою «стюардессу», отступил, покачнулся, упал на колени и только потом, страшно захрипев, повалился лицом на ковер, укрыв собой куклу.

– Господи! – чересчур громко прошептал Алексей.

Рыжая женщина в черном комбинезоне, с респиратором на лице, напряглась и завертела головой. Взгляд ее остановился на темной оранжерее. Словно превратившись в пружину, она сделала шаг в сторону зимнего сада…

Схватив Алексея за плечи, Гордеев, отступая, потащил напарника в темноту садика. Последний его шаг едва не пришелся на твердый предмет, и Петр, крепко сжимавший друга за плечи, замер. А огненно-рыжая бестия уже подошла к стеклянным дверям и замерла у порога. Она читалась стройным черным силуэтом, затянутым в кожу, с пылающей шевелюрой! Узкие темные очки и намордник делали ее еще страшнее. Сердце Гордеева стучало так бешено, что готово было выпрыгнуть. Лицо в респираторе потянулось к стеклу…

И тут Петр, сам не понимая почему, как, зачем, очень серьезно и зло сказал: «Мяу!» Даже не «мяу», а тяжелое «Ррмяяуу»! Он бросил боевой клич кота, готового прыгнуть на свою жертву и в зависимости от ее размеров и характера – расцарапать, загрызть до смерти или просто одним махом проглотить.

Рыжая повернулась и пошла назад. Она переступила через опрокинутого навзничь Лунева, его чудесную «стюардессу» и через несколько секунд вышла из дома.

– Как вы решились мяукнуть? – очень тихо спросил Алексей.

– Понятия не имею, – проговорил Гордеев. – Озарение, Леша… Если бы кот расцарапал ее и она попалась, то это была бы неопровержимая улика ее пребывания здесь. Поэтому она и решила отступить.

– Это была Ева? В смысле, Даша?

– Да черт его знает. Пора выбираться отсюда.

– А действие баллончика?

– Думаю, этот раствор распадается мгновенно, чтобы не было следов. Но можем и подождать.

– Лучше подождать, – уверенно сказал Алексей.

Они нашли узенькую скамейку в оранжерее и скромно уселись. Петр достал из сумки нетбук и полез в интернет.

– Нам во Внуково надо – оттуда до Лощинска самолет есть через восемь часов. Как раз под утро.

– На один рейс с Евой? Дашей. Ловко придумали.

– Я назвал второй рейс – первый через три часа. Скорее