Правая рука смерти - Наталья Андреева

– Спасибо, мне ничего не надо, – с достоинством ответила та. – Я подожду здесь, пока Марк Захарович сможет меня принять. Почитаю что-нибудь, – Тамара Валентиновна кивнула на книжный шкаф. – Можно?

– Разумеется, можно.

Управляющая вместе с Софьей Львовной вышли, оставив ее одну. Тамара Валентиновна тут же принялась разглядывать книги.

Едва очутившись в коридоре, Софья Львовна перестала сдерживаться и разрыдалась:

– Я не справилась… не справилась… Что скажет Марк?

Магдалена Карловна смотрела на нее брезгливо, с легким презрением. Впрочем, Софья Львовна этого не замечала. Она была расстроена тем, что разочаровала любимого мужчину и теперь может рассчитывать только на роль содержанки. Временной возлюбленной, чьи перспективы туманны. А так хотелось большего…

– Идемте, – повелительно сказала Магдалена Карловна, и она пошла за ней, как ребенок.

Марк ждал ее в кабинете. Казалось, он ничуть не расстроился, напротив, доволен.

– Я все видел, – мягко произнес он.

– Я не справилась, – как заведенная, повторяла Софья Львовна. – Я не справилась… Растренировалась…

– Успокойся. Выпей воды. У тебя все получилось. Почти получилось.

– Я сорвала эксперимент…

– Все в порядке, – утешал он, гладя ее по голове, как маленького ребенка.

– Я… мне… надо привести себя в порядок…

– Хорошая мысль. Умойся, причешись. Я тебя жду. Как только ты успокоишься, поговорим. Обсудим все, выстроим план наших дальнейших действий. Ничего еще не потеряно.

– Ты… вы уверены?

– Конечно. Иди, Сонюшка, – нежно сказал он и тронул ее за плечо, – иди.

Она, всхлипывая, вышла.

– Блестяще! – Марк Захарович потер руки. – А? Лена?

– Да, все получается.

– Как думаешь, кто из них ближе к истине?

– По-моему, Брагин.

– Верно! У него больше всего информации, и надо признать, из них он самый умный. Он даже догадался, что Тамаре Валентиновне подсыпают в напитки снотворное. Надо с ним что-то делать.

– Придумаем, – Магдалена Карловна пожала плечами.

– Я уже придумал. Он будет первым. Иначе он нам всю игру поломает. Видеозапись сегодняшнего бардака есть?

– Обязательно.

– Приготовь. Я ее отнесу, – он взглядом указал наверх, на потолок. – Но сначала… Выпускай терапевта. Нам нужен семейный доктор для достоверности. Она готова?

– Я думаю, да.

– Веди ее сюда. И притормози Софью. Она мне сейчас только помешает.

– Она причесывается и красится, – с иронией сказала Магдалена Карловна. – Это надолго.

– Проконтролируй. Мне надо минут десять.

– Хорошо, – кивнула Магдалена Карловна и вышла.

Он довольно потер руки:

– Блестяще, просто блестяще…

Буквально через минуту в кабинете появилась Тамара Валентиновна. Она вся была нетерпение. Ройзен тут же стал сбавлять обороты:

– Я прошу у вас прощения, Тамара Валентиновна, за то, что не предоставил полную информацию, когда предлагал вам эту работу… Да вы садитесь!

Она села напротив в мягкое удобное кресло. И сразу же выпрямилась: нельзя допускать ни малейшей слабости! Надо прояснить ситуацию раз и навсегда! Ройзен заметил это и усмехнулся. Говорил он мягко, по-кошачьи, спрятав острые когти, но взгляд был хищный, выжидающий.

– Моя жена немного разволновалась.

– Я понимаю. Переживает из-за брата и племянника.

– Да. Это так. Семейные проблемы, Тамара Валентиновна, семейные проблемы.

– Но это и ваши проблемы.

– Теперь вы понимаете, что без врача здесь никак, – грустно сказал Марк Захарович. – И мне нужна помощь.

– Я думала, что еду в нормальную семью, боялась, что есть маленькие дети и я не справлюсь. А оказалось…

– Они и есть дети! – перебил ее Ройзен. – Неразумные дети! Но кто о них позаботится, кроме меня и… вас?

– Вы великодушный человек. – Она слегка замялась. – Но я… не могу.

– Я буду с вами откровенен. Мне крайне сложно найти семейного врача по причине, которую вы теперь понимаете.

– Но я не психиатр! – всплеснула она руками.

– То есть вы никогда не имели дело с подобными случаями? – вкрадчиво спросил он.

– Никогда!

– А если вспомнить?

– Я не понимаю, о чем вы?

– Я имею в виду, что вы много лет проработали участковым врачом-терапевтом, и пациенты на вашем участке попадались разные, в том числе и с психическими отклонениями. Вы их наблюдали и в моменты обострения давали свое согласие на принудительную госпитализацию.

– Возможно, но я не акцентировала на этом внимание. Это не моя епархия.

– Но вы вполне можете отличить здорового человека от больного? Я имею в виду психическое здоровье.

– Разумеется!

– Замечательно, – потер он руки.

– Вообще-то я шла поговорить с вами не об этом, – заявила она решительно. – Мне не нравится эта работа. Я советую вам поместить ваших родственников в психиатрический стационар, я им ничем помочь не могу. Что касается меня…

– Я вижу, вы решили нас покинуть, – грустно сказал Марк Захарович.

– Да. Но перед тем как уехать, я хотела бы реабилитироваться. Я вспомнила ту печальную историю.

– Вот как? – он оживился. – Ну и?..

– Речь идет о девочке-подростке. Это было очень давно, лет двадцать назад, может, чуть меньше. Я не смогла определить у нее пневмонию, потому что мои мысли были заняты совсем другим. Я собиралась в отпуск. Она действительно могла умереть. Но, насколько я знаю, не умерла. Ее взяла заведующая, она поставила правильный диагноз и назначила лечение, которое принесло успех. Я все правильно говорю?

– Да. Наверное.

– Что значит наверное? – подалась вперед Тамара Валентиновна. На ее лице было удивление.

– Потому что я ничего не знаю об этой девочке. Она, скорее всего, осталась жива. А может, и нет. Если хотите, я наведу справки.

– Наведете справки?!

– Теперь у нас два случая, о которых мы знаем. То есть была еще одна ваша врачебная ошибка.

– Что значит, еще одна?!

Тамара Валентиновна занервничала. Разговор пошел совсем не так, как она ожидала.

– Успокойтесь, мы же еще не установили, что этот случай тоже был с летальным исходом. Случай номер два.

– Тоже?!