Фиговый листочек от кутюр - Дарья Донцова

– И имела любовника?

– Господи, какие глупости!

– Ирма, – строго сказала я, –надеюсь, вы понимаете, что я пришла сюда не за тем, чтобы избавиться от морщин.Честно говоря, мне на них наплевать. Есть свидетельница, которая можетподтвердить: жена Глеба Лукича использовала салон как прикрытие.

– Это совсем другое!

– Да? И что же?

Шульгина молчала.

– Ирма, имейте в виду, положение Радыболее чем серьезно. Версия следствия базируется на весьма простомумозаключении: у Рады был кавалер, ей надоело встречаться с любимым человекомтайком, и она решила соединиться с ним открыто, но при этом не хотела остатьсянищей, вот и пристрелила Глеба Лукича. В распоряжении следователя имеетсясвидетельница. Она лежала тут, на кушетке, с маской и видела, как выдоговаривались с Ларионовой. Ее еще очень удивило, что между вами близкиеотношения, разговор шел на «ты», и еще, дама запомнила место, куда собираласьехать Рада, кажется, Рассказово…

– Разуваево, – тихо поправила меняИрма.

– Точно! Разуваево!

– Это не любовник.

– А кто?

Шульгина вытащила сигареты.

– Ирма, лучше рассказать правду. Кстати,как вы относитесь к Раде?

– Она моя лучшая, нет, единственнаяподруга, мы знакомы с детства, лет с двух…

– Имейте в виду, ваши показания могутспасти ее.

Косметолог, так и не закурив, спрятала «Вог»,повертела в руках зажигалку, взяла телефон, набрала номер и спросила:

– Можно Раду? Ее нет? А когда будет?

Отсоединившись, она ответила:

– Отвечают, уехала отдыхать.

– Вы предполагали, что услышите: «Еепосадили»?

Ирма пожала плечами.

– Ладно, вижу, вы мне не верите, наберитедругой номер, вот этот.

– Зачем?

– Там ответит следователь Ковров. А выскажите: «Я родственница Рады Ларионовой, не дадут ли мне свидание?»

Шульгина мигом схватилась за трубку.

– Ну? – поторопила ее я. – Чтоон сказал?

– «Пока идет следствие, всякие свиданиязапрещены», – ответила Ирма и схватилась за сердце. – О боже! Рада втюрьме! То-то у нее мобильный все время отключен. Я подумала, что она его опятьпотеряла или заблокировала. Так, что делать? А? Что делать?

– Рассказать мне правду немедленно,потому что я единственный человек, который уверен: Раду подставили, онаневиновна.

– Значит, так, – приняла решениеИрма. – Знаете кафе «Шоколадница» напротив метро «Октябрьская»?

– Кто же из москвичей там не бывал?

– Сейчас идите туда, я выйду следом,здесь не поговорить нормально.

Сев за столик, Ирма сказала:

– Все чушь. Никаких любовников Радаотродясь не имела. В ее жизни существовал только один мужчина – Глеб Лукич.Ради него она порвала с семьей, поругалась с матерью и отцом, ушла из дома. Ией не было никакой необходимости убивать мужа, чтобы получить деньги. Радкабогата.

– Но Глеб Лукич не давал ей «живых»денег!

– Знаю, – отмахнулась Ирма, –только они ей особо никогда не были нужны. Но если бы она приехала к матери исказала, что разводится с мужем, Тамара Николаевна мигом бы ее простила иосыпала золотом с головы до ног. Тамара мечтает, чтобы Рада убежала от Глеба ивернулась к ней.

– Ничего не понимаю! У Рады естьродственники? Но мне говорили, будто она вышла замуж совсем девочкой,несчастной сиротой…

Ирма мрачно улыбнулась:

– Красивая легенда, придуманная, дабыскрыть истину. Я единственная, кто знает правду. Хотя Глеб Лукич умер, теперь,наверное, можно и рассказать, как обстоит дело. Если это поможет Радке…

– Ваши показания могут ее спасти.

Ирма, безостановочно накручивая в рукахсалфетку, стала вводить меня в курс дела.

Они дружат с детства, вернее, Ирма не помнитдня, когда была незнакома с Радой. Еще их коляски стояли рядом в Разуваеве, впарке, а когда девочки подросли и пошли в школу, то сели за одну парту. Онивеликолепно дополняли друг друга: веселая, обожающая розыгрыши Рада испокойная, рассудительная Ирма. Раде хорошо давались русский язык, история,литература, Ирма запросто справлялась с задачами и великолепно шила. Но быломежду ними одно отличие.

Радочка родилась в семье известного,обласканного властями и народом эстрадного певца Александра Карелина.Загородный дом, обставленный с интеллигентной простотой, машина, гараж и полноематериальное благополучие. В детстве Рада имела все. Она появилась у родителейпоздно, ее брату к тому времени исполнилось восемнадцать, поэтому девочкубаловали безумно. Отец бы ей луну с неба достал, попроси его об этом любимаядочурка. К слову сказать, Рада росла милым ребенком, не доставлявшим окружающимникаких хлопот.

Ирма находилась в другом положении. Ее мамаработала у родителей Рады домработницей. Тамара Николаевна Карелина оченьценила работящую, аккуратную и немногословную немку Ренату и не препятствоваладружбе между своей дочерью и Ирмой. Более того, она была довольна, что еедевочка не носится неизвестно где и с кем, а спокойно сидит дома в компанииИрмы. Естественно, что финансовое состояние Ренаты, в одиночку воспитывающейребенка, в корне отличалось от материального положения Карелиных, поэтому лет стринадцати Ирма была озабочена, как подработать. В голодном 1990 году она, едвасправив шестнадцатилетие, пристроилась на лето в одну из немногих тогда частныхпарикмахерских уборщицей. Платили мало, но от клиентов иногда перепадаличаевые. Кое-кто из посетителей порой небрежно бросал:

– Детка, помой машину, пока меня впорядок приведут.

Ирма мигом кидалась за ведром и тряпкой. Ейочень хотелось иметь видеомагнитофон, и каждая заработанная копейкаскладывалась в копилку. Июнь и июль она махала шваброй без проблем, а вавгусте, неожиданно подцепив сильную простуду, позвонила на работу и просипела:

– Температура высокая, не смогу сегодняприйти.

– Твое дело, – равнодушно бросилхозяин, – не явишься ко второй смене, в три часа, – уволю. Мне тутинвалиды убогие не нужны, здоровые в очередь стоят.

Испуганная Ирма попросила подругу:

– Отработай за меня пару дней.