Заклятие счастья - Галина Владимировна Романова

– Нет… Ну ты из города смылся с таким скандалом! Мне сеструха рассказывала, у вас там с юной Беликовой что-то типа романа случилось. И ее папаша тебе чуть яйца не отрезал.

– Не отрезал же, – напряженно улыбнулся Назаров. – Да и романа особого не было. Больше сплетен. Девчонка молодая, придумала себе не пойми что.

– Да? – Тот недоуменно выкатил нижнюю губу. – А сеструха другое рассказывала. Будто Сашка Беликова долго по тебе убивалась. И даже с мужем рассталась, потому что тот оказался на тебя не похож.

– Ага! А Усов теперь – вылитый я! – неожиданно зло фыркнул Сергей.

– Это ты к чему? – не понял тезка.

– Это я к тому, дружище, что она теперь с ним!

– С Усовым?! Да ладно!

– Вот тебе и ладно. – Назаров покрутил в руках опустевшую чашку, поморщился. – Сидим с тобой как школьники, кофеек попиваем. Чего-нибудь посерьезнее…

– А давай вечерком? – сразу оживился тезка.

Его кофе так и остался нетронутым. Он его вообще не пил, не понимал в принципе вкуса, не находил удовольствия.

– Вечерком? – Назаров задумался. – Можно, конечно, если Хмелев не дернет. Там ведь беда у Саши Беликовой. Мать пропала.

– Да слышал, сводки читал, – тезка хмыкнул, глянул на Назарова с глумливым подозрением. – Не ты приложился, Серега, нет?

– Ладно тебе гнать-то! – принужденно рассмеялся Сергей. – Нужна она мне?

– Болтают, ты с ней на рынке поцапался. Она там так на тебя орала! Оскорбляла! Правду говорят?

– О, уже знаешь! Ну, городок наш, это просто…

– Да, тезка, мы тут все друг друга знаем. А по роду моей деятельности я и не захочу знать, а должен. Правда поцапался с ней, нет?

– Да ладно тебе, я и рта не успел открыть, как Алла Геннадьевна на меня накатила! – пожаловался Сергей. – Я абрикосы в зубы и тикать. Разве можно с ней связываться!

– Ага, ага… – Старый приятель поднес ко рту чашку с кофе, зачем-то понюхал, нехотя хлебнул, поморщился. – Вот не люблю я этой дряни, а! Не люблю… Да, с Аллой Геннадьевной связываться – себе дороже. Но кто-то не испугался. Взял ее и того… Не ты все же, нет, ныряльщик?

– Дурак, что ли?! – возмутился уже непритворно Назаров. И на всякий случай успокоил: – У меня алиби, дружище! В отделе был весь день!

– А она днем, что ли, исчезла?

– Выходит так.

– Дела-а… – он поставил обратно чашку с кофе на стол, вытер рот тыльной стороной ладони. – Городок на копеечку, а страсти нешуточные кипят! То два пацана исчезли. Следом Надюшка Головкова погибает, а она их дело вела. И не прошло и года, еще одна пропавшая. Дела-а… Как думаешь, это не маньяк орудует?

– Пока не могу знать, – пожал плечами Назаров. – Я в городе всего ничего, еще меньше на службе.

– Но уже успел, успел людишкам крови попортить, – старый приятель погрозил ему пальцем и на окошко зачем-то кивнул. – Слышал, жалобы на тебя уже народишко строчит.

– Ну ты даешь, Серега! – ахнул Назаров. – Все знаешь!

– Служба, брат, – тот потупил взгляд, притворно застеснявшись, но тут же встряхнулся, потянулся, хрустнул суставами, покосился недобро на чашку с нетронутым кофе. – Ну так что, вечерком встретимся? Давай у моей сеструхи? Она холостая, добрая, к тебе нормально относится. Вот только вспоминали… Она стол накроет. В общественном месте мне не резон светиться. Расслабона никакого.

– Идет. Где сестрица-то живет?

Адрес он помнил прекрасно. Он всех девчонок, которых нырять учил, не раз до дома провожал. Красивый такой маленький домик в тени акаций. И скамеечка там была уютная. И на ней Назаров с сестрицей тезки не раз посиживал, н-да. Интересно, рассказала она братцу, нет, чем они на той скамейке занимались?

– А сестра моя живет там же, Серега. И скамейка та цела!

Значит, рассказала!

Начальник ДПС ему подмигнул и заржал оглушительно. Назаров, качнув головой, лишь обескураженно развел руками. Оправдываться было бесполезно.

– Насчет харча не заморачивайся, – предупредил, прощаясь, тезка. – Сестрица – хлопотунья, постарается. Бухла возьми. Его всегда мало! И флешку я тебе там отдам.

– Какую флешку?! – вытаращился Назаров.

– С записью той аварии, где Надежда Головкова погибла. Ты ведь ко мне не кофе пить притащился. Тебя мои ребята срисовали, как ты на своей машине набережную утюжил. И на камеры видеонаблюдения таращился. Значит, захотел посмотреть, что там было и как. Так ведь?

– Ну, ты, брат, даешь! – восхитился Назаров. – Такой талантище тут штаны просиживает. Тебя бы в Москву!

– Ага! Непременно! – фыркнул Серега, провожая его до двери. – Один талантище оттуда уже вернулся… Так что запись я тебе вечером отдам. Она у меня в столе не лежит, сам понимаешь. И в кармане я ее не таскаю. Надо кое с кем перетереть. Только нет там ничего, Серега, поверь. Сам изучал вдоль и поперек. Никто Надю не подрезал. Никто по колесам ей не стрелял.

– А тормозная система?! – возразил Назаров. – Эксперты говорят, что она находилась в плачевном состоянии и…

– Ты машину видал, когда ее со дна достали? – снисходительно глянул на него сверху вниз Сергей, хотя они были почти одного роста, Назаров даже на три волоска повыше. – А я видел! Там не только тормозная система, там все было покорежено! Ладно, сыщик, тебе видней. Посмотришь… И убедишься, что я прав. Эта авария – случайность!..

Таня злилась и дула губы, когда он вечером собирался в гости.

– Конечно, начинается! – ворчала она не очень громко, но так, чтобы он слышал. – По гостям один ходить начал. Потом что? И так тебя совсем не вижу! Теперь к утру ждать, в хлам пьяного, да?

– Тань, ну почему непременно к утру и непременного пьяного? – фальшиво возмущался Назаров, хотя знал, что напьется. – Это деловая встреча. Серега мне записи обещал по аварии, где погибла Головкова.

– А официально запрос сделать нельзя, да? – фыркала Таня, наблюдая, как муж наглаживает свою любимую батистовую рубашку нежно-сиреневого цвета. – Непременно надо запись забрать за бутылкой!

Честно? Ему хотелось вырваться из дома. Хотелось увидеть кого-то еще, кроме жены и тещи, которая вдруг повадилась к ним заходить каждый день. И непременно тогда, когда он бывал дома.

Захотелось общения простого, бесшабашного. Он уже сто лет так ни с кем не общался. Как влетел в Москве в неприятности, так все и закончилось. Все друзья-приятели вдруг обросли занятостью и выкроить время на опального капитана никому вдруг оказалось не под силу. Танюшка его, конечно, не оставляла. Всегда была рядом, но…

Но это не всегда было то, чего ему хотелось.

– Я недолго, Тань. – Назаров клюнул губами Танину щеку, шлепнул по попке. – Не скучай.

И укатил.