Фанера Милосская - Дарья Донцова

– Сейчас у нее появятся боли, –«успокоил» ее Сергей Леонидович, – очень сильные. К сожалению, наркотиковей не дадут. Сомари – Вильсон нет в списке на получение этих препаратов. Будьона онкологической больной, вот тогда получила бы все.

– Что же делать? – прошепталаКристя.

Сергей Леонидович развел руками.

– Увы… Человечество пока не знает средствборьбы с этой напастью. И еще одно.

– Ну что? – испытывая давящую усталость,поинтересовалась Кристина. – Неужели еще не все плохое сообщили?

– Обязан предупредить вас: данных о том,как распространяется Сомари – Вильсон, нет, – резко сказал СергейЛеонидович. – Одни исследователи считают, что происходит генетическийсбой. В семьях, где удавалось диагностировать патологию у одного члена, какправило, не было долгожителей, кровные родственники умирали, не дожив до сорокалет. Другие ученые полагают, что Сомари – Вильсон вызывает вирус, то есть можнозаразиться при тесном общении.

– Как гриппом? – жалобно уточнилаКристя.

– Ну, думаю все же, воздушно-капельнымпутем болезнь не передается, иначе бы эпидемия Сомари – Вильсон охватила земнойшар. Но ведь как-то она от человека к человеку переходит… – глядя Кристе вглаза, ответил врач. – Вы в зоне опасности.

– Ясно, – кивнула Рыбникова. –Беатке сообщили диагноз?

– Я обязан был это сделать, – сухоотозвался Сергей Леонидович.

– Как же нам дальше жить? – заломиларуки Кристина. – Мне смотреть на мучения Беатки? Или бежать к наркодилеруза героином?

Сергей Леонидович встал, запер дверь на ключ,потом подошел к сейфу, открыл его, вынул пластиковую тубу и сказал:

– Поверьте, мне очень жаль, что судьбастоль жестоко распорядилась жизнью вашей подруги. Как врач, я испытываюморальные мучения, понимая: девушка в ближайшее время уйдет на тот свет, потомучто современная наука пока бессильна. Увы, мы не боги. Вот, держите!

– Это что? – спросила Кристя,забирая упаковку.

– Новейшее болеутоляющее средство, –объяснил Сергей Леонидович. – Самая современная разработка, действует наклеточном уровне, купирует даже… Ладно, вам лишняя информация ни к чему. Я неимею права давать препарат больным, он пока не прошел апробацию, ведутсяклинические испытания. Есть подозрение, что действие его губительно для печени,но Беатрисе-то уже все равно.

Сергей Леонидович замолчал.

– Спасибо, – прошепталаКристина. – Я никому! Ни слова! Никогда! Как им пользоваться?

– Одну таблетку утром, перед завтраком,строго натощак, запивать водой, она действует целый день. Две ни в коем случаене принимать, может случиться коллапс.

– А там сколько? – тряхнулапластиковой коробкой Кристина.

– Тридцать штук.

– Когда кончится, можно рассчитывать наповторение? – взмолилась стриптизерка.

Сергей Леонидович крякнул.

– Вам хватит. Если останется, оченьпрошу, верните пилюли, у меня к ним ограниченный доступ.

В полной прострации Кристина покинула кабинетСергея Леонидовича. Слова «вам хватит» и просьба вернуть остаток лекарстваозначали лишь одно: Беатрисе предстоит жить меньше месяца…

Рыбникова замолчала, я сочувствующепроизнесла:

– Представляю, какой вы ужас пережили. Ноеще хуже пришлось Беатрисе!

Кристина встала и взяла чайник.

– Первые три дня были кошмаром. Беаткарыдала, ей конкретно становилось плохо. Она сразу начала принимать таблетки,хотя боли не ощущала, но у нее появились тошнота, понос, скачки температуры,вылез герпес на губе, возник лающий кашель. Все как предвидел СергейЛеонидович. Вам не понять, что чувствует человек в такой момент. Я наблюдала заБеаткой и понимала: это все! Но потом случилось чудо.

– Какое?

Кристина поежилась.

– Беатка продолжала работать. Я просилаее наплевать на клуб и жить в свое удовольствие – спать до полудня, помагазинам шляться… Но она ответила: «Глупо дрыхнуть, когда биографии наступаетконец, я дома с ума сойду. Лучше подохну, распевая песенки в образедевочки-конфеточки». Она вообще отменила себе выходные. Я работала как всегда,а она двойную норму…

Как-то Беатка прибежала к Кристине в оченьвозбужденном состоянии и налетела на подругу.

– Меня вылечат!

– Конечно, – моментально согласиласьКристя, которая каждый день без устали повторяла: «Все будет хорошо, тывыздоровеешь».

– Нет, правда! – запрыгалаБеатка. – Я нашла врача.

– Где? – изумилась подруга.

– В клубе! Он профессор!

– Да? – с сомнением спросила Кристя,полагавшая, что большие ученые в «Королеву Марго» не заглядывают.

– Ты только послушай!

– Говори, – приказала Рыбникова.

Оказалось, что сегодня около двух часов ночи вклуб пришел немолодой мужчина. Было видно, что он не завсегдатайстрип-заведений. Сначала дедушка во все глаза пялился на шест, затем уставилсяна Беатку, которая за последнее время сильно похудела и стала похожа уже не нашкольницу, а на детсадовку. Пенсионер прослушал пару песен, потом купил убармена шоколадку и подарил Беатке.

Той стало смешно: чего-чего, а шоколад ей тутеще не предлагали.

– Вы замечательная певица, – счувством сказал старичок, вручая презент, – талантливая! Вас ждет большоебудущее.

– Маловероятно, – горько улыбнуласьдевушка, – но, если вам понравилось, могу спеть приватно.

– Отлично! – восхитилсядедулька. – Лично для меня?

– Только это стоит денег, –предостерегла его Беатриса. – И речь идет сугубо о песнях. Понимаете? Унас не бордель!

– Деточка, – замахал рукамистарик, – что ты такое говоришь! Я просто восхищен твоим голосом. У менясегодня был тяжелый день, сплошные неприятности, шел мимо, увидел вывеску, ну изаглянул, решил отдохнуть, а здесь ты, талантливый ребенок. Кому платить?

Пенсионер назвался Иваном Петровичем иоказался обеспеченным человеком, он «выкупил» Беатку до утра, заказал в кабинетеду и стал потчевать певицу. Она не хотела обижать приветливого дедулю исказала:

– Иван Петрович, я не могу ужинать.