Смерть длится только миг - Ксения Любимова

– А почему?

– Что – почему?

– Зачем тебе это?

– Чисто профессиональный интерес.

– Ты же считаешь, что у девушек нет способностей к расследованию преступлений.

– Считаю. Если только за редким исключением…

– А почему тогда… – она не договорила.

– Почему я предлагаю тебе заняться этим делом?

Мариша кивнула.

– Меня кое-что в тебе заинтересовало.

– Что именно? – Сейчас она была похожа на ребенка, которому пообещали сюрприз за хорошее поведение.

– Твои ощущения.

– Ощущения? – казалось, она была разочарована.

Если честно, то Марише хотелось услышать совершенно другие слова.

– Ты сказала, что почувствовала в доме атмосферу зла.

– Да, это действительно так.

– Насколько я успел тебя узнать, ты не подвержена эмоциональным всплескам. А если говорить попросту, то ты не станешь нагнетать обстановку, если для этого нет никакой причины. Однако некую атмосферу дома ты почувствовала. – Эрик кивнул в такт своим словам. – Скажу тебе больше. За те долгие годы, что я занимаюсь своей работой, я научился определять, где царит зло. Да, да! Именно зло, – повторил он, заметив, что Мариша вздрогнула. – И это не абстрактное понятие. Зло имеет свою окраску, и оно ощутимо! Мой дед всегда говорил, что зло существует, нужно лишь уметь его обнаруживать. Именно поэтому меня и удивило, когда ты сказала, что почувствовала зло. Обычно девушки говорят по-другому. Они произносят много громких слов и при этом не сообщают ничего конкретно. В общем, мне интересно, что еще ты сможешь почувствовать.

«Прекрасно! – возмутилась про себя Мариша. – Я стану подопытным кроликом».

Правда, с Эриком она согласна быть хоть серой мышью, лишь бы он был рядом с ней.

– Так как? Объединим свои усилия?

– Объединим, – ответила она, постаравшись, чтобы ее голос не звучал слишком радостно.

Сыщик кивнул и спрятал в усах быстро промелькнувшую улыбку.

Возле столовой Мариша снова столкнулась с Алексеем. Вид у мужчины был еще более безумный – глаза бегают, на голове пучок травы, на ушах ромашки. Она не удержалась и прыснула, настолько комично выглядел Воронов.

– Вы все еще любуетесь окрестностями? – весело поинтересовалась она.

Алексей вздрогнул и непонимающе глянул на Маришу.

– Что?

– Я говорю, бродите по лесам?

– Да, брожу, – нервно кивнул он. – А что, нельзя?

– Почему же? Можно. Вы приехали отдыхать и вольны проводить время так, как вам вздумается. Кстати, поселок посмотрели?

– А на что он мне сдался? – весьма невежливо ответил Алексей. – Что я там не видел? Три улицы и два переулка? Тьфу!

Он мрачно сплюнул и, не обращая на Маришу никакого внимания, направился в столовую.

«Хам!» – сказала она про себя и недовольно посмотрела мужчине вслед.

Теперь он совсем не казался ей красивым и даже привлекательным. Он был похож скорее на… крысу. Да, да! На крысу. Во всяком случае, он наградил ее таким же взглядом, как та тварь из дома Зарубкиных. Ну и пусть. Пусть смотрит, как хочет, лишь бы не делал ничего плохого. Пусть бродит по лесам, роет ямы, ходит с икебаной на голове из травы и цветов. Как говорится – за все заплачено.

Алексей вошел в столовую и скрылся из вида, и только сейчас Мариша вдруг подумала: а откуда он знает, что в поселке три улицы и два переулка, если он там ни разу не был? Но эта мысль вместе с другими тут же исчезла из ее головы, как бывало всегда перед вкусным обедом. Что ни говори, а еда – это одно из самых значимых удовольствий, которые человек получает от жизни.

За ужином Эрик неожиданно пригласил Маришу присоединиться к нему, чем вызвал всплеск гнева у Ольги. Она высказала массу претензий к блюдам и, наконец, грохнув вилкой о стол, выбежала из столовой.

– Не понимаю, что ей не понравилось? – послышался громкий голос Ирочки. – Блюда просто великолепные!

– Да, дорогая, – послушно ответил Михаил.

– Похоже, наша красотка ревнует, – захихикал Андрей, бросив в сторону Мариши многозначительный взгляд. – Эрик, поделитесь секретом, что в вас есть такого, что все женщины из трусов вылезают, лишь бы обратить на себя ваше внимание?

– Молодой человек! – медленно произнес сыщик. – Когда вы научитесь разговаривать достойно, на вас тоже станут обращать внимание. Но, судя по вашему поведению, с вами этого никогда не произойдет, так что сидите молча и не завидуйте.

Ирочка громко рассмеялась. Очевидно, ей понравилось, как Эрик поставил Андрюшу на место. Тот не обиделся, а только улыбнулся и продолжил ужин. Очевидно, он задевал только тех, в ком не чувствовал потенциальной опасности.

– Между прочим, Андрей прав, – несколько небрежно заметила Мариша. – Ты нравишься всем женщинам, которые здесь отдыхают. Даже Ирочке, хотя ей сейчас совсем не до этого.

– И тебе тоже? – усмехнулся он.

– И мне.

Она решила приоткрыть карты и выяснить, что же на самом деле думает Эрик по поводу повальной женской любви.

– Я к этому настолько привык, что уже не обращаю внимания, – небрежно ответил он. – А тебе хочу дать один совет. Не делай из меня какого-то героя. Девушкам свойственно наделять мужчин несуществующими чертами, а потом удивляться, почему они оказываются совсем не такими, какими они хотят их видеть. Я не герой. Я обычный сыщик, для которого работа всегда останется самым главным в жизни. Я не создан ни для чего другого.

– Но ведь ты даже не пробовал, – вырвалось у нее.

– Я знаю. И мой дед знал. Жизнь не дает сразу все. И если она наделяет тебя одним талантом, то забирает что-то взамен. Я не хочу потерять свой талант в обмен на семейное счастье.

– Не забудь донести это до Ольги, – огрызнулась она, чувствуя, как злость овладевает ею.

– Ей это знать ни к чему. Она все равно не умеет делать выводы.

Он замолчал и занялся ужином. Мариша вяло ковыряла в своей тарелке. Последний пассаж Эрика о его отношении к женщинам окончательно испортил ей настроение. И хотя она уже слышала раньше, что сыщик отвергает семейную жизнь, все-таки не ожидала, что это так бескомпромиссно.

Так почти ничего и не съев, она отнесла свои тарелки на кухню и вышла на улицу. Внутри вдруг образовалась непривычная для нее пустота. Такого с ней еще никогда не случалось. Она могла нервничать, радоваться, психовать, восторгаться, но так, чтобы совсем ничего не ощущать…

– Вероятно, это просто шок, – сказала она себе. – Я только что пережила смерть двоих людей. Конечно же, это не прошло даром. Мне нужно всего лишь отдохнуть.

– Тебе лучше? – услышала она голос Эрика. – Мне показалось, ты чем-то расстроена.